Скорее отзыв, чем рецензия, поскольку с художественной точки зрения наверняка есть ценность и блестящие находки, но это все опишут без меня специалисты-театралы.
Я же поделюсь своим впечатлением.
Спектакль не понравился. Не вызвал никаких эмоций - оставил равнодушной, в нем некому сопереживать, новой идеи нет, ее вообще как-то нет - о чем он? О любви? О несправедливости судьбы? О низменности людской натуры? да ни о чем по большому счету. Именно этого - большого счета - в нем нет, есть отдельные моменты. Но для 3 актов их маловато.
Для объективности: со спектакля зрители толпами не убегали, судя по реакции зала - почти всем понравилось, слышала много восторгов уже после окончания от выходивших.
Смотрела с подругой, ей понравилось. Она встретила давнюю знакомую своей мамы - даму в возрасте, которая смотрит уже третью постановку "Трехгрошовой", и та отозвалась об этой как о лучшей.
Но...мое мнение - вот такое, какое есть, субъективное. Итак. Спектакль какой-то НЕцелостный. Первый акт вызвал недоумение, второй прошел поживее, затем антракт, который тоже часть действа (поэтому сразу предупреждаю - на втором антракте не выходите из зала), на третьем не покидала мысль - когда же это наконец закончится.
Почему так?
Во-первых, честно говоря, я половину не понимала из песенной части, невнятно, музыка заглушает звук голоса, молодые актрисы, играющие подруг главного героя, поют сильными, но очень неприятными голосами, все на одной ноте, хоровое пение звучит как какофония. Я смотрела с Сосновским в роли Питчема - вот ему спасибо! Отсальные очень сложно вопринимались.
Во-вторых, игра актеров. Я очень люблю Хабенского в кино, но что он делает в этом спектакле, для меня осталось загадкой - просто присутствует, никакой искры, никакого заряда, а ведь он главный герой - сам легендарный Мэкки-нож, гроза Лондона и окрестностей, женский магнит, король преступного мира! (надеюсь, что это такая задумка роли режиссером, а на самом деле, он мощный актер не только в кино, но и в театре - скоро пойду на "Гамлета", очень хочу, чтоб это было так). Кравченко (шериф) - показалось, что режиссер очень хотел добавить "голубого цвета", но то ли постеснялся сделать это с таким мужественным актером, то ли не нашел куда еще приткнуть эту линию в мешанине из целлофана и скотча.
В-третьих, для меня использование ненормативной лексики конкретно в этом спектакле показалось совершенно неоправданным (песня в исполнении Марины Голуб - о бабнике - с паузами на нужных местах - а-ля - вставьте нужное слово сами, просто отвратительна).
И в-четвертых, сам прием - носом зрителя в дерьмо - не вызывает у меня отклика, но примененный талантливо он будит сознание, дает пищу для размышлений, рождает порыв в душе, а использованный в этом спектакле - в антракте - оставляет только гадливость, хотя оговорюсь - зал покатывается со смеху, почти тычет пальцами - узнаваемость разномастных побирушек - на 100%, но разве это смешно?????
Заранее извиняюсь перед всеми зрителями, которым понравилось действо.
Но я - не рекомендую.
Год назад я смотрела там же "На всякого мудреца.." с Безруковым (к которому, к слову, относилась довольно предвзято). Спектакль с практически дословным текстом Островского, известным со школьных времен, заставил от смеха рыдать до слез, до боли в животе. Свежий, легкий, искрометный! вот его советую посмотреть всем!

Я, как истый русский театрал, не утерпел, чтобы одним из первых не посмотреть новый спектакль на большой сцене нашего главного театра. Насилу добрался до места, не торгуясь, приказал извозчику ехать прямиком в театр, а он оказался с юга, и, видно, недавно в столице, потому как такое слово, как МХАТ, услышал от меня впервые, в чем четно признался. Однакож, когда я произнес фамилию Серебренников, он сразу встрепенулся, закивал головой и даже прибавил скорости. На Камергерском была большая толпа, и к окну администратора очередь значительная. Мне дали билет с местом на два лица и, поскольку спутника у меня не было, я взял под руку того, кто первый на входе из кассы спросил меня: «У вас есть лишнее пригласительное?». Этим человеком оказался студент невысокого росту с восторженным взглядом. С ним вместе мы провели все четыре часа представления с тремя антрактами.

