Фильм

Сядь за руль моей машины

Drive my car. Я уже не вывожу...

Это кино могло бы быть экранизацией сразу всех книг Мураками. Одинокий рассказчик, загадочная женщина, недеальный "идеальный друг", странная девчонка на фоне бесконечно далёкой по форме, но оказывающейся удивительно близкой по духу Японии. Долгие поездки в молчании на старом авто, только вместо старого доброго ретро-саундртрека старый добрый чеховский "Дядя Ваня", начитанный на аудио. Пластинка в фильме всего одна, но крутится она долго, почти три часа, оборот за оборотом вслед за ней раскручивается сюжет, как и тексты Мураками, то затягивая, то затягиваясь. Место музыки в фильме занимает литература. Имя главного героя - Кафукэ-сан, наводящее на мысли о Кафке, фрагменты беккетовского "Годо" придают бытовой трагедии о вернувшемся невовремя из командировки муже необходимую долю абсурда и экзистенциального отчаяния человека, в очередной раз на пути с работы на ужин столкнувшегося с бездной. Песня Drive my car битлов, конечно, про секс. Хей, детка, заведи меня! Разве секс не лучшая близость? В переводе, на какой язык найдётся та детка, которая просто сядет за руль и довезет уставшего пассажира домой? И где этот дом? Кино о невыносимом одиночестве, двое под снегом над разрушенным домом. Череда немых и безъязыких актёров, заранее выучивших роль за другого и оставивших необходимые паузы.
И все же "дядя Ваня, будем жить. Проживем длинный-длинный ряд дней, долгих вечеров; будем терпеливо сносить испытания,какие пошлет нам судьба; будем трудиться для других и теперь, и в старости, не зная покоя". Будем крутить эту чёртову пластинку. ... "ТАНЦУЙ и не останавливайся. Какой в этом смысл - не задумывайся. Смысла всё равно нет, и не было никогда.Твой главный соперник - усталость. Усталость и паника от усталости. Это с каждым бывает. Станет казаться, что весь мир устроен неправильно. И ноги начнут останавливаться сами собой... а другого способа нет, обязательно нужно танцевать". И мы увидим небо в алмазах. И мы отдохнём.

Неспешное повествование из жизни актера. Я люблю такой ритм - размышление. Он дает возможность подумать в процессе просмотра вместе с героем о затронутых вопросах и параллельно всплывающих своих.
Насколько бы сильно ты не любил человека - ты не сможешь заглянуть в его душу. Ты только можешь разобраться со своей

Фильм красивый очень. Неспешный. Медитативный. Но три часа!!! Хотя под конец уже более активно события стали развиваться, но все равно- три часа медитации!

Япония. Театральный актёр и режиссер с фамилией почти как у Кафки играет главную роль в классике - чеховском «Дяде Ване», слушает классическую музыку и самым классическим образом вернувшись домой застаёт жену с другим мужчиной. Спустя ещё два месяца жена умрёт. А мы успеем узнать, что у них погиб ребёнок, что он любит свою машину, что он слепнет, что во время секса жена придумывает странные рассказы. Так пройдут первые 40 минут фильма, и мы увидим, наконец, начальные титры. Впереди ещё два с половиной часа…

Хамагути сделал смелую ставку. Засыпал в песочные часы песчинок на 180 минут. Создал многоуровневое, многослойное повествование, раскрывающее себя подобно матрешке: рассказ в рассказе, спектакль в спектакле, реальность в реальности, обрамленная реальностью. Экранизировал историю длиною в жизнь по непростой повести Харуки Мураками.
Вязкое повествование о зле (излюбленная тема писателя); о невозможности узнать правду, понять другого; о том, что когда нечто совершено, остаётся только взять ответственность и жить дальше. Невыносимо делать вид, что ничего не случилось. «Это я убила, я!» кричит девушка в рассказе умершей супруги; «Это я убила» говорит юная водительница; «Это я убил» признается дядя Ваня на сцене; «Это я убил <свои амбиции>», осознает между строк дядя Ваня в пьесе.
Недаром спектакль пытаются поставить в Хиросиме - словно бы в обычном среднем городе, где ничто не произошло, если бы не руина дома, оставленная бельмом на память. Чтобы последующие поколения не страдали от катаракты, постепенно теряя зрение

