Фильм

Последнее метро

Иногда искусство выполняет свою прямую задачу - помогает выжить.

Париж времён оккупации, свастика на улицах, чёрный рынок, голос Эдит Пиаф, фашист, рисующий парижский собор, комендантский час и последнее метро, на которое надо во что бы то ни стало успеть… Время, когда «полны тюрьмы и театры».

В театр еврея Люка Штайнера «Гран Гиньоль» устраивается работать молодой актёр из провинции Бернар (Жерар Депардье), тайный член Сопротивления, «похожий на Габена, в фильме «Человек-зверь». Он заводит интрижки почти со всеми женщинами подряд, но влюбляется лишь в Марион Штайнер (Катрин Денёв), которая в данное время руководит театром, так как её муж по причине «пятой графы» вынужден бежать из страны. Но на самом деле Люка Штайнер прячется в подвале театра - выехать из Парижа никак не удаётся. Он так и просидит там всю войну, диктуя жене, как ставить пьесу. Например, «играть более искренно любовную сцену с Бернаром». Марион сыграет её очень искренно.

Трюффо говорил, что мог бы снять настоящий фильм об оккупации. А снял «Последнее метро». Фильм полный любви к жизни, любви к искусству и любви к самой любви, отсылающий нас к лёгкости Рене Клера, которого почему-то отвергали лидеры новой волны. А теперь, незадолго до смерти, помудревший Трюффо цитирует «Над крышами Парижа» и рассказывает, в общем-то, ту же историю о любви втроём. И о силе искусства и о силе любви, об этом «последнем метро», помогающем выжить в самые тяжёлые дни жизни. О тайном слиянии искусства и жизни, об их тайном союзе. О той старой истине, что… правильно - «весь мир театр, а люди в нём актёры», и это прекрасно! Потому что театр - праздник, пиршество любви и красоты. И в этом театре мы сами выбираем себе роль по вкусу. Выбираем любить или ненавидеть, защищать или предавать…

Я очень люблю этот фильм. И чем мне хуже, тем больше я его люблю. Как Окуджава в свой синий троллейбус, как парижане времён оккупации, я, подвыпивший и невесёлый, спешу успеть в последнее метро, спешу укрыться от снарядов летящих с неба и от подлых предательских рук, от лжи и неправды, укрыться в красно-нежный, с глазами Катрин Денёв, мир Франсуа Трюффо.

Иногда в речи происходит вербальный коллапс. Услышав фамилию режиссера, можно долго сокрушаться о его гениальности, о значении его творчества для мирового вообще и для французского поствоенного кинематографа в частности, восклицать о том, что существование такого понятия как Nouvelle Vague просто немыслимо без этого имени. Но при всем при этом не получается назвать ни одного фильма этого режиссера. Нет, ты, безусловно, когда-то что-то смотрел у Трюффо, но сейчас сознание вероломно подводит тебя. И за это становится стыдно. Собственно говоря, "Последнее метро" - пожалуй, самый известный и самый кассовый фильм режиссера, получивший наибольшее количество Сезаров, но так и не удостоенный Оскара в номинации "лучший иностранный фильм".

От действия не нужно ожидать каких-то потрясающих библейских откровений. В свойственной ему манере неторопливого нарратива, режиссер представит зрителю историческую драму о жизни в период нацистской оккупации, снятую практически камерно в театре на Монмартре, деликатно раскрывая при этом проблему того, как французы вели себя в это время (так коллаборационизм или нет?). За казалось бы обычной ностальгией и прекрасной интерьерной стилизацией скрывается колода карт, которую Трюффо умело перетасовывает перед зрителем. За каждой из этих карт - отдельный персонаж. При этом он лишь мимолетно показывается зрителю - последнему нужно самому додумывать образы и размышлять что же в итоге произойдет между скрывающемся в подвале режиссером-евреем, его женой и новым молодым актером театра.

Крайне ценно то, что после просмотра фильма что-то запоминается и впоследствии будет возникать в качестве ассоциации при упоминании об этом фильме. В случае "Последнего метро" таких моментов будет как минимум два - это начальное Mon Amant de Saint Jean от Пиаф и финальная сцена с выворачиванием сюжета. А еще аллегория "последнего метро", лица прекрасных Денев и Депардье и очень правильная, практически интеллектуальная роль Денев. Хорошо только потому, что слишком затянуто.

