Прекрасное доброе кино, здесь нет супергероев, лишь маленькие люди со своими большими проблемами. Настолько искренний и проникновенный фильм, что несмотря на позднее время показа, невозможно было оторваться от просмотра. Я думаю, такие жесткие дебаты и полярные мнения о фильме возникли от того, что фильм нацелен на определенную возрастную аудиторию ровесников главных героев. Наверное не случайно, в эпизодах мы видим актеров - героев нашего детства (Красная шапочка, Буратино, Электроник). Очень грустное кино, но до удивления близкое. Да, оно про кризис среднего возраста, все мы в юности думаем о том, что в жизни все будет по восходящей, но дожив лет до сорока, понимаешь, что столько усилий приложено, но все может измениться в один миг и перевернуть жизнь с ног на голову.
Громозека - рождённый Киром Булычёвым персонаж повестей и рассказов об Алисе Селезнёвой (1965-2003). Громозека — старый друг Алисы, гигантский археолог с планеты Чумароза, грозное чудовище, с виду похожее сразу на слона и осьминога, и добрейшее существо в душе. Впечатлителен, легко приходит в уныние и начинает плакать, попутно выпуская из ноздрей едкий дым. Впрочем, столь же быстро успокаивается и может легко развеселиться.
В фильме "Громозека" - название школьного ансамбля, состоящее из фамилий участников: ГРОмов, МОЗЕров и КАминский. В фильме школьным друзьям немного за сорок. Они продолжают встречаться. А на вопрос "как дела?" всегда отвечают "нормально". На самом же деле всё не так хорошо, как они говорят. Только вместе они счастливы и свободны от забот. Жизнь их черна и нет в ней места птице счастья.
Действие фильма происходит в Москве в наши дни. Фильм снят в традициях чёрного кинематографа.
Василий Петрович Громов (Борис Каморзин), капитан милиции, утративший доверие за доброту свою и мягкотелость. На службе его уже не берут на операции. Он выдаёт оружие и готовится к сокращению. Жена ему уже давно изменяет. Сын не уважает работу отца и примыкает к бандитам. В погоне любовник жены умирает от сердечного приступа. Сын предлагает оставить труп. Василий Петрович говорит: "Я так не могу, - это не по-человечески", - и вызывает "Скорую".
Мозеров (Леонид Громов), таксист, живёт один. Случайно узнаёт, что его дочь снимается в порнофильмах. Нанимает бандитов, чтобы обезобразили её лицо. Но бандиты признают её своей и возвращают деньги, не выполнив заказ. Мозеров решается сделать всё сам. Покупает в охотничьем магазине нож для рыбы. Пытается купить в аптеке соляную кислоту, но ему отказывают. В результате Мозеров ошпаривает ноги дочери кипятком на кухне и вызывает скорую, несказанно радуясь, что дочь впервые за много лет называет его "это папа мой".
Эдуард Петрович Каминский (Николай Добрынин), детский хирург. На операции по удалению аппендицита у него умирает мальчик. Каминский изменяет жене с коллегой по работе. Детей у них с женой нет. Любовница Саша Палей (Дарья Семёнова), коллега Каминского, ждёт от него ребёнка и добивается, чтобы Каминский рассказал всё жене. Каминский долго репетирует перед зеркалом, но в решительный момент у него ничего не получается. Саша рассказывает всё сама. Жена уходит из дома, говоря: "Любви нет, есть проверка на любовь. И ты её не выдержал". Каминский обнаруживает у себя неоперабельную опухоль левого лёгкого.
Саундтрек, состоящий из песен 70 - 80-х насмехается над героями фильма. Запоминающаяся сцена, когда под песню "как прекрасен этот мир, посмотри" новенький экскаватор разрушает двухэтажный кирпичный дом.
Ничего новаторского я в фильме не заметил, кроме приглашения на роли третьего плана известных актёров (братьев Торсуевых («Приключения Электроника»), Дмитрия Иосифова («Приключения Буратино») и Яну Поплавскую («Про Красную Шапочку»)) и режиссёра Валерию Гай Германику. Сказки кончились, герои их выросли, повзрослели и слились с толпой. А новые режиссёры безжалостно бьют бутылкой по голове.
Немного неполноценный сериальный сценарий.