В основу спектакля была взята «Трехгрошовая опера» немецкого драматурга Бертольда Брехта. Сюжет коей состоит в том, что Полли Пичем тайно выходит замуж за главного вора Лондона, Мэкки-ножа, в то время как ее родители, само собой разумеется, против такого брака. Между тем, отец ее, Джонатан Пичем – главенствует над всеми нищими города. Родители доносят в полицию на своего нового зятя, и он бы мог успеть сбежать, если бы не зашел прежде к свободным дочерям города, которые его предали. Мэкки сажают в тюрьму, должна произойти казнь, но в последний момент королева милует преступника в честь своей предстоящей коронации. Следует добавить, что действие постоянно перебивается «зонгами», столь излюбленными этим драматургом, которые есть не что иное, как песни для развлечения публики.

Взявшись за постановку этой пьесы, господин Серебренников тем самым взял на себя очень трудную задачу уловить тон Брехта. Для этого был даже специально заказан новый перевод пьесы, более приблеженный к оригиналу, чем все предыдущие. И правда, он более благозвучен и даже содержит в себе несколько бранных слов. Для аккомпонемента был приглашен целый оркестр, который играл во время зонгов, при том, стоит заметить, что музыка и ее исполнение не притерпели никаких изменений в сторону современности. Несмотря, однакоже, на все эти достоинства, Брехта я в этом не увидел, как посчастливилось его мне видеть в недавно привезенном в столицу спектакле немецкого режиссера Пины Бауш. Причина сего, скорее всего в том, что действие перенесено в наши дни, и дни русские, при том, без легкости, должной театральности, наглости, простоты, веселья и тонкого издевательства. Здесь тяжеловестность, и без привычных красивых символов Серебренникова, вроде булыжника в спектакле «Киже», покоисчегося на шее человека так, что кажется, будто тело оканчивается не головой, а камнем. На сцене царила напускная веселость и простая грубость.

Но, без тени снисходительности могу заявить, что актеры исполняли свои роли достойно, особенно ведущий артист, Константин Хабенский, игравший Мэкки. Все сцены были ведены им прекрасно, он создал образ любовника и злодея нахального, уверенного в себе, высокомерного и в то же время вызывающего симпатии зрителя. Стоит отметить также Марину Голуб, исполнявшую роль госпожи Пичем. Она играла гротескную алкоголичку, бабу отважную и себе на уме. Остальные исполнители вели игру ровно, разве что Полли Пичем (Ксения Лаврова-Глинка) сильно переигрывала.

Пожалуй, лучшей сценой была та, с которой началось третье, последнее действие, когда со всех сторон, со сцены, из всех проходов партера, балконов и амфитеатров стали выходить нищие и просить подаяния у публики. Оперный артист в потертом фраке, пьяный юноша, кричащий «Подайте на гитару!», дед с костылями, женщина в лохмотьях, предлагающая себя мужчинам в партерах были очень естественны. Мой юный спутник от души хохотал, я же тоже посмеивался. Когда мы покидали рукоплескающий зал, и господину Хабенскому все подносили букеты с лентами, мой новый приятель говорил мне, что это самый значительный спекталь господина Серебренникова после «Голой пионерки», и что теперь он полюбил этого режиссера всей душой. Я спросил, каких других русских режиссеров он любит, и он назвал украинского режиссера Жолдака. Я подумал, что, наверное, видеопроекции на большом экране на заднике сцены напомнили этому юному театралу столь почитаемого им Жолдака, и, возможно поэтому спектакль показался ему удачным. Когда мы вышли из театра, прямо перед входом мы заметили сгорбившегося ковыляющего старика с протянутой рукой. Мы с моим спутником переглянулись, обменялись понимающими улыбками и разошлись в разные стороны.

В целом - не понравилось. Или Брехт как то уже не актуален, или артисты подобраны не очень. Все таки там должны петь, а Хабенский поет плохо, все больше или говорит, или речетатив. И вообще драйва было мало. А как играл эту роль Миронов в "Сатире"? Разьве сравнить с нынешним спектаклем? Даже текст солдатской песни переделали, побоялись быть не толерантными.
Единственное что понравилось - как актеры переодевались в нищих и клянчили милостыню у зрителей, преимущественно в первых рядах. Очень натурально.
Вывод: можно пойти, если совсем нечем заняться.

То, что сделал г-н Серебренников по-хорошему не тянет даже на спектакль самодеятельного коллектива ДК завода им.нищих всех стран. Жуткая дрянь!
Все сипят хриплыми голосами вместе с Хабенским, который ну никак не тянет
на мачо! Отсутствие постановочных идей автор безуспешно пытался компенсировать техсредствами. Народ развели на Хабенского(он и в программках и на майках музыкантов)
а он НИКАКОЙ!!! Хорошо мы не убили положенные 4 часа - ушли после второго действия...

