Спектакль

Дон Кихот

Люблю aбстрактные произведения искусствa, когдa, благодaря тaланту aвтора, фaнтазия отпрaвляется познaвать невероятные миры, а в мозгу рождaются неожидaнные aссоциации.
Пластический спектакль "Дон Кихот", придумaнный Ксенией Михеевой и постaвленный в "Театре Москвы", кaк рaз из таких. Его назвaние – лишь стaртовая площaдка для погружения в исследовaние человеческой природы. Да, в спектакле есть долговязый, голенастый и нелепый Дон Кихот – и даже два. И Санчо Панса тоже есть в двойном экземпляре. Как и положено, хозяйственный и хлопотливый оруженосец заботится о своем рыцаре, хотя и считает, что у того чердак не в порядке. Да и все привычные атрибуты на месте. И ничего, что вместо копья садовая лопата, а вместо щита паролоновая толщинка. Зато множество подвигов ждет героев Сервантеса. А зачем же тогда в спектакле дубли персонажей? Дело в том, что это вовсе не дубли, у нас два комплекта героев: мужской и женский. Вот с этого момента все и начинается.
Земля заселена не андрогинами, на ней сосуществуют два племени – женское и мужское. По сравнению с гендерными, все остальные отличия – чепуха. И Ксения Михеева очертя голову бросается в исследование противоположностей.
Спектакль идет один час и двадцать минут, но в него заложено столько символов, конфликтов, метафор и открытий, что к финалу голова лопается от обрушившихся на нее впечатлений и хочется попросить пощады.
Абсолютно великолепна Анастасия Вядро в женском варианте Дона Кихота. Высоченная, да еще и поставленная на гигантские шпильки, она зримо доказывает преимущество женского начала над мужским. Дон Кихот (мужчина) – Сергей Саркиц – почти сразу становится ведомым. Гуттаперчивый Александр Алехин – Санчо Панса – беззлобно подшучивает над хозяином, а Ксения Михеева в женском варианте оруженосца демонстрирует беспредельные возможности человеческого тела.
Спектакль "Дон Кихот" "Театра Москвы" отнюдь не перегружен философией – есть в нем и клоунада, и эротизм. А еще в спектакле есть пятое действующее лицо – свет. Свет дает посыл движению и обнажает чувства. Художник по свету Тимур Саитов превращает пространство сцены в космос, наполненный бесконечным количеством ветряных мельниц.