Плак-фэнтези без магии — о братьях-эльфах без отца

Смешно, но, вообще-то, новый пиксаровский мультик — это фэнтези-версия «Возвращения» Андрея Звягинцева: тоже история про двух мальчишек, отправившихся в опасное путешествие за тенью отца. Только вот действие происходит не в Ленинградской области, а в альтернативной вселенной.

На дворе что‑то вроде Америки 1990-х, но тихий пригород населен фантастическими тварями, а не людьми. Магия покинула этот сказочный мир в тот момент, когда в нем зажглось электричество, но фэнтезийные существа никуда не исчезли. Усатые кентавры в очках-авиаторах выписывают штрафы любителям быстрой езды. Разучившиеся летать феи сбиваются в байкерские банды, чтобы снова побыть беспечными ездоками. Тролли — самые опасные из школьных хулиганов. Симпатичные дракончики съели всех собак (или тех не было?) и заняли их места в будках. А единственная на весь город мантикора, когда‑то державшая таверну для искателей приключений, направила свой огнеопасный темперамент в мирное русло — и теперь жарит котлеты для фанатов фастфуда.

Грустнее всех в этом уютном местечке живется 16-летнему Иэну (в оригинале его озвучивает размякший в сетях «Диснея» Том Холланд) — неуверенному в себе эльфу, который не может ни сдать на права, ни позвать одноклассников на вечеринку, ни смириться с потерей отца, которого ни разу не видел. Папа умер еще до рождения Иэна, зато о робком пацане всегда готов позаботиться старший брат Барли (Крис Пратт). Этот здоровый эльф-толкинист любит настольные игры и время от времени приковывает себя к памятникам архитектуры в знак протеста против победы лампочек над файерболами. В день рождения Иена мама (Джулия Луи-Дрейфус, в русской версии Юлия Меньшова) дарит мальчикам отцовский посох. С помощью него братья — если, конечно, в них есть магический потенциал — смогут вернуть папу ровно на одни сутки. А дальше начинается экранизация песни Аллы Пугачевой про волшебника-недоучку.

Пиксаровские мультфильмы колесят по международным фестивалям с незапамятных времен. «Вверх» стал первым компьютерным мультиком, открывшим Каннский кинофестиваль. «Головоломку» показывали на том же Лазурном Берегу, но уже вне зачета. А «Тайна Коко» украсила Международный кинофестиваль в Морелии (Мексика) как раз накануне Дня мертвых.

В Берлине «Вперед» досталась роль подсластителя: ведь все давно привыкли, что сразу после нежной прелюдии этот фестиваль начинает душить и колотить зрителей токсичными драмами про то, как жесток и несправедлив этот мир. Но «Пиксар» на то и «Пиксар», чтобы становиться душой любой компании: в программе Берлинале он, например, оказался созвучен «Моему году с Сэлинджером» — фильму открытия. В нем Маргарет Куолли (тоже, вероятно, эльф под прикрытием среди людей) играет юную поэтессу, которую в литературном агентстве заставляют сидеть на телефоне и ждать, пока позвонит Джером Сэлинджер. Писатель-затворник, сам того не зная, становится для девушки духовным наставником. Но к концу партии ей придется стряхнуть фигуру отца с доски, чтобы перестать быть пешкой.

То же самое и в мультфильме «Вперед»: герои воскрешают отца для того, чтобы окончательно похоронить, обняться на поминках и помириться друг с другом. «Пиксар» не стеснялся иметь дело с одиночеством и смертью и раньше, но в этот раз совсем не боится напугать детвору.

Мрачный сюжет об утрате близкого человека в первых двух актах еще худо-бедно маскируют веселые игры. Старший брат Барли повсюду таскает с собой колоду карт вроде Dungeons & Dragons — и с ее помощью превращает сонный городок в такую арену для квестов, что Хокинсу из «Очень странных дел» впору от зависти записаться в программу реновации. Октавия Спенсер в роли взбалмошной мантикоры и Джулия Луи-Дрейфус в образе Мамаши Кураж пускаются в дорожное приключение чуть ли не по тому же маршруту, что «Тельма и Луиза». А постоянные камео сказочных существ в неподходящих им социальных ролях (единороги опять рылись в мусорных баках!) и танцевальные номера сбежавших штанов (долго объяснять) что есть сил смешат зрителя в моменты, когда уже хочется плакать, но по регламенту еще рано.

Но будьте готовы: в третьем акте слезы хлынут ручьем. Особенно если вы когда‑то и сами были полным дураком из неполной семьи.