Всего слишком и в переизбытке. Много эффектов, много разной декорации, шум, крики, песни и еще много чего, что можно увидеть на сцене, и в целом создается впечатление : А зачем это все нужно? Для эпатажа? Не думаю. Драматургия? Не тянет. Перевополощение классики в 21 век, новое слово в театральной режиссуре? Скорей всего да. Но, еще раз, всего очень много. Другие спектакли Кирилла Серебрянникова, так скажем тоже эпатажные, новые, переосмысленные по другому, но там все в меру. Интересно смотреть (даже не смотря на то, кто как к этому относиться). Но, в "Трехгрошевой опере", господин Серебренников, кажется перестарался. Он так много всего напридумывал, этот круговорот фантазии и задумок весь вылился на сцену (с 2-мя антрактами). 2-ой акт вообще невозможно смотреть, потому что было такое ощущение, что находишься а в каком-то "ДК им.Ленина". Нет драмы, нет истории, сюжета, а главное того самого за чем можно прийти и посмотреть на постановку Кирилла Серебренникова.
Серебренникова можно любить или ненавидить, но никак к нему относиться нельзя.
Я считаю,эту постановку неудачей. Но, при этом сходить и посмотреть можно, чтобы понять самому.

У меня три главных соображения.
1. Искусство, по идее, - самый короткий путь передачи информации. Этим оно и чудесно, что экономит время. Спектакль, который идёт почти 4 часа в будний день и начинается в семь вечера, не ценит ни моего времени, ни моральных и физических сил на его восприятие. И как бы ни был чудесен состав, как бы ни была актуальна пьеса, как бы ни был прекрасен Брехт, как бы ни было смешно и грустно, какие бы находки ни были - это не стайл. А за пять часов можно ещё больше высказать, а за шесть - так всю жизнь, а за день - о-го-го. Но для меня это уже не театр, а какая-то другая и новая форма выражения режиссёрской воли.
И пусть некоторые возразят: "Это ж Серебренников! Ему плевать на зрителя. Он - другой, он - не про это!" Мне есть что ответить: я - другая, и не про это, и мне плевать на Серебренникова.
2. В начале третьего действия режиссёр выводит на сцену персонажей из нашего времени - псевдо-юродивых, псевдо-батюшек, псевдо-ветеранов Афгана. Лично для меня и именно в этом спектакле такая сцена - роспись в режиссёрской неуверенности: поняли ли зрители всё остальное правильно, а? Ну, на всякий случай, жирно намекнём - люди. это про нас.
3. Мат невкусный и вполне обходимый. Поэтому реплики вида "людьми-блядьми" не шокировали и не смущали, просто казались какими-то бессмысленными.

Скажу сразу,билеты были подарены,а как говорится:"Дареному коню...".
Лично мое мнение,что сам спектакль не для всех!Точнее,не спектакль даже,а то первое действие,которое я еле-еле высидела.К сожалению,для меня такие постановки не являются "шедевром",а лишь потраченным временем и насилием над собой и своими ушами:)
Не буду вдаваться в подробности про "песни" в этом спектакле,ибо они просто недостойны,чтобы о них говорили,но вот Хабенский...Ох,дорогой мой Константин!...Я была удивлена!Неприятно удивлена!
На самом деле не хочется говорить,что спектакль ужасен и не ходите на него!Я думаю он своеобразен и ,как я уже писала,не для всех)Просто перед тем,как идти на него,прочитайте рецензии в интернете и подумайте:"А стоит ли мне туда идти?!"...

С уважением,Екатерина.

Фу-фу-фу ! И это-мой любимый театр ... :( Пошло, вульгарно, громко, безголосо, бесталанно ... Жаль, но такие спектакли врезаются в память, вызывая негативные воспоминания. НЕ ПОНРАВИЛОСЬ. СОВСЕМ!

Я очень хотела увидеть этот спектакль - чем-то мне очень уж нравится и вообще творчество Брехта, и «Трехгрошовая опера» в частности. А уж если Мэкки играет сам Хабенский, то тут, конечно, надо идти! Я и пошла…
…сказать, что я была разочарована – ничего не сказать! Серое, скучное, пошлое, бесформенное нечто… Совершенно никакие актеры… Даже звезда всего и вся - Константин Хабенский, - в роли, которая будто бы специально для него выписана, в своей актерской игре ничем не отличался от всех остальных – тускло, и как-то ни о чем. Куда только подевалась мощная харизма актера? За которую, собственно, его и взяли на роль Мэкки-ножа…

Марина Голуб в образе Селии, матери Полли, тоже особо не блещет. Впрочем, она вполне органична, и с ее появляением в этой роли, также как и с ее игрой, я, в общем, согласна. Могло быть и хуже.

