
В тоталитарном обществе будущего идет нескончаемая антитеррористическая операция. В результате орфографической ошибки клерка из Министерства информации жизнь другого почти точно такого же клерка (Прайс) непоправимо меняется: прежде летавший лишь во сне, он влюбляется в грубоватую девицу (Грейст), по недоразумению объявленную террористкой, и сам неожиданно становится врагом государства.
«Бразилия» — это Оруэлл, переписанный Хармсом, Фриц Ланг, переснятый братьями Коэн, некролог, пересказанный в форме анекдота. Обращение участника «Монти Пайтона» к тяжеловесному и праведному жанру антиутопии странно лишь на первый взгляд: что может быть более абсурдным, чем будущее? Гиллиам, никогда не живший в СССР, гениально угадал эстетику тоталитаризма: гиллиамовский дивный новый мир — ржавое, затянутое паутиной царство всеобщего бардака, где главный враг не министр, не следователь, не палач, а сантехник. Иррациональная эффективность всей этой скрипучей допотопной машинерии на деле оказывается куда более зловещей, чем стерильное всевластие компьютеров, обыкновенно изображаемое в подобных фильмах. И куда смешнее: ведь в «Бразилии» еще есть диссидент от коммунальных служб Де Ниро, мамаша с ее пластическими операциями, возлюбленная, водящая грузовик, и тысяча мелочей вроде собачки с заклеенным крест-накрест анусом. Пессимистическая комедия Гиллиама, если верить легенде, первоначально должна была называться «1984 с половиной», но съемки затянулись. Жаль, название хорошее — впрочем, подошло бы и «2006».

В неизвестном тоталитарном государстве, куда срочно надо командировать Д.Козака для наведения административной реформы, формуляры важнее идей, а министерств - больше, чем налогоплательщиков. На фоне ремонта в квартире один из растяп-бюрократов знакомится со слесарем-боевиком. Вскоре его ждёт ещё одна роковая встреча - с женщиной из своих снов. Должностной регламент не выдерживает такой психологической нагрузки - следует увольнение с подрывом.
Фантазийные образы будущего, нарисованные Гиллиамом, вызывают уважение для 1985 года, однако только на футуристике кино не вытянешь. Лучший же, на мой взгляд, момент - это постельная сцена с вопросом "Не жалаешь предаться некрофилии?".

Я бы наверное не стала называть этот фильм гениальным поскольку здесь очень тонкая грань между гениальностью и полным сюром, доходящим до некоторого абсурда.
Это немного похоже на созерцание старого цирка, в котором артисты уже все посходили с ума.
Человек как часть большой безжалостной машины - идея не нова. Он с ней борется, он пытается в ней выживать и даже проглядывают ростки любви. Но постоянное ощущение нереальности того мира в котором живет главный герой, мешает ему сделать в этой жизни хоть что-то достойное.
А Бразилия ))) это очень забавно - просто мелодия, сопровождающая особенно важные точки сюжета. В принципе, это действительно метафоричная Бразилия - в которой все ярко, живо и несколько иронично-наивно )
Для разнообразия - этот фильм заслуживает, чтобы его посмотрели.