Фильм

Форсаж: Хоббс и Шоу

Два мудреца в одном тазу

Человечество снова в опасности — кто бы сомневался. Очередной вирус, который скосит половину населения перенаселенной Земли, естественно, размещен в капсуле чемоданчика — и миниатюрной блондинке Хэтти (Ванесса Кирби) хватает храброго сердца, чтобы перекачать вирус в собственное тело: через 72 часа она самоуничтожится, пожертвует собой — и мир будет спасен. На поиск вируса по разные стороны Атлантики отправляют двоих самых неподходящих людей на свете: лос-анджелесского качка Хоббса (Дуэйн Скала Джонсон) с фигурой пупса-переростка и примодненного громилу с джентльменскими манерами Шоу (Джейсон Стэтем), раскидывающего по сторонам лондонских денди в золотых пиджаках.

Сколько бы начальники ни твердили по рации, что выбрали для миссии лучших людей планеты, поверить в это решительно невозможно — это какие‑то «Неудержимые» с помолодевшим составом. Пока Хоббс и Шоу тычут друг другу при встрече «громила — коротышка», выясняется, что отважная блондинка с вирусом внутри — младшая сестра Шоу, с которой он все никак не помирится. В детстве они устраивали на площадке шуточные теракты с названиями британских музыкантов (например, операции «Кит Мун» и «Мик Джаггер»), и мама (Хелен Миррен, которая появляется в эпизоде на пять минут и стоит пяти «Форсажей») все еще переживает, что брат и сестра потеряли связь. Само собой, в мире существует извлекатель смертельного вируса, управлять которым может только одетый в задрипанное пальто русский ученый, а погони развернутся от Чернобыля до Самоа (там тоже обитает один разозленный родственник). Так как без верховного злодея такие фильмы не работают, им номинально назначен Идрис Элба — босс секретной боевой группы: он мечтает стать сверхчеловеком и не возражает против того, чтобы человечества поубавилось — ведь в его руках «оружие библейского масштаба». «Геноцид-хреноцид?» — вслед за Таносом он твердит, что нас на этой планете слишком много.

Уж что-что, а «Форсажи» мы смотрим точно не для того, чтобы узнать схему работы биологического оружия или будни ЦРУ или МИ-6, так что предъявлять «Хоббсу и Шоу» претензии в достоверности — как обижаться на новогоднего Деда Мороза с ненастоящей бородой. «Я твои выбитые зубы и переломанные кости» против «Я шампанское, прямо в голову бью» — мы все здесь главным образом за этим. Ну и еще за гонками в свинцовых тонах в Припяти и солнечных ралли в Самоа — недаром это «Форсаж», а не какая‑нибудь история о Борне.

Режиссер Дэвид Лейтч с прошлым трюкача вполне себе тянет на надежду жанра — кто лучше него знает, как должны похрустывать кости и с каким размахом ноги в тяжелых ботинках влетают в беззащитные челюсти. Вспомните динамичное кино за последние 10 лет — Лейтч, скорее всего, был поблизости: или наставлял инопланетян в «Восхождении Юпитера», или топил в крови героев «Блейда». «Джон Уик» стал точкой отсчета его самостоятельной карьеры и драк в кино, за которые не стыдно, — увлекательные и веселые, но правдоподобные, а главное — мясные, правильнее не скажешь. Его ребята не танцуют в воздухе, как участники «Танцев со звездами», а красиво месятся, как очень накачанные, но все же живые люди. В этом и видимая проблема Лейтча — он превосходно чувствует органику людей и совершенно проигрывает в битве с машинами. Моторы, двери, скорости и гонки железяк даже в самом захватывающем пространстве ему даются куда хуже, но как только камера приближается к человеку на расстояние потенциального противника, начинается веселуха.

Для начала — пятерка за главную героиню, которая половину фильма дерется в платье в красную розочку. Еще пятерка — за ленивую драку на задворках при помощи мусорных мешков. Русскую боевую содержанку Лейтч сотоварищи не поленились назвать Маргаритой, а не какой‑нибудь Наташей или тем более Анной. Наша родная мафия работает в барочных усадьбах и действует под руководством Миши Кромсалы. «Думаешь, отъелся и тебе все можно?» — фраза из фильма, которую хочется запомнить для собственной уличной драки, не говоря уже о подзабытом провинциальном «Не бузи!». Когда шутки про размеры Хоббса и Шоу у авторов заканчиваются, начинаются подколы старшеклассников — кличка Мален Кихрен и цитаты из Брюса Ли. А тот, кто скучает по экзистенциальным спорам Балабанова, услышит про «силу в правде» и «силу в силе»: мягкая тень Данилы Багрова упадет на голливудское месиво — и Хоббс, Шоу и даже Идрис Элба покажутся очень родными.

Чего по-настоящему не хватает новому «Форсажу» — это той самой механической скорости и безумия, из‑за которых глупые фильмы превращаются в глупые фильмы на все времена. В конце концов, «Форсажи» всегда были именно про ревущие святые моторы и панчлайны из 80-х. Здесь маловато откровенного бреда, да и скорости для «Форсажа» скорее умеренные — на маленьких московских переулках лихачи на спортивных тачках разгоняются резвее и шумнее. С цитатами из Ницше и шутками про размеры Дэвид Лейтч все еще находится в безопасной зоне так себе шуток, особенно когда на горизонте русская блондинка мочит злодеев тарелками («Анна» Бессона), а главный драчун планеты — книгами русских сказок («Джон Уик-3»). «Сквозняк во лбу будет мешать тебе сладко спать» — новая дурашливая умеренность экшенов звучит так. Ну что же, нас приучили к большему — и мы имеем право разочаровываться.