Сергей Сосновский, в виде господина Джонатана Пичема, хозяина преуспевающей фирмы «Друг нищего», ну очень невзрачен! Настолько, что становится практически незаметным среди пестрой шушеры своих подельников! О его существовании в спектакле забываешь сразу же, как только он перестает говорить. И лучше бы он больше не напоминал о своем существовании… Из главного злодея главной Брехтовской пьесы, – жестокого и расчетливого интригана, - он превратился в мелкого, глуповатого дельца, действующего по научению каких-то злых сил, потому как сам до столь хитроумного плана по сведению любимого зятя в могилу, додуматься явно не в состоянии. Очень жалко, что не удалось увидеть в этой роли Николая Чиндяйкина. Думается, что в его исполненни господин Пичем был бы и ярче, и злее.

Ксения Лаврова-Глинка в роли Полли Пичем не вызывает вообще никаких эмоций – ни хороших, ни плохих. Хотя, раздражение от игры артистки испытываешь на протяжении всего спектакля – нескладно, блекло, и просто неинтересно. И самые большие проблемы у нее, пожалуй, с пением:). А поет она много:(.

От беременной героини Марии Зориной не ожидалось каких-то особенных театральных «па» и высот мастерства, поэтому и претензий к ней менее всего – весело, громко, ярко… На том и сойдемся.

Образ, созданный Яниной Колесниченко, весьма спорный, но вполне правдоподобный. А вот ее исполнение зонгов мне крайне не понравилось. Хотя, возможно, для этой роли подобное пение даже желательно.

Остальные актеры, в ролях воров, полисменов, нищих, вряд ли имели шанс порадовать зрителей виртуозным исполнением. Так, что единственным, кто хотя бы на 50 ватт пролил луч света на это темное царство, случился актер Алексей Кравченко. Конечно, ему дали роль шерифа Брауна! Ну, кого же еще могли ему дать! И, почему-то, согласно новому переводу, его персонажа упорно называют «Тигр Браун», хотя все с давних пор усвоили, в переводе прежней редакции, что он «Пантера Браун»! Понятно, что легче сравнить Кравченко с тигром, чем с пантерой, но слух резало сильно!
Хотя, вообще-то, весь новый перевод просто беспощадное издевательство над слухом! Зрителей, судя по отзывам, сильно напрягало количество мата, но мне не показалось, что там его слишком много, а вот разной другой мерзости в текстах, действительно, дофига! И, главное, без нее же прекрасно можно обойтись! В прежней редакции все было на месте и без таких откровенных и вульгарных сравнений, выражений и аллюзий.
Говорят, оригинал Брехта жестче и циничнее, чем старый перевод Соломона Апта, но, думаю, что новый вариант перевода Святослава Городецкого переплюнул по этой части самого Брехта на несколько десятков пунктов. Хуже всего подобные непотребности воспринимаются в зонгах (над переводами которых работала отдельная группа товарищей - Алексей Прокопьев и Юлий Гуголев). И больше всего непотребностей досталось на душу Марины Голуб – ее зонги просто квинтессенция пошлости и гадости.
Конечно, меня можно упрекнуть в традиционализме и неприятии новых форм, однако, вопреки Хабенскому-Мэкки, обнимающемуся в первой же своей сцене с распластанной по занавесу чайкой, и цитирующему Треплева, - нам такие формы не нужны! Ведь это уже нисколько не сатиры меч разящий, и не правдивое изобличение гнусных пороков общества, - это гнусная пародия на тему, вульгарное тыканье грязным пальцем в юродивого, не знающего своего несчастья.

Несколько слов по поводу музыкальной составляющей спектакля… Зачем браться за такое серьезное произведение в жанре, в котором не умеешь работать? Зачем, если у тебя нет артистов, способных полноценно существовать в этом жанре? Вопросы, конечно, к режиссеру. И он, конечно, на них не ответит. И вот вопросы уже повисли в воздухе, также нелепо, как недоумение каждого, имеющего уши, кто оказался на «Трехгрошовой опере» в МХТ! Артисты, не умеющие петь – это не беда! Беда, когда находится режиссер, который вдруг решает, что неумение петь, не повод не давать этим артистам главные роли в музыкальном спектакле! Вот и получается шоу аля «фабрика звезд» - петь не умеют, но «клево ты попал на тиви», так что надо отрабатывать, как можешь…