В финале Синяя Птица Удачи опускает крылья. Всё так плохо, плохо, плохо...
Наизнанку. Взяли и окунули в бак с водой болотной. Не в дерьмо, конечно, как в "Груз-200", но неприятно. А это опять наше всё. Надежда и вера в прекрасное бу дущее как в песне "Птица счастья завтрашнего дня", а в итоге: дочь - шлюха, сын - убийца, водоворот обмана и лжи. И нервы сдают - совершаем то, о чем боялись даже думать... Кино - размышление, кино - обсуждение, кино менталитетом пронизанное. "... всё у нас через ..."
Решила посмотреть этот фильм из-за Каморзина, который очень нравится своей интонацией, как-то гипнотизирует меня своим голосом. Здесь он опять порадовал органичностью существования в роли. И не только он.
Все хороши в этом произведении о живых людях, о любви, одиночестве, "кризисе 40", смысле жизни, извините. Верила и переживала.
Каждая из трех линий - полноценный фильм,- такова щедрость сценариста и режиссера.
Несмотря на несколько перенасыщенный событиями и боковыми линиями сюжет, фильм не суетлив - он не царапает по мелочам, а наносит тот реанимирующий удар в сердце, который заставляет его снова биться. Выношу особую благодарность автору за то, что не оставил ощущения безнадеги (которое часто бывает даже после хороших фильмов), что сотворил "русский хэппи-энд" - примирение с собой и надежду.
Возможно, что эта картина даже и была в прокате - я, увы, почти не слежу за оным. Разве что особо раскрученное отлавливаю, а так - меня больше интересуют выставки (нет-нет, не поэтому! - пресловутой духовности у меня даже чуть меньше, чем у большинства из вас, просто как-то традиционно и с детства люблю музейную обстановку). Ну так вот. Фильм с малопонятным для большинства молодёжи названием - «Громозека» и был снят, явно, не в расчёте на юную поросль. Для людей моего поколения Громозека - это не просто набор букв, это - имя персонажа из популярного мультфильма «Тайна Третьей Планеты», сюжета, связанного также и с культовой героиней 1980-х - Алисой Селезнёвой. Герои повествования - нормальные, обычные, среднестатистические, но очень уж несчастливые мужики. Их беды, как покажется попервоначалу, - жуткое стечение обстоятельств, утрата иллюзий молодости, и, разумеется, смена общественного строя (любимая отговорка многих из тех, кому сильно за 30). Оговорюсь сразу - в фильме нет никакой ностальгии и потом я объясню почему...
Для героев фильма «Громозека» - это ещё и название их самодеятельного ВИА, в котором они играли, будучи ещё школьниками. В самом начале мы видим невероятно атмосферный фрагмент, живо переносящий в детство, в моё детство. Честно говоря, я впервые встречаю в современном кино такое точное попадание в атмосферу 1980-х. А вроде бы ничего особенного и не показано - просто очень широкий и светлый школьный коридор, по которому идут трое ребят. Всё. Но, тем не менее, эта сцена имеет очень сильное воздействие на память. Я не знаю, почему это происходит. Возможно, у авторов это вышло случайно (однако всё шедевральное почему-то получается ненароком, увы, его не запланируешь). В большинстве критических (или же - хвалебных) статей я заметила один рефрен - мужики разочаровались, Светлое Будущее не сложилось. Пели в своём ВИА про «птицу счастья завтрашнего дня», а она так и не прилетела. А у меня вопрос - а есть ли в этом сюжете, собственно, будущее? Любое. Есть ли тут время, как мера движения материи? Больше того - есть ли в показанной жизни другой параметр - пространство? По идее нам показана современность - 2010-2011 годы. Но. Но в кадре мы почти не видим примет нашего времени.
