Спектакль

Будденброки

Миндаугас Карбаускис из отряда подающих надежды окончательно перешел в высшую режиссерскую лигу. «Будденброков» поставил зрелый, владеющий вниманием публики, при этом сдержанный, избегающий популистских эффектов режиссер. Роман о падении старинного рода немецких дельцов он рассказал как человеческую историю — историю компромиссов и внутреннего омертвения. Большая часть информации — про мечтательность Тони (Дарья Семенова) и то, как с годами растут ее аппетиты, про то, как самокопание Христиана (Виктор Панченко) перерастает в паралич, как несчастен Том (Илья Исаев) со своей женой-миллионщицей, — сообщается без слов. В начале мы застаем семью в церкви, поющей псалмы. Дальше все меньше будет псалмов и все больше домашнего фортепиано. Когда появится на свет последний из Будденброков, Ганно, на сцену выйдет мальчик-пианист — и с псалмами будет окончательно покончено. Раз уж по сюжету не обойтись без ребенка, то Карбаускис выводит на сцену ребенка, но не дает ему ни слова, а публике ни одного повода умилиться. Не использовал он и самой лобовой метафоры Манна: маленький Ганно, играя с семейным дневником, буквально подводит черту под родом Будденброков. В первом действии Карбаускис изучает непосредственную Тони, обманувшую собственное сердце, чтобы остаться в высшем свете. Протагонист второго действия — Том, ставший главой дома и сенатором. Однажды перед ним встает вопрос, воспользоваться бедой обанкротившегося земледельца и выкупить его урожай за полцены или поступить как подобает. Что твой Гамлет, он мается на авансцене: «Кто же я, Томас Будден­брок, — делец, человек действия или томимый сомнениями интеллигент?»

Ранние спектакли Карбаускиса все как один были о смерти. Сейчас понятно, что ставя «Рассказ о семи повешенных» или «Когда я умирала», Карбаускис не изживал возрастной невроз — просто на меньшее он не согласен. В его «Будденброках» смерть присутствует буквально — в образе служанки, которую Будден­броки берут в дом, впервые отступая от дедовской аскезы. С тех пор безмолвная горбунья раз за раз