Все критики в голос заявляют об удачности сцены «хождения в народ» - когда в начале третьего акта артисты в виде всех сортов нищих выходят в зал и начинают просить денег. Очень узнаваемые персонажи, полностью родные суровой российской действительности. Вызывающие веселый смех у публики, которая, по Брехту, уже не испытывает сострадания. И все бы хорошо, когда бы не так предсказуемо. Да и, откровенно говоря, выглядит этот, более чем живой эпизод, вставным зубом в общей картине «антигламурного» (как утверждает режиссер), но какого-то чересчур ровно причесанного, спектакля. Даже больше, чем другой аналогичной номер наоборот, - когда не артисты идут к публике, а публика идет на сцену. Вернее, не вся публика, а стайка девушек робких, желающих посидеть на коленях своего кумира, или хотя бы постоять рядом с ним. (Кумир, конечно же, Константин Хабенский) А чтобы воспоминания участниц импровизированного шоу продержались подольше, все ведь в курсе неверности девичьей памяти, специальный человек фотографирует все это безобразие на цифровой фотоаппарат. Шоу маст гоу он – даже в тюрьме… Актуально? Актуально! И таких вот номерков, деталек и прикольчиков разбросано по спектаклю множество – благо, есть, где разбросать – наследники Брехта запретили сокращать произведение знаменитого предка и тщательно за тем следят. Оно, наверное, правильно – любое сокращение ведет к искажению смысла. Только вот почему-то в версии театра «Сатиры» все те же события занимали много меньше времени - два двадцать, против трех тридцати у мхатовцев. И насколько динамичной и живой была «Трехгрошовая» в восьмидесятых, настолько же вялым и рыхлым получился современный вариант главной социальной пьесы 20 века на главной буржуазной сцене страны в новом времени – имени 20-тилетия перестройки. Дважды до сей поры обращался МХАТ в Брехту и дважды же терпел поражение*, - видимо, жизнь человеческого духа, о коей столь яростно печется мистер Пичем в новом творении Серебренникова, как-то не слишком сочетается с отстраненностью эпического театра гениального немца.

Ну и почетное право быть последним гвоздем программы, забивающимся в этом небольшом отзыве, предоставляется – сценографии спектакля! А со сценографией в спектакле вообще полный швах! Причем, некоторым зрителям, из тех, кто не слишком хорошо отзывался о спектакле в целом, понравилась сценография - удивительно! Ну, если это хорошая сценография, то я китайский летчик! Чего стоят только экраны на заднике сцены, на кои невнятно проецируются отрывочные изображения всего происходящего, - то общим, то крупным планом. В одном флаконе медийность, интерактивность и сиюминутность всего происходящего в мире - едва ли не главная черта современного общества. И вот так ее видит Серебренников - в прямом, так сказать, эфире… Пустой трюк, наличие которого в спектакле неприятно удивляет – зачем? Неужто без этого постоянного отвлекающего мельтешения на заднике кто-то чего-то не поймет?

Вообще, продолжая и расширяя тему сценографии, представляется мне, что данный спектакль – это никакой не «антигламур», а, скорее, «антиэстетика». В этом месте осведомленный читатель обязательно вспомнит о так популярной некогда брехтовской эстетике минимализма. И совершенно зря ты, дорогой читатель, силился и напрягал свою утомленную память! «Антиэстетика» - это не минимализм, - это отсутствие какой-либо эстетики в общем! Что особенно прискорбно, ибо наличие эстетики при постановке Брехтовских пьес, сугубо обязательно! Не всегда это должен быть минимализм, - пусть это будет, что угодно другое, хоть максимализм с барочным оборками по краям, - но что-то быть должно! Серебренников же за эстетику выдает прозрачный занавес, за которым, как «бог из машины», является «тень отца Йорика», оно же – королевский посланник, почему-то в виде скелета на скелете же коне. Потом главные героини спектакля поднимаются вверх и тут же опускаются обратно на толстых канатах. А потом восстает из мертвых и в буквальном смысле уходит вверх по красной ковровой дорожке Мэкки-нож. Так и не спев свою знаменитую финальную песню… Собственно, финал – все эти спускающиеся с небес дорожки, скелеты с горящими глазами, взлетающие персонажи, - полностью характеризует новую мхатовскую постановку режиссера Серебрянникова – разброд и шатания, вульгаризм, как стиль повествования, безыдейность, и паразитарность на современности, без попытки осмысления оной.

Мудрые пиарщики и рекламисты – оракулы нашего времени, легко бы объявили главным просчетом режиссера – отсутствие ориентации на определенную целевую аудиторию, стремление угодить и вашим, и нашим. В результате, недовольными остались все. Массам не хватило зрелища. Театралам - художественных решений и затейливых интерпретаций. А изголодавшиеся интеллектуалы так и не дождались, обещанной в многочисленных интервью режиссера, пищи для ума.

