Отрицательные отзывы о фильме «Довлатов»

Полный зал в кинотеатре. Студенты, и недавние выпускники, редкое количество тех, кто родился в 70-е.
Жаль. Это не мой Довлатов. И не мой Герман. Я не почувствовал то время. Его мало в кадре. Мало Ленинграда. Он есть, но частично и в тумане, видимо чтобы не узнали современный Петербург. Повторяющиеся монологи героев, постоянное вино и съёмки артистов со спины.
Не верю. Не ощущаю ничего. Я понимаю зрителей, которые ушли из зала или постоянно смотрели в телефон на минуты до окончания фильма.
Возможно, причина кроется в том, что время все же накладывает отпечаток на жизнь художника. Кем несомненно является Герман-младший. И современная окружающая действительность вряд ли не касается его. Я с удовольствием пересмотрю "Гарпастум", "Бумажный солдат". Но для тех кто хочет получить удовольствие от кино, я бы лучше рекомендовал "Хармса" и "Три сестры" из последних отечественных фильмов. А режиссеру пожелаю не огорчаться, и продолжать творить. Ведь творец прекрасен, когда он работает !

"Мается, мается - жизнь не получается,
Хоть с вином на люди, хоть один вдвоем." (с) БГ
Пока граждане СССР готовятся отметить 7 ноября, печальный человек в пальто чувствует себя чужим на этом празднике жизни. Жена ушла, забрав с собой дочку, рассказы не печатают, карьера журналиста буксует, а вокруг все дают бесплатные советы, как жить дальше. Так бродит главный герой от кабинетов редакторов до мастерских таких же неприкаянных творческих людей, пытается иронизировать, но все как-то не в такт. А все потому, что никак не может подладиться под официальный тон власти, которая требует оптимизма, серьезности и героической направленности. Он, конечно, не один такой, это целое поколение, которое задается вопросом: что делать, для чего писать/сочинять/рисовать, если никто, кроме близких, этого не увидит. И сам же герой дает ответ: Иначе нельзя.И на этом кино можно было бы и завершить - на диалоге Довлатова и метростроевца Кузнецова, но режиссер, наверно, выгнал всех монтажеров, так что кино идет 2 часа. Сомнения в результате появились сразу, когда стало известно, что о Довлатове снимает Герман-младший. Дело в том, что вымороченный киноязык режиссера с кучей метафор и убийственно серьезных монологов находится вообще на противоположном полюсе от живой и ироничной прозы Довлатова. Идеальным романом для Германа был бы "Петербург" Белого, вот там бы он развернулся, снимая туманные виды города. Но Герман зачем-то взялся за Довлатова, прибив в нем всю искру жизни, иронии, обаяния, от чего грустный человек в пальто стал эдаким собирательным образом советского интеллигента времен застоя, потеряв всякую индивидуальность. Но это можно было пережить, если бы не диалоги. То, что еще как-то работало в странноватом фильме "Под электрическими облаками", в "Довлатове" выглядит откровенно плохо. Герои как будто общаются по рации: "Меня не печатают. Прием. - А вы странный. Прием." "Каша во рту" - метко обозначил это, пожалуй, единственный живой персонаж картины - Бродский. Неплох Козловский, но его персонаж для сюжета не нужен. От слова совсем. А от сцены ареста вообще становится неловко за сценарий.
Из сильных сторон - работа художника-постановщика и оператора. Фильм стильный. Хороший подбор актеров. В остальном - типичное кино Германа-младшего. Вряд ли буду пересматривать, а вот "Конец прекрасной эпохи" Говорухина (тоже ведь свой взгляд на творчество Довлатова) пересмотрю с удовольствием.

Курение - вред.

По-моему мнению, нельзя было не сходить на фильм о Довлатове, даже не учитывая того, что ему уже где-то что-то присудили. И на моё личное удивление, от просмотра фильма повеяло невероятной скукотищей...

Кучи людей, находящихся на большЕй протяжённости фильма в кадре или двигающихся мимо камеры, не только не создают атмосферность того, где находится главный герой, а напротив своей безжизненностью делают всё картонным и неубедительным. Хотя и лица, и костюмы вполне аутентичны той эпохе. Создаётся впечатление, что Довлатов ходит почти полфильма в толпе, посреди хорошо подобранной, но особо не напрягающейся массовки, и иногда шутит, а иногда изрекает что-то очень правдивое, но кажущееся жутко высокопарным и неуместным по отношению к общему фону.

