Фильм

Гудбай, Ленин!

Однажды, в день 40-летия образования Восточной Германии, во время уличных беспорядков, с ярой патриоткой по имени Кристиана (Катрин Сасс), наблюдающей за происходящим со стороны, случается сердечный приступ, который погружает ее в кому на один год. Пока у ее постели дежурит милая медсестра Лара (Чулпан Хаматова), в стране происходят глобальные перемены: рушится Берлинская стена, останавливается работа на родном заводе по выпуску текстильных изделий, производственный план превращается в торговое представительство, а светлое социалистическое будущее неизбежно уходит в прошлое.

Неожиданное пробуждение Кристианы оказывается чудом для докторов, и со строгими рекомендациями они позволяют её детям забрать больную домой.
В ячейке общества, которое проявляет первые признаки демократии, разыгрывается своя, мифическая и немного комедийная история. Испытываемое сыном Кристианы чувство (его играет Даниэль Брюль), которое на первый взгляд можно принять за ностальгию по лучшим временам и желание уберечь матушку от волнений, толкает его на попытки воссоздать социализм в рамках своей вакуумированной квартиры. Он ищет в мусорных баках банки из-под еще не забытых шварцвальдских огурчиков, снимает с другом-оператором репортажи о несуществующих событиях, платит местным школьникам по 20 немецких марок за отрепетированный пионерский задор и находит еще тысячу и один способ поддержать иллюзию жизни, которая необходима скорее ему самому, чем его матери.

После первого столкновения зыбких коммунистических идеалов с быстро меняющимся миром (по неосторожности сын не углядит, как мама выйдет на улицу), Coca-Cola станет национальным напитком, ГДР – приютом для беженцев из ФРГ, а немецкий аналог Гагарина – политическим деятелем.
В конце концов, и в этом мире поднимется железный занавес. Только произойдет это по совершенно другому сценарию.
Мир героев Бекера удивительно схож с миром героев «Амели» Жана-Пьера Жене, и сходство состоит не только в композициях одного автора. Неподдельный романтизм и вера в то самое светлое будущее, диктуемое не Лениным, который с высоты птичьего полета протягивает свою бронзовую руку, а отдельно взятым человеком, способным превращать фантазии в реалии своей маленькой человеческой действительности – вот что, по меньшей мере, может показаться зрителю чудом.

«Времена не выбирают,
В них живут и умирают...»
...большей частью – обычные люди, вроде нас самих, наших мам и пап, бабушек и дедушек; крайне редко – боги и монстры.

Не редка, увы, презрительно-высокомерная, снисходительно-назидательная или же кликушески-стенающая интонация при выражении отношения к историческим явлениям и событиям, их оценки. По моим наблюдениям, политиков и богословов, творческих людей, домохозяек и т.д. будто некий неведомый доселе вирус поразил, заставляя метаться из одной крайности в другую в ходе пока «потешных», но уже весьма «кровопролитных» баталий: квасные патриоты предаются безудержному краснобайству и навязчивым славословиям, а ксенопатриоты самозабвенно изливают потоки желчи, очевидно, не догадываясь о том, что за упражнениями в словесной эквилибристике им удалось достичь едва ли не портретного сходства с идейными антиподами; не замечая, не осознавая того, что существует всё-таки немалая разница между признанием проблем и недостатков своей страны и зачастую откровенным хамовым глумлением над нею, над её прошлым и настоящим, над её взлётами и падениями.

Очередная победа над здравым смыслом - смешно и в то же время противно...

На фоне всего в последнее время мною виданного, слышанного и читанного даже представить себе не могла, что о прошлом своей страны и живущих в ней людей можно говорить ТАК, как об этом сказали создатели фильма «Гуд бай, Ленин!».
Нет, даже не с ностальгией в «голосе» - хотя её лёгкие нотки здесь хоть и самую малость, но присутствуют, - скорее, с искренним небезразличием и нежностью, с желанием и готовностью обдумать, прочувствовать и простить, с состраданием и любовью к представителям старшего поколения - пусть заблуждавшегося, пусть оступавшегося, но... преподавшего очень ценный, на мой взгляд, урок.
Урок поколению детей о необходимости излечиться от настигшей многих слепоты и глухоты, прийти к пониманию того, что любить «правильных», сделавших добро родителей очевидно легко; ещё легче, пожалуй, - хулить и осуждать «неправильных» и «неудобных», заочно выносить им «приговор» к позору или и вовсе отрекаться от них.

Любить «неправильных», далёких от соответствия некоему «эталону», - вот вызов собственному мирку, собственной гордости и лицемерию, щёгольской уверенности в своей правоте.
Не каждому по плечу – принять его.

Замечательный фильм - отрезвляющий, вдохновляющий.

