Киото, 1865 год. Воины самурайского спецподразделения Синсэнгуми, последней надежды сегуната Токугава перед напором новых времен, отбирают новых рекрутов в свои ряды. Поединок выявляет достойных: строптивого Тасиро (Асано) и юного Кано (Мацуда), прекрасного, как полная луна в осеннем пруду и маска чарующе неприступной смерти, сводящая с ума всех, кто коснется ее глазами.

Почти семидесятилетний, прикованный инсультом к инвалидному креслу классик Осима после 13-летнего перерыва сделал удивительно живой фильм. При этом фильм, от которого исходит завораживающий аромат смерти. В 1978 году он прославился на Западе «Империей страсти» — картиной о страсти, в которой показано все. Тут не показано почти ничего. Потому что «Табу» не о страсти, а о ее невозможности. Взгляд фильма и его смысл — в стороне от влюбленных героев, во взгляде Такеши Китано, который играет второго по старшинству самурая. Это взгляд человека, который однажды уже видел конец и теперь видит его всегда. Кончается не только конкретная жизнь, но и эпоха. На следующий год, в 1866-м, кланы Тесю и Сацума снова восстанут, молодой император Муцухито подавит восстание, провозгласит абсолютную монархию и положит конец эпохе правления самураев. Сами они еще этого не знают, влюбляются и кончают с собой, но все они — победители и жертвы — обречены. А причина проста: измена кодексу. По нему можно многое. Хотеть мужчин. Убивать мужчин. Нельзя только любить. Ни мужчин, ни женщин. Нельзя уступать жизни ни краешка сердца. Это и есть ядро кодекса самурая. Его табу.