Причём, все курят. И, словно, этим курением выполняют некую работу. Курят старухи, писатели, строители метро, секретарши, редакторы. Прохожие стреляют у друг друга сигаретки. Вероятно, кадр считался неудавшимся, если в нём никто не курил. Даже некурящая актриса Ходченкова старательно курит, хоть и не в затяг, неприязненно выпуская дым изо рта.
Это бесконечное курение, наверное, и должно было по замыслу символизировать застой.

Во всём фильме никто вообще не творит и не трудится. Ну, кроме Бродского, наверное. Тот хоть переводит стихи на русский для переозвучки польского фильма. Харизматично картавит, курит, как паровоз, но работает.
Остальные просто курят, выпивают, бесцельно толпятся, клянчат деньги или жалуются, что их не печатают. Нет, это тоже часть жизни, но где всё остальное?

Все произносят слова, но никто друг друга не слышит и все фразы, как и дым сигарет улетают в воздух и тоже дополняет впечатление картонности происходящего. Словно, вообще эти слова и диалоги взяты из другого фильма и неумело вклеены в этот.

Невольно ловил себя на желании, узнать сколько там до конца фильма осталось.
При подборе хороших локаций, костюмов, гриме и явном старании - всё равно, вышло неубедительно, плоско, недоигранно и ненатурально. Вся та фактура в кадре, что была у Германа-старшего и делавшего его фильмы до остроты правдивыми и перенятая Германом-младшим со всей тщательностью, у него почему-то не работает.
Пару раз "ружьё выстрелило" - правильнее сказать "пыталось выстрелить" - в виде истлевших трупов детей, символичного кладбища из рукописей и финала Данилы Козловского, но это не улучшило общего впечатления.

В общем, хочу сказать: бросайте курить и занимайтесь спортом - будет полезнее.

Я из тех идеалистов, кто в суровый мороз стоял в очереди на Ленфильм на кастинг в массовку "Довлатова". И два с половиной часа в той очереди понравились мне больше, чем они же в кинотеатре. Довлатов вообще очень личная история, относиться к нему можно по разному, но определенно он а) не был снобом б) не был скучным. Нудноватое кино про пижона в вечно распахнутом дорогом пальто может сколько угодно щеголять именами Бродского и Солженицына, Джойса и Хемингуэя, обличать режим, воспевать бардов и фарцовщиков, показывать город в рассветной дымке - к Довлатову все это имело бы отношение только, если бы иронию увеличили в два раза, а пижона звали Эрнст Буш.
Итак, фильм про некоего писателя времен брежневского застоя. Писателя, которого не публикуют. Хорош он или плох, сценарий умалчивает, ясно только, что великий роман не написан, а размениваться на фельетоны (впрочем, судя по сценарию, тоже не очень удачные), не позволяет гордость. Он окружен сонмом таких же нереализованных художников, поэтов, актрис, журналистов и литераторов, талант которых также лишь обозначен в диалогах и громких именах. В общем-то всё - застой, тлен, беспросветность и французский коньяк. Поэма без героя. Герой без ясных целей, идущий к моральному краху. Уныло, вязко, скучно - достаточно, чтобы создать образ эпохи, но совершенно непонятно, зачем. Данелия уже про все это показал и прочувствовал в гениальном "Осеннем марафоне", а "Довлатов", несмотря на громкие авансы, увы, оборачивается очередной ретро-мелодрамой в столь модных сейчас псевдосоветских декорациях.

Название фильма не имеет никакого отношения ни к Довлатову, ни к его жизни, никак не раскрывает персонаж, ничего не рассказывает о его творчестве, отношении его к жизни. Показана неделя из жизни алкоголиков, которых нигде не печатают, собирающихся на чужих случайных квартирах, рассуждающих о том, что они - непризнанные гении, среди которых так же случайно затесался человек со случайной фамилией Довлатов.
А потом все умерли - об этом белыми буквами не забыли написать на экране дважды.
Хорошо, что фильм показывали всего четыре дня.