Ну, а у меня самое лучшее впечатление от сего перфоманса осталось от подозрительно молодого и симпатичного дирижера маленького оркестрика, размещенного на сцене, – очень уж задорно махал он своей дирижерской палочкой и как-то по-особому добро улыбался весь напролет спектакль…

Только что сбежал со спектакля. Пишу "по горячим следам".
Ожидал, что спектакль может оказаться плохим, но не ожидал, что настолько!
Жанр более всего напоминает странный фарс.
Декораций на сцене нет: крашеные стены, мусорные баки + тележки из супермаркета.
Хабенский в роли Мэкки Ножа не убедителен, хотя старается.
Еще в спектакле присутствуют попытки петь: и тут налицо отсутствие вокальных данных у всех исполнителей, помноженное на ужасную акустику МХТ. Половина слов в песнях не услышана, а то, что услышано не дает понимания смысла.
В итоге складывается четкое ощущение, что это просто бесталанное нагромождение всего и вся ради... ради разрушения сюжета? Движения, звука и абсурда много, сюжета - чуть, а мысли - ноль!
Много пустого эпатажа: отпиливание ножек у рояля. А что за ним? А за ним: "король-то голый"!
Восприятие искусства просто и очевидно: сердце или принимает, или нет. Здесь сердце тосковало. Дабы остановить недоумение, непонимание, тягостность пришло решение - покинуть спектакль в первом же антракте. И сразу пришло облегчение, но и цена оплачена - испорченное настроение на весь воскресный вечер.

Побывали мы на Трехгрошовой опере 5.11.10. Билеты купила за 1,5 месяца до спектакля, причем так обрадовалась, что ухватила последние два билета на последних рядах. Ну, думаю, культовая вещь, посидим с мужем ради такого в разных концах зала! Тем более Хабенский!! Короче, все было многообещающе.. Тем более МХАТ! Станиславский, Немирович-Данченко и все такое!!
Ребята!! я думаю, что вышеуказанные многоуважаемые деятели искусства перевернулись сами знаете где уже после первых произнесенных со сцены слов: Воры - воруют, бл..ди - бл..дуют! Сначала не могла поверить своим ушам, все озиралась по сторонам, недоумевая, может, мы не туда попали. Такого количества пошлости, безвкусия, бездарности - еще не было нигде. Я очень люблю театр, я часто бываю в разных театрах, но это вне всякого сравнения. Так далеко еще никто не заходил. Ни Дидро в Сатире, обнажающий зад в самом начале спектакля, ни героиня Лидии Вележевой в Будьте здоровы, месье!, недвусмысленно выпячивающая все части тела, ни герой Коренева в Мужской род единственное число, ни даже Райкин в Лире. Я понимаю, что мозги всех режиссеров буквально сосредоточены на одном единственном приеме, позволяющем затащить современных людей в театр - т.е. показать голую задницу! Но господин Серебренников явно перестарался, рискуя тем, что подобный спектакль теперь ассоциируется с МХАТом, что он перевел этим спектаклем МХАТ в ранг, простите, борделя! Я понимаю, что пьеса Брехта не детская сказка, но ее можно и нужно было поставить в определенных рамках. Куда смотрел Табаков???
Как Вам Мэкки-нож, вываливающий на голову шерифу лапшу? это что-то очень попахивает американским примитивным юмором. А как Вам Полли, жена Мэкки, разгуливающая по сцене в ливчике? Бог уж с качеством песнопения. Но самое ужасное, это конечно, начало третьего действия, когда зрителя переносят из Лондона на Курский вокзал столицы нашей родины, когда на сцене появляются нищие попрошайки на все лады, начиная от батюшки, кончая безногим афганцем!! Кстати, потом они все вываливаются в зрительный зал и тянут деньги из зрителей. Гадостный натурализм. Во-первых, я иду в театр не для того, чтобы меня окунули в суровые реали жизни, у нас у каждого полно проблем, каждый день спускаемся в метро, лицезреем обратную сторону гламура и проедаемой правительством нефти! Во-вторых, в зале могли быть те самые настоящие афганцы, которым такой стеб не по нраву, могут и поддать хорошенько! Вообще, глумиться над людьми, которым приходиться зарабатывать на хлеб подобным образом (будь они реальные инвалиды или нет) считаю низко и недостойно уважающего себя человека!
Кажется, кто-то забыл, что искусство призвано сеять чистое, доброе и светлое, а не классовую ненависть - уж это точно! короче, зря потраченные деньги, время + стыд за себя и окружающих. Самое неприятное, что пипл, как говорится, схавал за милую душу, ржал над тупым юмором за милую душу. Никакой актерской игры я не увидела, даже, да простят меня поклонники, у САМОГО Хабенского. Неубедительно, пусто, безэмоционально. Балаган из блатных студентиков актерского факультета первого-третьего курса. Это не театр, это полное отрицание театра. Я не хочу видеть на сцене то, что на меня каждый день пытаются вывалить с телевизора (благо, давно не смотрю!), то что я слышу в разговорах тинейджеров и знаю о нашей милиции. Мы все знаем, что наша страна разваливается, что прогнило буквально все. И вот хочешь отдохнуть душой, отвлечься, забыться и тут на тебе!! Снова выливают помои на голову!

