Фильм

Кислород

Бритый парубок (Филимонов) и рыжая красотка с ангельским польским акцентом (Грушка) дуэтом рассказывают в красивый микрофон историю про бритого Санька, полюбившего рыжую Сашу и в этой связи убившего лопатой нелюбимую жену. Взлетает над горизонтом упомянутая лопата. Трепыхаются легкие внутри грудной клетки. Влюбленные бегут друг за другом через луга, переулки мировых столиц и по Луне. Банка малосольных огурцов разбивается вдребезги об пол, а библейские максимы про «не убий» и «не возжелай» — об вопрос «Ну а если очень ­хочется?».

Написанный в 2002-м для клубной сцены «Кислород» понравился всем наглостью и злободневностью: рэп-полемика со Святым Писанием, монологи про шахидов и «смертельные русские продукты», стремительные скачки от высоких материй к низменным и обратно — даже если приемы были не новы, энергия от все­го этого исходила нешуточная. Вырыпаев прославился, снял обласканную критикой «Эйфорию» — тоже про чудовищную ­силу чувств, и заставил впервые заподозрить, что за энергетикой, призывами распахнуть сердца и написанными с боль­шой буквы именами нарицательными — не так много интересного, как казалось. Киноверсия «Кислорода» обаятельней, живей и лучше «Эйфории» — и потому, что не пытается притвориться фильмом, и потому, что исходный текст — пусть и попресневший, как и положено всему, что пишется на злобу дня, все равно остро­умный, сердитый и местами убийственно точный. Другое дело, что в каждой второй строчке агитируя за чувства против разума, Вырыпаев или лукавит