Спектакль

Чудная баба

Нина Садур — редкий советский автор, чьи пьесы по-прежнему востребованы сегодня, несмотря на их программную маргинальность. В первую очередь это касается вариаций на тему классики — гоголевских «Мертвых душ» («Брат Чичиков») и «Вия» («Панночка»). Хрестоматийные сюжеты в руках Садур выстраиваются в стройный драматургический текст, прирастая простонародной мистикой, неброскими аллюзиями и внятно озвученной моралью. Кроме того, Садур — автор с позицией, и позиция эта такова: весь мир (как минимум его отдельно взятая шестая часть) находится в глубоком тупике, по форме напоминающем гроб. В пьесах из советского быта эта мысль звучит так же настойчиво, как в истории Хомы Брута, и количество нечисти на душу населения в них ничуть не меньше. Мировое зло — излюбленный персонаж Садур; оно — хоть при панах, хоть при социализме с капитализмом — одно и то же. Ее герои всегда странные, убогие, больные. Сама она называет их ущербность «несовпадением с реальностью»: но ведь и не нужно совпадать с тем миром, сознание которого давно и непоправимо сдвинулось. Как раз про это сдвинутое сознание и захотели сыграть актрисы из театра «Сфера» и — так тоже бывает — пригласили режиссером Урсулу Макарову, ученицу Сергея Женовача. В репетиционной комнате на втором этаже расставили стулья для зрителей и повесили грязно-рыжий задник, обозначив пространство для первой картины. Картины, в которой Лидия Петровна, сотрудница конструкторского бюро, встречается в чистом поле лицом к лицу со своей смертью.

Актриса Людмила Корюшкина играет средних лет горожанку — ухоженную, слегка высокомерную и недовольную; послали на картошку — заблудилась, дороги нет. А встреченная в поле «чудная баба» (Ирина Мреженова) с постным и безумным лицом, в резиновых сапогах на босу ногу, вместо того чтобы помочь, водит кругами — пугая, приколдовывая, заставляя поверить, что на всей земле остались только они вдвоем, а привычный мир суть чья-то подделка. Правда это или нет, Лидия Петровна пытается выяснить в родном КБ (или офисе — не суть), требуя от обалдевших сослуживцев: докажите, что вы настоящие. С этого момента текст Садур становится таким прозрачным, что чем проще его произнести, тем лучше; и артистам «Сферы» это почти удается. В этом тексте звучит ужас человека перед человеком, перед механической привычкой к лицам, отношениям, словам. Перед тем оцепенением обыденности, от которого трудно очнуться; а очнувшись — не сойти с ума. Конечно, эта теория изложена была и до Садур не раз: классически — у Шопенгауэра, популярно — в кинофильме «Матрица». Но ведь известно: теория суха. А на древо жизни, то есть на игру Людмилы Корюшкиной в спектакле Урсулы Макаровой, посмотреть очень даже стоит.