И еще. Это, правда, уже не относится к спектаклю, а больше для господина Табакова. Около входа в театр нет ни одной мусорной корзины и, следовательно, все забросано бычками от сигарет. Зрелище отвратительное. Что ж.. для людей, не задумываясь мусорящих на улице и тем более около театра, этот спектакль вполне то, что надо!
И еще очень порадовал буфет без единого ценника, где чашечка кофе стоит 170 рублей. Причем сдачи у них естественно, ути бедненькие, не оказалось, так что за все 190. Господин Табаков, платите, пожалуйста, вашим буфетчикам нормальную зарплату, чтобы они не зарабатывали на посетителях, ведь, как известно, театр начинается с вешалки...

Слышала много восторженных отзывов... А мне не понравилось. Хабенский - слабенький актер, на мой взгляд. Его самолюбование выходит далеко за пределы его роли.
Мода на матерные слова со сцены и голые сиськи, как способ привлечения толпы и придания "гламурности", уже прошла. Это привлекает те слои населения, которые в театры не ходят, в основном. Такой сильный режиссер, как Серебренников, мог бы уйти от этого навязчивого эпатажа. В целом, смотрится хорошо, но утомительно.
Порадовала своей игрой (хоть роль и дурная) Марина Голуб. И очень впечатлила Мария Зорина (и вовсе не голой грудью, кстати).

Об этом спектакле гениально сказал Константин Хабенский, играющий главного героя: "У режиссера нечеловеческая фантазия".

К сожалению режиссер не смог принести на сцену ни одной собственной идеи. И это вижу я, человек с лингвистическим образованием. А что скажут театроведы?
Более того, у режиссера вообще нет идеи спектакля. То есть пьеса отдельно от постановки.
Ну и такого количества штампов в одном спектакле я не видел уже очень давно. Господин режиссер, ведь уже был "Убить дракона", уже была ельцинская свобода слова, уже была "Асса" в конце-концов... Мы уже пережили всю эту чернуху в 90ые.
Режиссер попытался шокировать, но мы это уже все видели.
Нет, меня, конечно, шокирует, что все это на сцене МХТа. Потому что слова "х**, п****, б**** и т.д." были не только пропеты, произнесены, но и написаны и даже нарисованы!!
Нам в очередной раз показали голых актрис и лобковые волосы некоторых артистов. Но зачем было мочиться (в прямом смысле 2 раза за спектакль) на сцену МХТа?
Может быть спектакль понравится тем, кто не жил в 90ые? Так они еще в Образцова ходят в лучшем случае.
Господин Режиссер, для кого этот спектакль?

Самое ужасное в моем потоке сознания, еще даже не началось, уважаемые читатели. Спектакль репетировали полтора года. За полтора года держать микрофон и петь в микрофон научились 2 артиста - Чиндяйкин и Голуб.
Господин Режиссер, почему не научили артистов микрофоном пользоваться? Почему не дали им гарнитуры?? Да, у Хабенского микрофон заменяет пистолет, но все остальые обошлись бы гарнитурами и чувствовали бы себя гораздо лучше! Почему половина артистов не знают куда им идти и где стоять?

Уважаемый Олег Павлович, снимите, пожалуйста, это с репертуара. И повесьте в кассе репертуар на июнь. Май уже давно кончился.

К сожалению спектакль не понравился. Хабенский шикарен, но даже его игра не спасает спектакль. Масса противоречий в самой постановке, смысл так и не ясен. нам не понравилось, ушли во время второго акта..

Приехав из Киева, купил билет в день спектакля. (Повезло!)

Основной вопрос: как этот спектакль попал на сцену МХАТа? Слабее и более невразумительной постановки я не припоминаю...

Я ничего не почувствовал (а значит и актеры тоже). Песни критике не поддаются. Хабенский фальшивил своей игрой почти весь спектакль, как впрочем и большинство других актеров. Дело в том, что там по большому счету нечего играть. Постановка этого не позволяет... Есть лишь отдельно взятые и вырванные из контекста персонажи. 2-й антракт лекго переплюнул весь спектакль банальной игровой импровизацией...

По окончании действа, зрители вяло хлопали и кричали "браво", что можно услышать на спектакле любого качества даже в самом захолустном театре...

МХАТ не жжет. Станиславский, наверное, на протяжении всего спектакля спал бы и держал табличку "Не верю!". Нимеровича-Данчекно и Чехова можно было бы найти только в буфете:)

Единственое, что (хоть как-то) запомнилось это оркестр. Хотя и музыку шедевром не назовешь. В общем откровенно провальное шоу с профессиональной точки зрения...

