Фильм

Братан

В 91-м Бахтиеру Худойназарову было 26 лет – мальчишеский возраст для режиссера большого кино. В 91-м году он снял свое первое большое кино «Братан»: фильм про двоих мальчишек - Фару и Пончика, отправившихся в другой город по железной дороге к своему отцу. Фильм тоже (и, наверное, закономерно) получился мальчишеским – своим азартом, максимализмом, юмором, влюбленностью в кино, тоской по ушедшему детству и утраченной родине.

Сюжет фильма прост и позволяет легко отнести его к жанру road-movie, исключающему всякую искусственность благодаря возможности не выдумывать жизнь, а наблюдать ее. Для мальчишек это первое самостоятельное путешествие, и они (вместе с режиссером) с жадностью окунаются в почти безучастное созерцание проплывающей мимо жизни, не упуская из виду даже самые незначительные детали - их гипнотизирует циклическое мелькание паровозных колес, скрип паровозных креплений, солнечные зайчики, то и дело вспыхивающие в беднейшей обстановке кабины машиниста - таджика, взявшего их в поездку и разделившего с ними лепешку и кипяток в чайнике. В тисках паровозной кабины они оказались во власти золотой азиатской лени, внеположенной им по возрасту, но органичной в подобной ситуации. Созерцательность - одно из качеств этой лени.

Фильм черно-белый. Конечно, этот выбор не случаен. Именно черно-белое изображение позволяет режиссеру ткать свое повествование из почти прозрачных нитей, играть на полутонах и полутенях. Он проникает в самую суть кино, творит настоящее чудо. Случайный кленовый лист, упавший на полиэтиленовую пленку, служащую защитой от дождя, становится у него на несколько минут главным персонажем: мы не отрываясь следим за его пульсацией на пленке, этим танцем под тяжестью дождевых капель, под звуки курсирующего в небе вертолета. Это волнующее сочетание покоя, привычно царящего в одноэтажном доме среднеазиатского города, и тревоги, возникающей ниоткуда вместе с вторжением вертолетного гула.

Вообще, вода - падающая, льющаяся, струящаяся - очень значимая часть среды "Братана". Она будто даже имеет свою сюжетную линию: в первые минуты фильма она обрушивается проливным дождем, как бы оплакивая безмятежное детство героя, потом она становится свидетелем и участником мальчишеской одиссеи - ребячливо рассыпается множеством брызг, рассекаемая допотопным паровозом, безмятежно играет тысячами бликов на поверхности рек и озер, яростно вырывается из тисков водопроводной колонки в городе отца, убаюкивает тихими всплесками в санатории отца, и, наконец, мутноватая гладь воды в городском парке окончательно опрокидывает авторитет отца в глазах Фары. Вода - образ, богатый различными метафорическими смыслами - в контексте этого среднеазиатского повествования выступает главным образом как рифма к внутреннему миру главного героя - Фары, как отражение течения его жизни. В Средней Азии вода равна жизни.

Этот фильм - дань той сумме влияний, тем авторитетам, которые формируют "миры предпочтений" каждого художника. Режиссер, несомненно, отдает честь Франсуа Трюффо, не только обратившись в своей дебютной картине к теме детства, как это сделал в той же ситуации Трюффо (фильм "400 ударов"), но и выбрав на главную �