..как можно снять такое нудное неинтересное кино про такого ироничного писателя, как Довлатов..?
конечно же я не ожидал от мл.Германа "задорного" фильма.. но чтобы так..)

понимаю, фамилия обязывает снимать кино.. но деградация налицо.. от фильма к фильму..

тот случай, когда природа взяла паузу..
извините.

В чудесном старом фильме "Голый пистолет" главный герой в дни печали порой наведывается в бар под названием "Зеленая Тоска" с грустной блюзовой музыкой, фотографиями жутких мировых катастроф на стенах, коктейлями, носящими соответствующие душераздирающие названия, и вообще атмосферой максимально приближающей дорогих гостей к мысли свести счеты с неудавшейся жизнью. После просмотра "Довлатова" возникла мысль, что этот фильм чудеснейшим образом вписался бы в антураж подобного бара: грусть грустная, печаль смертная, одно слово - Зеленая Тоска. PS. Римейк прекрасного "Бумажного Солдата" не удался(( PPS. За Тренера в шапочке - отдельное спасибо))

Не буду оригинальной. Унылое оно. Скучно. Длинно. Не про Довлатова. Не по Довлатову. Актер главный милый. Серб. Очен козлино выглядит Козловский. Как будто только из фильма по книге Минаева.
Не смотрите это. Лучше Довлатова перечитать.

Фильм сам по себе снят неплохо, без привязки к реальной личности, но сюжетно одни штампы для любителей атмосферы вечной грусти и хтони "творцов против системы". Для тех, кто хоть что-то читал о поведении реального Довлатова (а уж как он раскрылся в своих письмах!), для тех, кто что-то о нём знает из разных источников, а не только из соответствующей "диссидентской" среды, для них, думаю, должно быть стыдно очень хвалить такое кино.

За Довлатова обидно. Один из самых лёгких и остроумных писателей 20 века получился капризной половой тряпкий. В начале фильма сделана попытка увидеть мир глазами писателя - высмеять абсурдную реальность того времени. Но скатились в унылое бытописание какой-то мутной полутворческой тусовки. Сам Довлатов выглядит полным моральным уродом - постоянно озабочен тем, чтобы его писанину опубликовали, но так ничего толкового не написавший.

Гениальный маркетинговый ход: пустить фильм в прокат на 4 дня видимо для того, чтобы сарафан не успел разойтись.
У меня все.

Фильм просто плох. Точнее те час сорок, после которых я ушел. Сняли про что-то другое, не про Довлатова. Вместо пьяного, ироничного, сложного характера, вместо "разбитой параличом гориллы" получили два часа меланхолии и скуки. Люди копались в смартфонах. И это на сеансе про того самого Довлатова, книги которого сквозь смех и слезы перечитываешь по несколько раз! Хочу найти какие-то плюсы в увиденном, так как работа в целом добротная такая, атмосферная, отдает советским. Но их, плюсов, нет. Ушел и не жалею!

З.Ы. Порадовала публика. Собрались те, кто знает про абстрактный цинизм и другие довлатовские выражения, за которые его любим. Были пенсионеры. И минимум попкорна. Ладно, режиссер. Хоть за это спасибо.

Фильм «Довлатов» режиссёра Германа мл. рассказывает о нескольких днях из жизни писателя Сергея Довлатова (М. Марич) в 1970-х годах. Действие производит в начале ноябрьских праздников, накануне отъезда поэта Иосифа Бродского (А. Бесчастный).
Персонаж Сергея Довлатова в возрасте 29-ти лет показан как фон к атмосфере мрачного, холодного города Ленинграда во времена жёстких рамок социалистического реализма. Эпоха наступившего брежневского застоя - говорим одно, думаем другое, делаем третье – не позволяет творческой молодёжи говорить правду. Их не печатают, не выслушивают, не выставляют картины. А они слишком бескомпромиссны, ироничны, талантливы.

