Почитайте интервью с Наталией Бережной из «Дау». Из-за ее роли разгорелся скандал

15 мая 2020
Она подробно рассказала о съемочном процессе и оценила, как «Дау» повлиял на ее жизнь

Сразу после мировой премьеры первых фильмов «Дау» на Берлинале в начале 2020 года  в адрес создателей масштабного кинопроекта во главе с режиссером Ильей Хржановским посыпались многочисленные обвинения: в психологическом и физическом насилии, съемках постельных сцен без ведома актеров, невыплате гонораров и, конечно, заоблачных тратах на сам проект. Самый громкий скандал вызвал фильм «Дау. Наташа» с непрофессиональной актрисой Наталией Бережной в заглавной роли, которая, по мнению некоторых российских журналистов, до сих пор страдает посттравматическим расстройством, последствием стресса, полученного во время съемок 12-летней давности. Редактор «Искусства кино» и непостоянный автор «Афиши» Егор Беликов взял большое интервью у актрисы и попросил ее прокомментировать слухи вокруг и около «Дау». «Афиша» выбрала самое главное.

 

Егор Беликов: Давайте обсудим эту публикацию Le Monde, где описывается, что Хржановский заявлял, будто вы проститутка из БДСМ-борделя. Вы имеете какое-то отношение к этой теме — к БДСМ или к борделям?

Наталия Бережная: Это бред сумасшедшего. Я шифровку вот эту — БДСМ — когда услышала, открыла Википедию, чтобы узнать — что такое, с чем его едят? Когда прочла, думаю: «Сука, гондон». Я Илье сказала, я сразу его набрала, говорю: «Слышишь, Илья, ты это говорил?» — «Ты что, с ума сошла? Конечно же, нет!» — «Дай я его [журналиста Le Monde] за горло подержу!» Вот честно, у меня навязчивая такая идея, я засыпаю и просыпаюсь с одной мыслью уже на протяжении года. Мы когда с Ильей встречаемся или созваниваемся, я говорю: «Илья, дай мне его подержать за горло. Я, ***, это так не оставлю» — «Ну он же хотел тебя защитить». — «Да не хотел он меня защищать, он гондон, просто гондон». После этого я и не хотела никому давать интервью.


Е. Б.: О съемке предупреждали заранее, что придет человек с камерой?

Н. Б.: Не всегда. Они могли делать где-то съемки, допустим, в Институте, а тут наши взбалмошные ученые решают: «А пойдемте [выпьем] по 50?» —«А пойдемте!» И камера пошла за ними следом. 

 

Е. Б.: Вы были готовы, что вас будут снимать? Вас предупредили о том, что фильм будет сниматься иногда без предупреждения?

Н. Б.: Да, это оговаривалось.

 

Е. Б.: Могли ли вы это остановить, если хотели, то есть попросить, чтобы вас не снимали?

Н. Б.: Да. У нас была договоренность: если я не хочу сниматься и хочу уйти, я смотрю в камеру. 

 

Е. Б.: Все, что снято, было снято только по вашему желанию?

Н. Б.: Каждая сцена обсуждалась, как это должно происходить, какая последовательность. Да, были там моменты импровизации, но не настолько, чтобы там все импровизировалось.

 

Е. Б.: Сейчас Хржановского обвиняют в том, что он набрал местного харьковского населения и спаивал его, чтобы поставить на них социальный эксперимент.

Н. Б.: Кто хотел — тот пил, кто не хотел — не пил. У нас был Александр — один из ведущих ученых, лекторов нашего Харьковского университета, я не буду называть фамилию. Он вообще не употреблял спиртное. Вот если он не пил, то он не пил.


Е. Б.: О постельной сцене. Готовы ли были, что вас будут снимать на камеру в этот момент, знали ли вы об этом? Контролировали ли ситуацию?

Н. Б.: Это у нас с Люком (приехавший из Франции приглашенный профессор физики Люк Биже. — Прим. ред.) началось спонтанно, мы даже сами друг от друга не ожидали. Сначала я не поняла, что съемка идет. А потом было уже все равно.  Этого не предусматривал никто. Я, допустим, предположить не могла, что я пойду на это. 

 

Е. Б.: Говорят, что в комнате был кто-то еще, кроме вас с Люком и оператором. Правда ли это? 

Н. Б.: Был оператор, Люк, я. В комнате больше никого не было. 

 

Е. Б.: А у вас спрашивали, готовы ли вы, чтобы эта сцена вошла в фильм?

Н. Б.: Да, спрашивали.

 

Е. Б.: Сейчас Люк говорит в интервью, что его спаивали, что это все был какой-то заговор против него, что все это было не по-настоящему.

Н. Б.: Ну, ему никто не наливал. Он пил сам. Получается, я его изнасиловала? Бред какой-то. Ему никто не наливал, это раз. Второе: наливали вино не ему, а он — мне и себе. Он пил вино, он пил водку, он в тот вечер выпил приличное количество, будем так говорить. И он до этого пил. В буфет приходил — он выпивал, никто ему не заливал.


Е. Б.: Главный вопрос у всех — обсуждали ли вы с Хржановским и Ажиппо заранее, что конкретно будет происходить в сцене допроса?

Н. Б.: Конечно, обсуждали. Это было оговорено до мельчайших тонкостей. Я очень долго упиралась, что я буду в кадре обнаженной, но потом — для большей правдоподобности — я согласилась.