Зато в зрительном зале было много привлекательных персон! :)

"Трехгрошовая опера" - слабая режисерская работа, слабая игра актеров при отсутствии вокальных данных. Жалко времени и денег. (Вот спектакль с А. Мироновым был-вот зто ДА!).

Абсолютное разочарование... и полное согласие с одним из рецензентов "Более того, у режиссера вообще нет идеи спектакля. То есть пьеса отдельно от постановки". Ушли, не досмотрев. Даже удивительно, что на ЭТО ушло полтора года работы...

Так называемый «новый перевод» гениальной пьесы Брехта в выражении Кирилла Серебренникова оказался современной адаптацией режиссера под свои собственные политические взгляды, да еще и с оглядкой на государственную цензуру: а самоцензура есть худшее, что может быть в творческом человеке. В результате самой радикальной фразой самой радикальной пьесы Брехта в постановке МХТ им. Чехова становится «наш суд настолько честный, что справедливый приговор нельзя купить ни за какие деньги».

Вы думаете, что пьеса Брехта безнадежно устарела? Нет, она как раз о сегодняшней России. Но если у Брехта пьеса обличала пороки капиталистического общества, то у Серебренникова пьеса учит договариваться. Не капитализм виноват в нищете, криминальных разборках, коррупции, диктата банков и монопольных корпораций: во всём виноваты вы сами, не сумевшие вовремя подсуетиться, унизиться, дать на лапу — примерно так уродует замысел Брехта Серебренников.

С легкой руки модного режиссера, и, видимо из опасений гнева со стороны Кирилла Гундяева (кличка Патриарх), из пьесы исчезает один из героев - бандит-священник становится обыкновенным бандитом: после такого смены амплуа его реплики становятся не к месту. Батюшка всё-таки появляется на сцене перед третьим актом вместе с остальными нищими, однако его роль эпизодическая. Последнее слово Мэкки перед казнью, Манифест обличения капитализма режиссер поставил так, что текст Мэкки подсовывают, а читает он его скороговоркой — чтобы зрители, видимо, не услышали, о чем идёт речь. Финальные зонги о неравенстве и капитализме утопают во всеобщей какафонии звуков, а бегущая строка на сцене бежит настолько быстро, что понять непосвященным зрителям что-либо сложно.

«Посмотрите в зал: какие здесь нищие?» — произносит один из героев: и правда, Серебренников из пьесы о нищих сделал шоу для толстосумов, которые могут себе позволить не только билеты в первых рядах, но и смеяться со высоты своих денежных мешков над нищетой и бесправием всех остальных.

Единственный плюс пьесы — прекрасная игра Хабенского. Но зачем играть в постановке, где изуродован замысел великого драматурга?

Бабло опять победило добро! Надо пойти к Равви пусть рассталмудит... Хабенский и Кравченко не спасают. Беня Крик в англицкой интерпритации... Затянуто бесконечно. Мизантропия как она есть...

Честно говоря, я только потом узнал что режиссер Серебренников, поэтому после первого акта жене раз пятнадцать повторил "я тебе говорил, что сюда надо ходить только на Серебренникова"...но это так, в сердцах. Тартюф,13, да и постановки Серебренникова, которые удалось посмотреть до этого формировали исключительно позитивное мнение после просмотра (хотел написать "позитивные эмоции", потом вспомнил спектакль"Человек-подушка"). К сожалению, этого нельзя сказать о Трехгрошевой опере. Вообще все начиналось просто отлично; неожиданное вступление, крест даже повесили светящийся, но примерно на 20й минуте, радостное предвкушение начало сменяться ощущением присутствия на каком-то драматическом кружке. Понятно, что всем попеть хочется, но одна и самих первых песен в исполнении Ксении Лавровой-Глинка про некий корабль оставила мягко неоднозначное впечатление в основном качеством исполнения. Если честно, хотелось просто выйти постоять на улице пока это исполнение не закончиться. Тем не менее, практически весь зал захлопал, и актеры, наверное, ободренные аплодисментами запели. Пели по-моему все, даже Хабенский. Честно, в ” Кеже
уровень исполнения, на голову выше. Несмотря на это, в зале постоянно кто-то хлопал после каждого исполнения, один даже браво крикнул.
Вообщем, решил я уйти оттуда после того как посреди спектакля началась какая-то фотосессия с Хабенским. Понятно - нестандартный режиссерский ход, но как-то слабовато. Дальше какая-то суета на сцене, песни, аплодисменты...после 2-го акта ушли.
Пойду ли еще на Серебренникова? Конечно пойду! Только на малую сцену.