В картине у них нет позитива, да и возникнуть этому самому позитиву неоткуда. Когда от безысходности будут вскрыты вены журналистки в редакции, когда сознательно ненапечатанные рукописи сдадут в макулатуру и разбросают во дворе, когда на улице у всех на глазах убьют невостребованного художника (Д. Козловский), здесь как говорится, не до позитива! Творческая интеллигенция попадает под запрет. Довлатова не принимают в Союз писателей.

«Передать старым лампочкам тусклый накал», к сожалению, удаётся не всем! Довлатов, даже не пытается этого делать. С подступающим к горлу отчаянием, без копейки в кармане, он продолжает свой бег на месте в череде печально-грустных (эпизоды с женой, дочкой, матерью) и комично трогательных историй (эпизод с урологом на даче, финал на крыше авто «победы»), в надежде опубликоваться.

Ритм фильма тягостно грустный, медленный, долгий. Много тумана, снега, пелены. Много серо-мокрых промышленных пейзажей, длинных узких коридоров на земле и под землёй в шахтах. Хватает через край и массового пьянства в грязных задымлённых комнатах с чтением стихов, прозы, танцами. Вино, пиво, сигареты. Первые заморозки. Одиночество. Диссидентство. Безденежье. Фарцовка. Сплошное занудство. Одни разговоры, происшествия, закадровые тексты.

Фильмов на тему соцреализма о выдающихся поэтах и писателях сделано немало. Но, выбор отрезка времени, показанный режиссером Германом мл., с нарисованной атмосферой Ленинграда (художник-постановщик Е. Окопная) и оператором (Лукаш Зал) похоже, неслучаен. Такое ощущение, что нам шёпотом намекнули о предстоящем настоящем в будущем, потому как перегруз в кадре металлических стеллажей зашкаливал и почему-то невольно ассоциировался с железными двухъярками в тюремных камерах!

Сходили на Довлатова…
Двухчасовое унылое г..но! Циничная спекуляция Алексея Германа Бесконечно Младшего на фамилии моего любимого писателя. Кроме названия фильм не имеет к Довлатову никакого отношения.
Очевидно стремление режиссера снять унылое г..но было на столько сильным, что предмет не имел уже никакого значения. С таким же успехом его можно было назвать Пушкин или Брежнев. Левиафан Звягинцева это просто праздник жизни по сравнению с этим...
И актеры вроде замечательные, но эта театральная переигранность, эта убивающая очерёдность монологов, когда один актер не начинает говорить пока не закончит другой, эти унылые тона того же цвета что и суть работы.
И это фильм об искрометном, ярком и самобытном писателе с воинствующей иронией и фантастическим чувством юмора.
Уверен, что человек, не знакомый с творчеством Довлатова и пришедший на фильм, никогда не захочет его прочесть.
Слава Богу фильм идет в прокате всего 4 дня.
Уверен, что по той же причине, что и Левиафан, фильм ожидает успех заграницей. Там любой ушат помоев на голову отечества удостаивается поощрения. Фильм оказался той самой политикой, вне которой хотел творить герой.

Очень унылое кино, атмосфера безнадёги и непроходимой тоски присутствует в каждом кадре фильма, безусловно, здесь твёрдая пятерка создателям. Но я не понимаю, как ироничный писатель Довлатов мог сформировать свой неповторимый стиль в таких реалиях. Если делать выводы из фильма, то гнетущая атмосфера советской эпохи застоя поглотила его полностью (как и всех присутствующих в зрительном зале). К сожалению, половину сеанса я боролась со сном(((.
Пошла перечитывать прозу Довлатова! Удовольствие от прочтения гарантировано!

Шел на фильм в предвкушении, вышел с просмотра в разочаровании. Судя по гробовой тишине после окончания фильма, в разочаровании был весь зал. Когда стало понятно, что фильм уже идет к своему долгожданному концу, народ стал расходится не дожидаясь титров. Я считаю, что если фильм получает такое название, как фамилия человека, то в нем должна быть показана вся его жизнь или, хотя бы, ее основные вехи. При отсутствии таковых фильм стоило назвать "Шесть дней из жизни Довлатова". По сути в фильме нет никакой сюжетной линии. Сам Довлатов показан, с одной стороны, как человек, мечтающий о писательской карьере и ищущий возможности опубликоваться, с другой стороны, как раздолбай, неспособный и не желающий выполнять обычные задания редакции газеты. Он не прислушивается к советам и в грубой форме отвергает любую помощь. Себя он считает выдающимся гением, всех остальных жалкими придурками. Именно это и мешает ему публиковать свои рассказы и вступить в Союз писателей СССР. При этом, в кадре часто снуют непонятные и никому неизвестные личности, которые называют друг друга гениями и регулярно устраивают попойки. По моему мнению, фильм получился очень заурядным и заунывным. Куда смотрело Министерство культуры, которое спонсировало этот фильм, непонятно.