У героев нет ни компьютеров, ни ноутбуков, ни наушников, ни даже мобильников. Хотя, нет, один имеется - у мужчины-доктора, который пытается звонить жене в одной из финальных сцен. А вот милиционер звонит супруге по обычному, городскому телефону. Современный человек, желая достать родственника, автоматически хватается за мобильный. Вы скажете, что это - дремучая глубинка, одна из тех жутких провинциальных дыр, о которых не любят говорить по центральным каналам ТВ? Ан нет. Это - Москва. По сюжету девица просит таксиста отвезти её в район метро Авиамоторная. Мир в кадре поражает своей обшарпанностью, хотя герои не живут за черной бедности. Они, конечно же, не middle class, но и не одинокие пенсионеры. Тем не менее, мы видим старую мебель, ветхие половики, ковры с оленями, унылую утварь. В квартирах темно и не прибрано. Персонажи - как молодые, так и пожившие одеты отвратительно, как будто...советский легпром, задавленный плановыми отчётностями, никуда не делся и продолжает фуговать безумные польты. Никто не торчит в интернетах, никто не смотрит телеящик, хотя, по идее, типажи героев таковы, что должны были бы под пивко смотреть различные ток-шоу. Вместо этого условное быдло гуртом смотрит...порнографию. Вы можете представить эту картину из эпохи видеосалонов - сейчас? Я, конечно, могу заблуждаться, но, на мой взгляд, сейчас это выглядит несколько иначе.
Мир, окружающий героев, очень...тёмный. Он ничем и никак не подсвечен - в нём нет даже назойливо-яркой рекламы. Да. Есть жутковато-криминальные коммерческие ларьки и магазинчики. Но нет супермаркетов и бутиков. Их вообще там нет. Первое, что пришло в голову после просмотра - время в этом мире остановилось на границе 1980-х и 1990-х. В этом мире не было развития событий, характерных для 1990-2000-х годов. Перед нами какой-то странный зависший фрагмент, ну, например, зимы 1990-го года. Да. Люди и вещи старятся, ветшают, а дети растут... Но точно так же проживают один и тот же день. Почему-то никто не замечает центрального и, как раз, всё объясняющего диалога:
-Вы не знаете, когда всё это кончится?
-Что?
-Да зима. Зима задолбала.
Время стоит на месте. Точнее, его попросту нет. У людей есть воспоминания, но они не отнесены в прошлое, ибо время отсутствует. Добавляют жути и персонажи-фантомы, сыгранные кумирами нашего детства - Дима Иосифов (Буратино) в роли главврача дурдома, Яна Поплавская (Красная Шапочка) в роли крашеной продавщицы и, наконец, Володя Торсуев (Электроник) в образе любовника одной из героинь. Так вот, ностальгии в кадре нет потому, что нет движения времени.
Не хватало только одной роли-детали... Какой же? Правильно - Алисы Селезнёвой в виде учительницы, работницы ЖЭКа или, например, сердобольной санитарки из жёлтого дома. Её, признаться, очень не хватало. Мир, которому Алиса, друг Громозеки, предсказывала самые интересные и радостные перспективы, застыл во времени и уменьшился до странных размеров... Да. Если бы в картине не оказалось только времени. Но там нет также и пространства. Персонажи мечутся в замкнутом мире, где их судьбы самым непостижимым образом пересекаются. Скорее всего, потому что этот мир действительно непостижимо замкнут. Оттуда, как из города Зеро (помните такой фильм, вышедший, как раз в 1989 году?), невозможно никуда вырваться. Где живут герои? Может, они давно уже в Аду? Финальная сцена, несмотря на некий внешний оптимизм, очень и очень странная - герои как бы, будто бы выходят на сцену, чтобы спеть свои старые песни. В зале - один-единственный зритель, мальчик, умерший при операции. Что это? Концерт в Раю? Герои прошли Чистилище и их допустили до жизни вечной - они теперь счастливы и будут в белых костюмах петь свои любимые песни? Или это гастроли ансамбля из Преисподней - в Эдеме?
Фильм Владимира Котта Громозека. Он участвовал в этом году в конкурсе ротердамского кинофестиваля. Три истории. Несвязные истории. Все три очень грустные. Главных героев объединяет прошлое.
Следил за созданием по ЖЖ режиссера.По-моему вышло не то, что собиралось. Фильм тяжелый и описательный. Он не плохой, но смотреть его не стоит.
Громозека, если кто не знает, это не только известный всем советским людям персонаж мультфильма «Тайна третьей планеты». «Громозека» — это ещё и фильм Владимира Котта. Лента появилась в 2010-м году. В 2011-м успела поучаствовать в Международном Роттердамском кинофестивале, а также в «Кинотавре».