Просто потрясающий фильм, мастхэв для любого приличного человека! Захватывает с первых минут и не отпускает до конца. То хочется плакать, то смеяться, то переживать за героев. Равнодушным точно не окажется никто.
P.S.: Один саундтрек многого стоит, а Агузарова играющая на задем плане, в одной из сцен, просто идеально вливается в атмосферу фильма

"Гудбай, Ленин!" - мягкое и солнечное кино, повествует о кусочке социализма, воссозданном в одной берлинской квартире почти через год после объединения ГДР и ФРГ. У матери Алекса Кернера, посвятившей жизнь борьбе с тлетворным влиянием Запада, в первые дни "перестройки" Германии случается инфаркт, и она на восемь месяцев оказывается в коме. Когда она очнется, любое волнение для нее может стать смертельным, и близкие решают на время скрыть от нее победное шествие капитализма.
Камерная семейная история разворачивается на фоне масштабных исторических событий. Перед нами в вихре проносятся митингующие толпы, кровожадные полицейские, крушение Берлинской Стены, молниеносная атака буржуазных ценностей на невинные души тружеников. Пока молодой человек ищет в мусорных баках банки от уже не выпускающихся шпрехенских огурчиков, чтобы засунуть в них швейцарские корнишоны, закрываются заводы и фабрики по изготовлению никому не нужных социалистических мелочей, лишая тем самым работы никому не нужных ГДРовских работяг. Старики беспомощно сетуют на полную разруху и беспредел, проливая слезы по невозвратному прошлому. Предприимчивая молодежь - к ужасу их родителей - делает карьеру в буржуазных Макдональдсах и, роясь в груде социалистического теперь уже хлама, замирает от предвкушения тысячи неизвестных ранее возможностей. Жизнь идет, наполняясь новыми красками, избавляясь от старых идолов. Над Берлином пролетают вертолеты с рекламой кока-колы, а за ними плавно лавирует бюст Ленина, которому его детище, не оправдавшее себя, говорит: "Гудбай!"
Удивительное настроение создает этот фильм. С одной стороны, юмор - иногда откровенно каламбурный, но чаще добрый и "вежливый". Режиссер В. Бекер первоклассно, совсем не по-хамски использует очень серьезные исторические события, создавая из них комедию положений. Взять хотя бы игру в телевизионные новости, затеянную героями, чтобы поддержать иллюзию "старой" жизни.
С другой стороны, картина необычайно лирична. Социалистическое прошлое неожиданно расцветает, как Вишневый сад. Ведь главное - это грусть от расставания с целым этапом жизни, оставляющая в душе приятный терпкий осадок.
И еще один момент - музыка Я. Тирсена, создателя саундтрека к "Амели". Многие считают ее лишней, не соответствующей сюжету, но она-то, наоборот, здесь более чем уместна. Аккомпанемент нежного рояля, наигрывающего легкий лирический мотив, создает у зрителя ту ностальгию по прошлому, которой и не было никогда. Именно музыка влияет на атмосферу фильма, а главная тема, напрямую перекликающаяся с "Амели", является очень важной цитатой. Так же, как девушка с Монмартра создает собственный мир на основе серой реальности, и мир в картине начинает жить собственной жизнью, воплощает фантазию в жизнь Алекс Кернер, желая подарить своей матери еще несколько месяцев на свете. Но не становятся ли и авторы фильма такими же кудесниками, как Амели и Алекс, чтобы подарить зрителю несколько часов счастливой грусти?

Один из редких примеров фильмов, которые задумывались ради одной сцены, но и остальные оказалось можно смотреть. Впрочем, смотреть их совершенно необязательно. И дело тут не в том, что идея про любящего сына, который делает все, чтобы его вышедшая из комы мама не узнала, что ГДР превратилось в Германию, а Берлинской стены больше нет - плохая. Идея то, как раз, хорошая. Но то, что должно было бы быть фарсовой комедией положений или иронической виньеткой, видимо, в силу немецкой серьезности оказывается сатирической драмой. Причем, зачастую неприятно на чисто физиологическом уровне.
Фильм давит по эмоциям буквально всех. Коммунистов, демократов, детей, родителей, капиталистов, рабочего класса, космонавтам, сотрудникам фаст фудов… Даже, как кажется, хипстеры могут найти здесь что-то для себя (хотя бы ту вечеринку, которая кончается посиделками в доме без стены). Фильм продает себя с такой силой и таким нездоровым желанием понравится, что скорее вызывает совершенно противоположные эмоции. Но самая его главная проблема, что основная интрига и основной сюжетный двигатель, то и дело барахлит и глохнет. Внезапные сюжетные повороты (с тем же баннером кока-колы) отрабатываются чересчур спустя рукава, чересчур фальшиво. Но смотреть все-таки интересно. Там прекрасно подается история "перестроичных" годов Германии. Прекрасно рисуется разница между ГДР и ФРГ, между вроде бы одними и теми же людьми. Да и все эти мелочи типа одежды, мебели, продуктов и так далее. Другое дело, что для того, чтобы нарисовать такую картинку трехступенчатая "ракета" про маму совсем не нужна. Да и название здесь лишнее.