Думаю, что оценки фильма зрителями будут предельно крайними: или «очень плохо», или «очень хорошо». Все зависит от личности и мировосприятия. Картину лучше посмотреть, чем читать о ней… Поэтому, мне не хотелось бы ставить оценку. И хоть для меня, скорее «очень плохо», я совсем не жалею, что сходил, поскольку вынес для себя важную мысль…
Сразу скажу, что это не экранизация прекрасных произведений Довлатова. Фильм о его жизни… Эпизоде из его жизни. Картина о Довлатове, который «мог живо писать о всякой ерунде»… А вот говоря о фильме, очень хочется избежать синонимов слова «скука»…
На фоне красивых, реалистичных декораций Ленинграда того времени ходит уныло-томный герой внешне очень похожий на Довлатова. Иногда он произносит его мысли (не часто). В остальное время вздыхает о своей гениальности и пытается занять денег, чтобы купить дочке куклу… Вот, в общем-то и все.
От того, что написано Сергеем Довлатовым у меня лично захватывает дух. Его герои и образы неизменно ярки, а мысли афористичны, глубоки и всегда актуальны. Даже не буду пытаться сосчитать – сколько раз я его перечитывал и еще перечитаю. А вот фильм вряд ли посмотрю снова – эмоции от него еле колышутся. И это притом, что у режиссера гораздо больше средств выражения мысли, чем у писателя.
Возможно, мне не очень близок символизм, в стремлении к которому в фильме явно заигрались. Собственно, кроме него ничего и нет. Но и он, на мой взгляд, серый и унылый, как истершееся ругательство на стене подъезда...
Ведь это фильм не о Кафке. Это картина о русском писателе, который увлекательно и смешно писал о скучном, грустном и даже страшном. Вспомните: «Персонажи Довлатова горят значительно ярче, чем у Солженицына, но в куда более легкомысленном аду». И в этом его гений.
Кстати, в многочисленных документальных фильмах современники Довлатова говорят о том, что он очень любил поболтать и был прекрасным рассказчиком. Кто-то даже сказал, что он рассказывал лучше чем писал… Где же это все в фильме? Почему, кроме редких довлатовских фраз, герой лишь стенает о том, что его не берут в Союз писателей?
Лично мне в фильме хотелось бы увидеть живого Довлатова, который писал ту прозу, которую я так люблю. А мне два часа показывали его «фотографию» на фоне Ленинграда семидесятых годов…
Но я понял очень важную вещь. О человеке по-настоящему гениальном можно снять только гениальный фильм. Все остальное будет казаться серым и унылым на фоне того, о ком это кино делали.

PS
Интрига с четырехдневным показом теперь вполне понятна. Как любое ограничение это привлечет внимание к фильму и в первые же дни на него сходят максимальное количество зрителей. А потом появятся отзывы, и дальнейший прокат будет бессмысленным…