Где-то на прошлой неделе до «Громозеки» дошли руки (а точнее — глаза и уши) и у меня.
Собственно с персонажем Кира Булычёва фильм объединяет не так уж и много. Именем инопланетянина с туманной планеты Чумароз когда-то, во времена позднего Брежнева, назывался школьный ансамбль. В ансамбле играли три главных героя фильма «Громозека». Ну да, ещё эти герои такие же, как Громозека, недотёпистые и «добрые внутри». Милиционер, врач и водитель.
Предупреждаю сразу, если не настроиться на просмотр и ходить в процессе то за чаем, то за бутербродами, фильм кое-кому может показаться постперестроечной чернухой начала 90-х. Мне так и показалось, когда я выборочно просматривал эпизоды, пытаясь понять стоит ли смотреть данный кинопродукт. Но конкретно меня что-то всё-таки «зацепило».
Начал просмотр. Не отпускало все 104 минуты. Только один раз ставил на паузу, чтобы отлучиться по известной надобности. Продолжал сидеть в лёгком оцепенении, даже когда пошли финальные титры и ещё с пол-минуты после того, как они закончились.
Первый раз внутри всё сжалось, когда хирург Каминский общался с пациентом-первоклассником перед тем как дать ему наркоз. Нутром почуялось неладное. Режиссёр малость «пережал» с этой сценой. Ребёночек настолько жалостливо просится к маме, что становится сразу ясно — добром не кончится. Прямо-таки ружьё на стене и рояль в кустах вместе взятые.
Но ребёнка, конечно же жаль. Сцена достигает цели. Слезодавилка срабатывает, даже, если знаешь, что тебя в неё нарочно запихивают. Щемящее чувство, заданное в самом начале, вламывается куда-то внутрь души и не желает выходить до самого финала.
Безжалостность и натуралистичность я делю на две категории — фактурную и эмоциональную. Первая — это когда жестокость показная: кровь, плач, убийства, кишки наружу, мозги на стенке. В общем, всё на что так щедрО, например, японское кино. Вторая: когда жестоки сами ситуации. Жестоки до такой степени, что хочется закрыть глаза и заткнуть уши (или промотать сцену вперёд).
Причём, если проводить ось симметрии между первым и вторым видом такой классификации, то «Громозека» это как растянутая сцена из какой-нибудь «Пилы IV». Представьте что какую-нибудь часть человеческой, ещё живой, тушки пилят весь фильм. В красках и со смаком. С той разницей, что сцены из «Пилы» у большинства зрителей вызывают физиологическую реакцию (некоторые выбегали из кинозала и не возвращались), а у зрителей «Громозеки» сопоставимую по остроте эмоциональную (все сидят как оглушённые).
В общем, если вы уже запутались, то я говорю о некой системе координат. В которой всё, что больше нуля — лирика, а всё что меньше — физика. Как-то так.
Я не стану подробно пересказывать сюжет фильма. Т. к. — его легко можно найти в Сети. В принципе, его легко можно уложить в одно предложение. Фильм о том, как три советских человека не вписываются в современность. Однако, если бы всё действительно было так просто, то не было бы фильма.
Я бы назвал «Громозеку» социальным фильмом ужасов. И главный ужас заключается в том, что всё что там происходит до кошмарного обыденно, реально и повседневно. Глядя на ту же «Пилу» как-то не примеряешь роли героев на себя. Потому как воспроизведение подобных сценариев в жизни весьма маловероятно.
А вот в «Громозеке» всё как раз наоборот. Смотришь и понимаешь, что, в принципе, любой из нас (рождённых в СССР) может оказаться участником подобной драмы. Молодёжь (oh shit! я использовал это слово!), кстати, с её говоноцинизмом, я уверен, тоже не застрахована.
P. S.
С удивлением прочитал в титрах, что в фильме оказывается снялись братья Торсуевы («Приключения Электроника») и Дмитрий Иосифов («Буратино»). И если в любовнике милицейской жены, присмотревшись, можно опознать киногероя детства, то уж Буратино-то не опознаётся вообще никак. Ну а Красную шапочку-Яну Поплавскую, я естессно, ещё во время просмотра приметил. Использование актёров нашего кинодетсва, как я понял, это тоже элемент режиссёрской задумки по выдавливанию из зрителя ностальгической слезы. Тонко! Этакий условный психологический 25-й кадр, не позволяющий бросить просмотр.
