Впервые я вышла из зрительного зала и не смогла ответить на вопрос «А мне понравилось?». Не знаю. Именно не знаю. Ничего не могу сказать. Очень странный спектакль, вызвавший у меня очень разные и в основном неприятные чувства, хотя и приятные тоже были, но меньше.
Очень трудно выразить свои мысли и ощущения, но попробую.
За первые десять минут мне захотелось уйти. Встать и уйти. На сцене творился хаос, психоз, истерики, люди сходили с ума. Четыре женщины в черном и один мужчина, одна женщина – в инвалидной коляске. Они все ждут смерти деда, который истошно вопит за стенкой и несет всякий бред. Это ужасно. Кровь стынет в жилах. Они ждут его кончины. Я не знаю, знает ли режиссер, но так неистово кричат сходящие с ума больные раком в последние минуты их жизни, когда наркотики уже не помогают. А у него так кричит дед, больной бронхитом. Не смешно. Страшно.
Пять человек ждут смерти. И они её хотят. Это ужасно. Но, так, увы, бывает и в жизни.
Истерики, бесконечные истерики – взрослая незамужняя дочь, которой надоела мать, дед и остальные родственники – ей хочется свободы, ругается с матерью, которая также хочет свободы, но прикована к инвалидному креслу. Мать и сын – типичная история – мать доводит своим опекунством и своими нотациями уже взрослого сына до нервного срыва. Все кричат. И это действует на нервы.
Они решаются отравить деда – полоумная родственница приносит цианистый калий. Она тоже несвободна – её мужа прячут от неё на чердаке, а на ней – пояс целомудрия.
Но не вышло – приезжает племянник с любовницей, и цианистый калий достается проходящему мимо местному маньяку, которого и кладут в гроб вместо деда, который поправился и уехал с любовницей, благодаря помощи племянника.
Но на этом сюжет, как и смерти не заканчиваются – полоумная родственница отравила и парализованную мать, и дочь, и племянника.
А сама сказала «Свобода». Свобода ценой чужой смерти. Конец.

Спектакль о покалеченных человеческих судьбах, о том, что у каждого свой скелет в шкафу. Все в каком-то смысле калеки.
Парализованная мать – довела мужа до того, что он выкинул её с балкона, шесть раз. Теперь она в кресле.
Дочь – прикована к дому, а её возлюбленный на 30 лет посажен в тюрьму. И она из принципа хранит ему верность. Но хочет ли она этого по-настоящему?
Племянник – в чемоданах он возит труп мужа своей любовницы, и чемоданы не хотят от него уходить – как он ни старается их сбыть – они возвращаются. Он постепенно сходит с ума, не зная, что делать дальше.
Полоумная – её держат взаперти, лишили мужа, любви, счастья, а ведь она оказалась умнее многих.
Красной нитью через весь спектакль проходит присказка «Любовь – птица. Её не поймаешь, крылья не пообломаешь».
И ведь умерли все те, в чьих сердцах уже давно не жила настоящая любовь, жажда жизни или к кому любовь больше не могла прийти, те, в ком посилилась злоба, ненависть, жестокость – мать, дочь, племянник. А кто остался? Дед, который и в свои 92 не терял сил, активности и любовницы. Марта, которая свято верила, что её замечательный муж жив и к которому она порывалась вернуться. И полоумная с мужем – так страстно желавшая счастья.
Очень сильный момент танца матери на инвалидных колясках – жутко. Давит. Думаю, не случайно она парализована – не может уйти от себя, будущего нет, как ни старайся.
Страшно, когда опять же, парализованная мать выезжает на край сцены, свет гасится, и лишь она одна освещена и рассказывает о любви-птице – безумие чувствуется в ней.
Я не буду советовать этот спектакль друзьям. В нашей жизни и так много черноты, грязи, жестокости, и хочется хоть где-то отдыхать от этого, а здесь… Нет, спасибо.
Но если вам нравится черный юмор, нравится смотреть, как людей заживо укладывают в гроб – вперед, вам сюда.
На вкус и цвет товарищей нет

Пока свежи воспоминания…
Под видом черно-белого трагифарса с элементами абсурда, вам подадут патологически-безблагодатный поток подросткового эпатажа, с полным набором пошлых пубертатных штампов (грязная игра слов, срывание одежд с пожилых тел, надрывные крики, надувание контрацептивов, замызганная порнография). Может быть сие действо - это анализ несвежего белья духа по методу Достоевского, и подразумевает обязательный катарсис или, как минимум, возможность разглядеть за грязью душ божественный свет? Даже не надейтесь. Только нагнетающий градус истеричности вампирский паноптикум, высасывающий до дна бедного зрителя, которого недодоила его личная бытовуха. Ребята, держитесь от этого болезненного потока серенького сознания подальше, а то неровен час, примете балаган за Театр.

Спектакль начался страстно, атмосферно, было ощущение погружения. Ко второму акту атмосфера страстного Мадрида рассеялась, сменившись атмосферой старой пропитой коммуналки. Примитивные шутки, давно и не раз пошученные за пределами театра, над которыми смеются только те, кто по какой-то причине, их еще не слышал. Не побрезговали и туалетным юмором. Это касательно спектакля. Субъективное мнение. Зал. В зале очень холодно. Не понимаю почему не отменяют или переносят спектакль. Вскупе, я разочарована. мне очень понравился спектакль "Валентинов день", но я в этот театр никогда не вернусь, я себе пообещала.