Страсти кипят, но крышка до поры закрыта плотно, как и подобает японцам. Чего только стоит механическая выхолощенная читка реплик, сразу обозначающая как и что будет происходить. Герой окажется в одной труппе с молодым любовником умершей жены, которому уступит роль, как раньше уступал любимую. Руль автомобиля придётся уступить молчаливой девушке, которая могла бы быть его дочерью, обладающей схожими травмами. Как дяде Ване пришлось уступить свою жизнь ради благополучия других и смириться с этим.
Придется уступить невидимому ткачу ковёр своей жизни. Ринуться в котёл и смешать всех и вся без всякой надежды удержать хоть какие-то бразды правления. Всё перемешано в доме Войницких, но и в реальной жизни структуры не больше. Актёры не понимают друг друга, так как говорят на разных языках; они получают не те роли, на которые прослушивались; внешняя жизнь вносит свои коррективы. Жизнь рождается в хаосе, как ей и положено.

Ставка сыграла. Лучший сценарий в Каннах и номинация на главный Оскар года, плюс «Лучший фильм на иностранном языке».
Ещё раз: 28 марта сего года главную статуэтку чуть не получил фильм, в котором через постановку русской классики в городе, стёртом однажды с лица замли американской бомбой, говорят о необходимости жить дальше после совершенного зла, и если надо - жить в несчастье. Принять произошедшее. Отстроить заново свою жизнь также, как город, в котором от прежних людей остались лишь пепельные силуэты на стенах. Смириться с хаосом бытия, и с его ужасающей красотой.
Катарсис настанет. Принятие беспомощности произойдёт. Кульминацией станет монолог Сони, прочитанный на самом международном языке мира - языке глухих:
«Что же делать, надо жить! Мы, дядя Ваня, будем жить. Проживем длинный-длинный ряд дней, долгих вечеров; будем терпеливо сносить испытания, какие пошлет нам судьба; будем трудиться для других и теперь, и в старости, не зная покоя, а когда наступит наш час, мы покорно умрем и там за гробом мы скажем, что мы страдали, что мы плакали, что нам было горько, и бог сжалится над нами, и мы с тобою, дядя, милый дядя, увидим жизнь светлую, прекрасную, изящную, мы обрадуемся и на теперешние наши несчастья оглянемся с умилением, с улыбкой - и отдохнем.»

Браво!

Жизнь после жизни

Театрального режиссёра Юсукэ приглашают поставить «Дядю Ваню» для театрального фестиваля в Хиросиме. По условиям договора он не может сам водить машину, поэтому ему предоставляют девушку-водителя — молчаливую Мисаки. Проводя вместе по несколько часов в день, Юсукэ начинает переосмыслять свои отношения с женой, с которой они жили, казалось, в счастливом браке до её внезапной смерти два года назад. А Мисаки пытается разобраться с собственным непростым прошлым.
История начинается два года назад, когда Юсукэ жил с любимой женой (у них "особые отношения" и трагическое "личное прошлое"). Герой пытается смириться с прошлым, а тем временем в его жизни наступает новая глава. Совсем как в пьесе.
«Сядь за руль моей машины» — фильм режиссёра Рюсукэ Хамагути, экранизация рассказа Харуки Мураками. Фильм идеально походит на литературное творчество Харуки Мураками - про странных и одиноких героев в большом социуме: вообщем, про "загадочную, японскую душу". Перед нами простая, глубокая, спокойная, меланхоличная история с "терапевтическим эффектом" про жизнь и любовь (физическую и духовную). Тонкая зарисовка про создание совместного творчества (во время секса) с восточной "аскетичностью" и житейской философией, где отдельно стоит выделить монтаж. Название фильма обманчиво: наравне со знакомством Юсукэ с девушкой-водителем мы видим жизнь "театральной труппы" (репетиции "Дяди Вани" Чехова в Хиросиме). Это история двух "одиноких людей" у которых (стоит, надеяться) всё получилось (судя, по открытому финалу). Случайные встречи способны изменить жизнь. Если только в это поверить. Садись за руль моей машины. Побудь в моей шкуре.