Фильм о том, как плохая советская власть не печатает писателей, не даёт выставляться художникам и вообще всячески гнобит творческую интеллигенцию, в особенности, если она «шалом». В начале 70-х годов прошлого века меня ещё не было на свете, но рискну предположить, что примерно так все и было. Понятно, что заведующий приёмом в СП и вообще покровительствующий музам уролог, сдача в макулатуру даже не распакованных рукописей - это все гиперболы (кстати, гиперболы слишком твердолобые), но главные редакторА выглядят убедительно. Во всяком случае, убедительнее, чем все остальное. А проблема в том, что лично у меня гонимые писатели и художники не вызвали сочувствия. В фильме не показаны муки творчества, зато присутствуют ежедневные (!) пьянки и фарцовка. Употребление портвейна из горлышка слишком картинно и наигранно, тем более, что демонстрируется многократно в разных ракурсах. Вообще, когда камера медленно блуждает по лицам участников «творческих встреч», не покидает ощущение неестественности и унылости происходящего. Взятая из рассказа Довлатова история с финской фарцовкой выглядит откровенно скучно и буднично, хотя, помню, читая рассказ («Креповые финские носки»), я смеялся от души. И тут мы подходим к главному: в фильме нет фирменной довлатовской иронии, когда грустно и смешно одновременно, когда убогость и нелепость жизни выглядят как забавные декарации спектакля. А есть скука, скука и... курение без конца. В который раз убеждаюсь, что, несмотря на наличие аутентичного реквизита, передать вкус эпохи - задача почти невыполнимая.
И последнее. Мое личное мнение. Довлатов тонко почувствовал и передал дух той эпохи, но никакой он не «непризнанный гений», как пытаются нам внушить авторы фильма. Вместо того, чтобы взглянуть на мир с ухмылкой Довлатова, фильм пытается увековечить его в камне. А камень, пусть даже это будет и мрамор, это не довлатовский материал.

Извините заранее за спойлер, но сюжет фильма опишу сразу: на протяжении двух часов экранного времени не происходит ровным счетом НИЧЕГО. Приготовьтесь к тому, что главный герой проведет это время за ленивым попрошайничанием денег у знакомых для покупки ненужной дочери куклы. В промежутках между сценами по поиску денег в долг, он будет также искать для презента бутылку французского коньяка, уныло слоняться по редакциям, что-то мямлить, немного фарцевать и систематически побухивать. Потом опять бессмысленно слоняться по кадру, жаловаться на жизнь, курить и впадать в истерики.

На втором плане, словно в аттракционе с вагонеткой, перед вами в желтом мареве будут проплывать картонные персонажи, произносящие унылые и бессмысленные, не вызывающие никакого участия монологи, сопровождая это бесконечным курением, ничегонеделанием и алкоголем. На их фоне будут такие же невыносимо длинные эпизоды, в которых говорить уже закончили и все разошлись, но оператор забыл выключить камеру, а монтажеру стало жалко потраченную пленку.

Окончание каждого подобного эпизода вызывало у меня искреннее изумление и острое желание с воем выбежать вон из зала, но только желание понять развязку этой картины, заставило остаться на месте. Но развязки не последовало - фильм закончился ровно тем же, чем и начался. Главный персонаж все также уныло слонялся в желтом тумане по кадру.

Возможно, в силу своих ограниченных познаний и кругозора я не смог оценить гениальное творение автора, но я увидел только вторичность и пустую породу. Желтую атмосферу Питера автор честно украл у "Преступления и наказания" Достоевского, а длинные подвисшие эпизоды - у Тарковского. Остальное осталось на долю Станиславского с его "Не верю!".

Полагаю, что Герман-младший хотел фактурно показать всю безысходность "совка", вкрапляя на блевотной охре полотна среди непризнанных гениев деревянных представителей социалистического общества. По факту же сделал фильм о себе - во всех этих дряблых, инфантильных и импотентных оболочках творческой интеллигенции, занятых дрейфованием с одной тусовки на другую, вечно недовольных и оппозиционных, угадываются вполне современные образы. И по прежнему красной нитью звучит недоумение - "Не учите меня жить - лучше помогите материально!". Творец ничего не должен государству, это государство обязано творцу только по факту его существования.

Фильм "Довлатов" - бездарное унылейшее двухчасовое говнище. Но как любая другая русофобская антисоветская чернуха несомненно будет обласкана западными премиями и рецензиями.

Скорее "нет" , чем "да". Стильный по форме и невнятный по содержанию. Погружающий в эпоху социализма , но абсолютно не раскрывающий образ Довлатова. ( Радуют сцены с Бродским.Только с его появлением все оживает , хочется раздвинуть пальцами картинку, приблизить, рассмотреть) .Итог: художнику- постановщику 5+ , режиссёру ...4-

Из отзывов на фильм очень порадовал подсмотренный где-то: «Я впервые видел как до конца фильма вышел из зала человек на костылях». Я просидела 15 минут. Дородному цветущему мужчине все почему-то говорят как он помято выглядит, мама выгуливает девочку лет 10 на детской площадке... всё остальное так же достоверно и жутко неинтересно.

