Опера

Гугеноты

Ныне редко исполняемые «Гугеноты» (1836) – это пышный музыкально-театральный блокбастер, базовый образец так называемой большой оперы, которая царила на французской сцене почти столетие. Иные критики превозносили «Гугенотов» до небес, другие нещадно бранили, у публики же успех сочинения был стабильным и длительным: до начала ХХ века оно не сходило с афиш по всему миру, выдержав в одной только Гранд-опера свыше тысячи представлений. Авторы бестселлера – композитор Джакомо Мейербер и либреттист Эжен Скриб – вложили в свое творение всё, что могло бы обеспечить ему популярность, и очень постарались, чтобы зритель не заскучал. На неспокойном, а в финале – кровавом, историческом фоне (Религиозные войны XVI века, Варфоломеевская ночь) разворачивается трагическая история любви протестанта Рауля и католички Валентины. Опера полна резких контрастов: на сцене то танцы, то баталии, то дворец, то кладбище, то свадьба, то резня. Сладкозвучное итальянское бельканто искусно сочетается с благородной французской декламационностью, вокальные монологи переходят в развернутые ансамбли и грандиозные массовые сцены. По части хорового письма Мейербер особенно силен; как никто, он способен создать на сцене иллюзию живой толпы. Хоры Мейербера настолько легко ложатся на слух, настолько ярки и мелодичны, что прямо-таки искушают зал подпевать; один из секретов обожания «Гугенотов» заключается именно в эффекте участия зрителей в водовороте сценических событий. Ни Вагнер, ни Верди, ни Мусоргский не обошли стороной мейерберовские находки в области хоровой музыки. Роскошен и оркестр Мейербера, композитор умел мастерски смешивать краски, не боясь использовать дерзкие комбинации инструментов и диковинные тембры (старинная виоль д’амур в романсе Рауля). Объемная, сочная мейерберовская медь по своей красоте и мощи не отстает от вагнеровской. Горячим поклонником «Гугенотов» был Петр Ильич Чайковский, который посещал спектакли в Париже. Свои впечатления он выразил так: «“Гугеноты” – одна из прекраснейших опер во всем лирическом репертуаре, и не только музыканту по профессии, но и всякому сколько-нибудь образованному дилетанту дорога эта превосходная музыка, с ее удивительнейшей, первенствующей между всеми произведениями подобного рода, любовной сценой IV акта, с ее превосходными хорами, с ее полной новизны и оригинальных приемов инструментовкой, с ее порывисто-страстными мелодиями, с ее искусной музыкальной характеристикой Марселя, Валентины, религиозного фанатизма католиков и пассивного мужества гугенотов». Соглашаясь с авторитетным мнением соотечественника, Мариинский театр обогащает свой репертуар этим великолепным произведением. Христина Батюшина