А ещё молоденькая режиссёрша Валерия Гай-Германика в эпзодической роли панкухи — это как бы такой привет от режиссёра молодым коллегам, видимо.
Избрав темой своей второй полнометражной драмы (на сей раз с элементами трагикомедии) кризис постсреднего возраста у мужчин в наши дни, автор сценария и режиссер Владимир Котт уже, видимо, не мог не оснастить все это дело золотыми хитами советских ВИА, под которые его герои росли и матерели. Обрамляет и, соответственно, задает тон повествованию в «Громозеке» «Птица счастья завтрашнего дня». А строка про то, что «завтра будет лучше, чем вчера» фактически вынесена в эпиграф. При этом нетленкам про «не надо печалиться, вся жизнь впереди» или, скажем, «все могло бы быть совсем не так» в картине места не нашлось. И это, думается, неслучайно. По Котту, жизнь в 50 уже вроде как кончилась, и порой это не просто фигура речи, а самый настоящий смертный приговор. С таким постулатом очень хочется спорить, да и не только с ним. Так, сомнительным выглядит и вывод о том, что сниматься в порно стыдно, а промышлять бандитизмом не очень. Впрочем, это все, конечно, обсуждаемо.
«Громозека», вопреки бодрому зачину и веселым титрам, далеко не самый жизнеутверждающий фильм. От метаний трех заглавных персонажей (их фамилии складываются в общий псевдоним наподобие Кукрыниксов) по угрюмой зимней Москве веет неизбывной обреченностью. А от того, как часто пересекаются дорожки всех задействованных лиц в, казалось бы, большом городе, отдает еще и иньярритовщиной. Этакая «Сука-любовь», перенесенная из жаркого Мехико в суровую и, как водится, беспросветную российскую хмурь. С извечными коврами на стенах как приметой всеобщей косности и личного уныния. Тем не менее, сами бывшие участники школьного ансамбля «Громозека», несмотря на «круглость» столицы нашей Родины, встретятся только во внесюжетных прологе и эпилоге. А страдать от одиночества, непонимания и прочих экзистенциальных проблем второй половины жизни мужчины будут строго по одному. Нельзя не отдать должное и женской составляющей актерского ансамбля. Как бы вторя одному из посылов фильма – что «слабый» пол-де куда сильнее и решительнее неслабого, – прекрасные дамы вытягивают на своих хрупких плечах львиную долю драматизма.
Недюжинную изобретательность Котт проявляет не только как сценарист, запросто крутящий нити судеб чуждых друг другу людей, но и как крайне находчивый режиссер. Почти каждую сцену фильма он превращает в отдельный выход на арену «грустных клоунов» с обязательным завершающим финтом (то это почесывание головы, то слеза окулиста, то натягивание шапки на глаза). А для пущего эффекта деления на номера периодически выводит такие антре в затемнение – своеобразный занавес перед следующим пунктом дивертисмента. Интересных придумок в «Громозеке» вообще хоть отбавляй. Только снос дома под «Как прекрасен этот мир» (еще один неувядающий советский шлягер) чего стоит. Балет экскаваторного ковша на руинах хрущевки (прозрачная метафора крушения старых надежд и идеалов под натиском нового времени), пожалуй, эмоциональная вершина фильма.
Но этот танец на костях уходящей эпохи, да и большая часть «трюков» в фильме чаще сделаны, кажется, просто на забаву публике. Даже при наличии глубокого или не очень символизма, как в синхронном ужине до неприличия похожих друг на друга отца и сына. И если энный монолог в лифте хочется, что ли, перемотать, то на запоздалое признание в любви через офтальмологический аппарат, и на упражнения в йоге среди свиных туш, и на околофилософские реплики очень непростого сапожника – на все это забавно смотреть. Кроме того, радостно улицезреть и угадать повзрослевших героев из старых детских фильмов. Но даже их вроде бы оправданное общей ностальгией появление в кадре не снимает то и дело встающего вопроса: к чему все эти излишества в простой, по сути, картине о том, что «дороги, которые мы выбираем, не всегда выбирают нас»?