По сути, из текста «Женитьбы», как он преподносится или преподносился в школе, что мы знаем, что невеста хотела сделать микс, как сейчас бы сказали, из Ивана Кузьмича, Никанора Ивановича и, само собой, Ивана Кузьмича Подколесина. Лишь посмеяться над этим намерением Агафьи Тихоновны было бы маловато для того, чтобы написать пьесу. Автор взялся за более сложную задачу, и ее же предложил актерам – сыграть совершенно нетипичный, с историко-бытовой точки зрения, жизненный эпизод – когда в то время невеста делает выбор сама, а не ее родители(на момент сватовства покойные), причем невеста, она купеческая дочь, при этом отнюдь не бесприданница. Даже наоборот. До революции, при отсутствии прямого указания в завещании(если оно было), дочери не наследовали, а получали что-то в приданое(если незамужние). В «Женитьбе» Агафья, похоже, была единственной дочерью, что вообще нехарактерно для купеческой семьи. Не стану сравнивать с ощущениями от чтения текста, но тому, что происходит на сцене, вполне веришь.
Наверное, за счет того, что в словах актеров чувствуется действие. Моряк Жевакин, экзекутор Яичница рассказывают о себе и об эпизодах из своей жизни, по-моему, у них наиболее длинные монологи. Но в них чувствуется действие, из их рассказа вырастают у зрителя нужные картины. Вполне представляешь и второстепенные эпизоды – как Степан сбегал за ваксой в ту самую лавочку или о чем он говорил с портным. Из реплик свахи ясно представляешь и пивной погреб в доме невесты, который «пользуется вниманием». Занимательно и все то, что говорит про приданое, Илья Фомич. Ко всему этому удачно добавлена Дуняшина игра на гитаре, оживляющая действие время от времени.
Но главный герой доносит до зрителя, наверное, основную идею автора, почему весь день у Ивана Кузьмича не складывалось с женитьбой. Он забыл одно слово, режиссер и актер это подчеркивают – Господи, благослови. Вспомнил, и дело пошло на лад. Постановка видимым образом передает эту идею, которая в тексте может, при беглом чтении, и затеряться. Поэтому я рекомендую именно этот спектакль, а не текст.