То, что у многих – сложившийся образ автора «Пяти углов» и «Иностранки» – этакого записного балагура, юмориста и шутника , может разрушиться предстающим на экране грустящим абсурдистом, представляющимся Наташе Ростовой с кораблестроительного завода Францем Кафкой, совершенно не важно. Это лишь следствие читательской недалёкости. И вряд ли щёлкнуть по носу этой недалёкости было определяющим для фильма. Во все времена – в больше явленной или менее заметной – невежество присутствует - во всём размахе своей чудовищности. Это обычно и непоправимо. Но дело не в том, что писатель оказался в сжимающемся капкане советской бездарности. Дело в том, что после того, как фильм заканчивается, кроме неё у зрителя может ничего не остаться. Как же так вышло?

Все эти предпраздничные и праздничные ноябрьские дни 1971-го более всего Довлатова мучает вопрос о том, почему же его не печатают. Хотя уже мог бы и привыкнуть. Любовь к дочери – единственное, что его держит на плаву сомнительной советской реальности. Деньги для несуществующей куклы – ариаднова ниточка отсутствующего сюжета, держась за которую, герой блуждает по самому умышленному (по-Достоевскому) городу. Городу, в котором как будто бы и нет ничего, вызывающего восторг. Городу, в котором как будто бы нет и жизни. И даже пьянство в нём какое-то полудохлое. Городе, в котором не хочется и оказаться. А если в нём находишься, то хочется срочно отсюда свалить. Что, в перспективе, и сделают реальные/вымышленные персонажи. Оставь надежду, мой друг, навсегда. Вот, что уже знает Бродский. Вот, с чем не желает согласиться Довлатов. Такой вот протрезвляющий расклад от режиссёра, увлекающегося аниме про вампиров. И даже друг Довлатова, художник\фарцовщик Давид предпочитает броситься под колёса машины, нежели барахтаться в этом болоте. Сноподобном болоте.

Странно, но его гибель на 3-й день истории, не выводит Довлатова куда-то за рубежи фильмосуществования – вообще всю эти шесть дней можно и переставить местами – ничего особенно не изменится. А это априори не могло так быть. Да, ведь это кино – такое кино, монтаж, художественный вымысел и прочее прочее. Да ерунда всё это. Если уж с писателем от случившегося ничего не произошло, ставить надо было сцену к завершению, чтобы зритель не заметил этого неоправданного неправдоподобия. Сваливать же всё на сон – это просто выкручиваться, не зная и не ища ответа.

Такой вот sleepstyl. Бонюэлевско-тарковская панорама (у русских режиссёров, стремящихся больше попасть на фестивали, чем во что-то ещё, не менее важное, просто какой-то заскок на Тарковском) блистательно подходит для Ленинграда, но два часа фильма просто сводят на нет всю действенность этой поволоки, фильтров и дыммашин. Забавно, но туманные берега северной Пальмиры не вызывают ни малейшей дрожи у персонажей от ноябрьского холода. Можно подумать, что все во сне, из которого не могут выбраться. Либо у всех близорукость, либо все умерли от импрессионизма. Да, блистательна сцена вялого разговора Довлатова с Бродским, когда в кадр входит марширующая рота матросов, своим ритмичным отбиванием словно пробуждая их ото сна. Да, местами срабатывает эффект документальности, возникающий посредством задерживающейся камеры на уже прошедшей сцене, словно оператор подтормаживает или камеру забыли выключить. (Конечно, не оператор подтормаживает, – просто зрителя заставляют подтормаживать, задерживая его внимание на лицах, деталях, моментах, - как будто бы не столь важных, но, быть может, значимых… Вдруг там что-то есть, а что если ты что-то упускаешь, всмотрись, - мелькает мысль. И ты всматриваешься, и что ты видишь?
Вставные стальные зубы улыбающейся буфетчицы.