 

Е. Б.: Вы были готовы к пощечине, к бутылке — вы ко всему были готовы и согласились на это?

Н. Б.: Да. Все действия оговаривались, и если люди поверили в происходящее, то это значит, что мы все очень хорошо сыграли.

 

Е. Б.: Расскажите о вашем поцелуе с Ажиппо в финале сцены.

Н. Б.: Это была импровизация. Моя инициатива, я решила все-таки поиздеваться над мужчиной, который не сумел разорвать нормально одежду. Мы потом смеялись над этим. Он спрашивал: «А что это было?» Он не ожидал. Илья сказал, что должен быть финал какой-то интересный. Мне больше в голову ничего не пришло.


Е. Б.: Ходили слухи, что кому-то за съемки в «Дау» не заплатили, кинули на деньги, кто-то жаловался на нарушение трудовых прав. Были у вас такие проблемы или у кого-то из ваших знакомых?

Н. Б.: Я об этом не знаю, на «Дау» работало слишком много людей, я могу говорить только за себя. Были задержки по зарплате, допустим, но чтобы кинули и не заплатили — такого не было. Давали двумя, тремя частями, но чтобы нам не заплатили — я такого не помню.

 

Е. Б.: Вы довольны тем, сколько вам платили?

Н. Б.: Да. Мне платили ровно столько, сколько я зарабатывала на своем частном предприятии. 

 

Е. Б.: Сегодня в контексте «Дау» много обсуждается его бюджет, потраченный Хржановским, — говорят, что гора родила мышь, что слишком дорого стоил этот фильм.

Н. Б.: У меня нет такого впечатления. Чужие же деньги всегда умножаются на десять. Да пускай даже на миллион они умножают. Поэтому я и стараюсь меньше читать комментарии и всю прессу, начиная вот с этого придурка, которого у меня до сих пор есть желание подержать за горло, причем крепенько так подержать…


Е. Б.: Получили ли вы эмоциональную травму на съемках «Дау»?

Н. Б.: В чем они травму увидели — я понять не могу. Я живой, нормальный, обычный человек, я адекватна. Странные эти люди, которые пытаются себе что-то придумывать.


Е. Б.: Хочу спросить про насилие. Как я понял, с вами на съемках ничего не произошло, к чему вы не были готовы. А было ли вообще такое вокруг вас, что кто-то кого-то бил, например? Видели ли вы что-то подобное?

Н. Б.: Нет. (Смеется.) Я такого не видела. Я не знаю, что должно было произойти для того, чтобы человек развернулся и ушел.


Е. Б.: Что вы думаете о «Дау» как о кино?

Н. Б.: Я смотрела практически все, но отрывками. У меня не получалось вот сесть и посмотреть. Я полностью смотрела «Наташу», «Дегенерацию», сериал «Меню» про Олю. А очень хочется абсолютно все посмотреть, потому что это происходило у меня на глазах. Я свой фильм смотрела четыре раза — и все четыре раза я плакала.

 

Е. Б.: Почему?

Н. Б.: Ну, мне жалко актрису. И «Дегенерацию» я смотрела прямо на одном дыхании. Меня уже не было, когда это происходило все. Когда я увидела, я была ошарашена, конечно. Это было для меня потрясение, этот фильм вообще [для меня] продолжение «Наташи», те же доносы и стукачество, но в больших объемах. Оля мне очень сильно понравилась. Тоже плакала. А остальные фильмы я смотрела отрывками. Но это огромная, колоссальнейшая работа.


Е. Б.: Я слышал, что Моника Беллуччи к вам подошла в Париже, правда это или нет?

Н. Б.: Да, у меня даже есть фото.

 

Е. Б.: А что сказала?

Н. Б.: Она была в восторге от фильма, держала меня за руку, гладила меня по руке, говорила, что очень хороший, красивый фильм, я ей сильно понравилась.


По случаю онлайн-премьеры первых фильмов «Дау» «Афиша» вспомнила культурные (и научные) явления, отзвуки которых можно найти в амбициозном проекте Ильи Хржановского. Кроме того киноредактор Евгений Ткачев провел сравнительный анализ двух циклопических побратимов: «Дау» и панк-макраме «Орфические игры» Бориса Юхананова.

  • Фильм
    Дау. Наташа
    Реалити-шоу из параллельной тоталитарной реальности
«Балабанов», «Клипмейкеры» и «Медея»: что смотреть на кинофестивале «Зимний»?
«Балабанов», «Клипмейкеры» и «Медея»: что смотреть на кинофестивале «Зимний»?
«Балабанов», «Клипмейкеры» и «Медея»: что смотреть на кинофестивале «Зимний»?
Пять книг Григория Остера, которые стоит прочитать современным детям
Пять книг Григория Остера, которые стоит прочитать современным детям
Пять книг Григория Остера, которые стоит прочитать современным детям
Хелена Бонэм-Картер высказалась в защиту Джонни Деппа и Джоан Роулинг
Хелена Бонэм-Картер высказалась в защиту Джонни Деппа и Джоан Роулинг
Хелена Бонэм-Картер высказалась в защиту Джонни Деппа и Джоан Роулинг
Топ-7: аквапарки и другие водные развлечения в Петербурге
Топ-7: аквапарки и другие водные развлечения в Петербурге
Топ-7: аквапарки и другие водные развлечения в Петербурге
Создайте уникальную страницу своего события на «Афише»
Это возможность рассказать о нем многомиллионной аудитории и увеличить посещаемость