Последнее метро, наверное, самый известный фильм у Трюффо вообще. Куча премий самых разных достоинств и важности, народная любовь и признание критиков. Это можно понять и объяснить – фильм о еврейской проблеме в годы Второй Мировой войны Трюффо снял в то время, когда Полански приставал к малолеткам и снимал всякий там арт-хаус, а Спилберг был увлечен огромными акулами и проблемами общения с иными цивилизациями. С другой стороны, конечно, именно с этой позиции фильм невероятно далек по своему накалу и проблемной боли от лучших образчиков уже набившего оскомину жанра. “Последнее метро” - это примерно то, что будет много лет спустя в “Черной книге” Верхувена. То есть, евреи – да, война – да, притесняют, окупанты и жить страшно – да, да и еще раз да, но совершенно очевидно, что фильм не об этом. Так о чем же “Последнее метро”?
Естественно о любви. И не о простой “мальчик девочку любил”, а о терзаниях между тремя субъектами страсти и вожделения. Идеи “Жюля и Джима” живее всех живых. Марион Штайнер (Катрин Денев) работает актрисой и руководителем парижского театра в годы окупации, ей приходится жить по установленным правилам – не брать на работу евреев, ставить только одобренные цензурой пьесы, выдавать самые престижные места в зрительном зале представителям захватчиков. Это жизнь и Марион не является сторонником сопротивления. Протест ее, если он и есть у ней вообще, на каком-то бытовом уровне – купить на черном рынке 7 кило ветчины и не сказать никому, или признаться в неприязни к немцам кому-то из проверенных близких.
Тем временем, в театр попадает Бернар Гранже (Жерар Депардье), весьма талантливый герой-любовник, являющийся по совместительству активнейшим участником движения сопротивления. Впрочем, его подпольная жизнь показана мельком, при помощи очевидных, но, все-таки, не особо связанных с основной сюжетной канвой намеков. Зрителю представлена гораздо подробней его сторона “мачизма” - парня, который не дает проходу каждой юбке. Естественно, он тайком влюбляется в Марион, а та, еще более тайком, в него. Но, до поры до времени, эмоции будут упрятаны глубже, чем супруг Марион – Лукас Штайнер (Хайнц Беннент), бывший директор театра, какой-то там из евреев, якобы бежавших из страны, но на самом деле прячущийся в подвале театра и оттуда тайком руководящий... нет, не восстанием, а постановкой театральных пьес. Марион любит и его, встречается с ним, поддерживает как может – стирает, кормит, развлекает. Весь фильм и построен на балансировке этого шаткого треугольника. Даже финальные кадры оставляют его более чем прочным – в “Жюль и Джим” и “Англичанки и континент” хотя бы какое-то подобие развития этого конфликта происходит. Что же касается темы еврейства, то Трюффо тут совершенно не углубляется в эту тему – евреям было плохо, ну и Бог с ними.
Однако, при всем том, что фильм на самом деле не тот, чем он кажется, он необычайно хорош. Более двух часов с обычным темпом Трюффо грозятся порой вылиться в настоящую гестаповскую пытку, но только не в этом случае – действие хоть и не содержит никакого “экшна”, естественно, но заняться чем-то еще во время просмотра не тянет. Денев и Депардье играют изумительно. Последний еще не скатился до того уровня, чтобы играть во всем попадающемся под руку хламе, нос его еще не так огромен, а на его игру любо-дорого посмотреть, равно как в целом и всю картину, но только не в качестве иллюстрации зверств фашистов. Впрочем, на эту тему уже и так наснимали изрядно.

Одна цитата из этого фильма способна объясить всё :
Je declare par le presente que je ne suis pas juif et qu'd ma connaissance expresse aucun de mes parents ni de mes grands-parents ne sont ou n'etaient juifs.
(Я нижеподписавшийся заявляю, что я не еврей и, насколько мне известно, ни мои родители, ни их родители не евреи).
Именно о судьбе парижских евреев во время Второй Мирой войны рассказывает Франсуа Трюффо в фильме "Последнее метро". А ещё о любви главной героини (Катрин Денёв) к двум талантливым мужчинам, о сомнениях, долге, чести.
Фильм получился очень жизнеутверждающий, и заканчивается хорошо: настоящее искуство - театр - побеждает