Так что все эти клише-послесловия – титрами - что стало с героями такого уровня – после такой художественной работы либо неуместны, либо вставлены для иностранного зрителя. (Для русского - в них нет особого смысла, потому что фильм привлечёт тех, кто уже в курсе, так сказать. А тех, кто не в курсе, режиссёру, наверное, не следует так лаконично энциклопедически информировать. Получается нелепица. Проще говоря: персонажи реальные; представлены художественным образом – со всем отсель вытекающим – удачно или неудачно, провально местами или раскрывающее ситуациями и пр.пр. Но - если сделан шаг в эту область – а тут он сделан так – что местами кинобрюки трещат по швам – то не хрен завершать магию кино – подобным тревожным способом. Что это – мол – не просто товарищи в советской экзистенциальной морбидности, - а вполне значимые литературные величины. Желаешь уведомить зрителей - раздай афишки с биографической справкой, если сомневаешься в способности погуглить не устающих гуглить что ни попадя. А.А.Г. стремился снять, по его словам, «не надменное кино». Но отчего-то чувствуешь себя обманутым. Неужели вся драма – весь абсурд – весь смысл существования писателя - представленного в течение нескольких дней в фильме – это проблема печати его произведений? Что это такое? Понятно, что 14 лет пролежавший на полке фильм отца режиссёра «Проверки на дорогах» ( кстати, снятый в этом же 1971м году) и масса подобных примеров – чрезмерно отрегулировали кинопредел и кинопосыл. Но – в таком случае – причём тут Довлатов? Можно было бы прикрыться кем-нибудь другим. То, что напечатали – не напечатали - всего лишь стечение обстоятельств. Несомненно и оно в состоянии помрачить сознание, но – сдаётся мне - режиссёру оно его помрачило более, чем Довлатову. Озабоченный отсутствием публикации более, чем проблемой ненаписания, например, романа, Довлатов ,- да и все его приятели, представлены в фильме так, что не представляют ничего из себя значительного. Да какая там значительность! Они настолько безликие (за исключением образа Бродского), что ничем не отличаются от ряженных в классиков заводских рабочих. (Потому, видимо, и пришлось пускать в финале титры об их значимости для литературы страны.)

Любопытно, в год 1971-й,в котором по фильму предстаёт Довлатов в Ленинграде, были сняты «Джентельмены удачи» и «Белорусский вокзал». А в недавней премьере программной спорт-драмы «Движение вверх» - то же самое время. Большинство своих, ныне известных всем произведений, были написаны Довлатовым много позже этого года.

И тем не менее.

Унылое, скучное зрелище, ни на каплю не раскрывшее личность самого Довлатова. Приготовьтесь зевать на протяжении двух часов и смотреть на часы. Искусственно созданный ажиотаж совершенно не оправдан. Фу

Я не знаю, какова была цель фильма, но по факту получилось просоветское анти-оппозиционное унылое г..но.
Весь фильм мы наблюдаем за бегатней инфантильного хипстера (как бы его сейчас назвали) и его таких же друзей-знакомых - а-ля Навальный и иже с ним 70-х. Делать что-либо полезное и нужное обществу они не хотят, и вообще его презирают, зато есть идея фикс "написать крутой роман" ("крутую картину", каждый хипстер подставляет по своему роду занятий безделия).
Объективно - вся эта шантрапа предстает в виде кучи безработных алкашей-бездельников, и мне в принципе стало понятно почему в СССР стали судить за тунеядство. Весь фильм главный герой кроме прочего побирается на 25 рублей, чтобы купить своей дочери куклу (nb. куклу так и не купил). Т.е. представляете - у человека семья, но зарабатывать деньги на ее содержание он считает ниже своего достоинства (ведь для этого надо писать всякие приземленные вещи, а не "великий роман"), поэтому ходит с протянутой рукой. Временами в кадре появляется такой же бездельник-Бродский и читает какие-то унылые говенные стихи.
В принципе, фильм заставляет задуматься. Но не о тяжелой судьбе Довлатова, Бродского, и проч. А о том, что может и неплохо делали в совке, что заставляли всех этих тунеядцев работать, высылали их из страны и т.д. Потому что, если верить фильму, это были какие-то асоциальные и антисоциальные элементы, цель пребывания которых в этом мире вообще не очень понятна. Это и есть "те самые" семядисятники???