Юрий Николаевич Бутусов остается верен себе: все инструменты художественного языка и средства выражения, применяемые Юрием Николаевичем в постановках, на месте: зеркало ("Пер Гюнт" Вахтангова), стол ("Бег" Вахтангова), большое чучело вороны ("Р" Сатирикон), вода ("Отелло" Сатирикон), танцы (все постановки), пение (все постановки).
В "Сыне" лично для меня новым была показана попытка самоубийства Николя: белый густой туман. По Юнгу белый - цвет смерти, черный - цвет жизни, красный - цвет страсти, жизни.
Поэтому Николя (в отличие от трех других Героев: мамы, папы и второй жены папы) не смывает белый грим и так и загримирован в белое весь спектакль. А мама, папа, вторая жена папы смывают белый грим в котором предстают перед Зрителем в начале постановки.
Я не видела танцев органичнее, пластичнее и экспрессивнее, чем продемонстрированные Девятьяровым Александром Эдвардовичем (папа Пьер) в "Сыне".
Пение великолепно!
Я рекомендую постановку к просмотру родителям, особенно папам. Чтобы, по возможности, избежать развития негативного сценария во взаимоотношениях с детьми.
Бутусовская театральная форма уже привычна, не является неожиданной и вроде всё угадывается, но здесь все приёмы отточены, филигранны и завораживают.
История о кризисе подростка, об опасности психической болезни и о вечном конфликте отцов и детей.
А ещё о том, что даже любящие люди зачастую не слышат друг друга.
У каждого своя правда, у каждого добрые намерения, но каждый шаг неминуемо ведёт к катастрофе. Преодолеют ли герои это? Есть ли шанс на счастье?
Это тяжёлый спектакль, но его стоит увидеть, он потрясает и заставляемо задуматься…
Это прекрасно! Бутусов любимый Режиссер современности. Так тонко и гениально. Моментами смешно, моментами все тело пляшет под музыку, а моментами ты умираешь вместе с героями.
Это браво!
Это просто супер! Советую идти родителям и подросткам 16-18 лет! Декорация, музыка , свет - все на высшем уровне! Браво!!!!
Бутусов покинул Петербург, а ставшая худруком театра Ленсовета, мать депутата и жена третьеразрядного актера актерка и режиссерка Луппиан ставит теперь на прославленной сцене вульгарные купеческие водевили "как в телеке".
Зато москвичи (и я) смогли увидеть премьеру Бутусова "Сын" в московском РАМТе.
Мне кажется, Бутусов даже из поваренной книги сможет сделать то, что вызовет у меня катарсис, и это, конечно, мой режиссер.
Незамысловатая история про подростковую депрессию на фоне несчастной любви, которую я бы точно не стал читать, поскольку все в этой истории на поверхности и "в лоб", Бутусов показал как историю сломанных механизмов/кукол/масок, каковыми видит персонажей действа (отца, мать, новую жену) сын.
Метафоры лично для меня оказались не сложны, именно они намекали, что нам показывают именно историю любви, а не просто безумия. Это Ария Холода из Короля Артура Пёрселла, жалующегося, что его разбудила любовью Венера, - let me freeze to death/"позволь мне опять замёрзнуть до смерти".
Это огромный макет ворона, мелькнувший в конце первого акта, отсылающий нас к несчастной Ленор, умершей возлюбленной героя одноименного программного стихотворения Эдгара По. "Ворон" это полное отчаяние, такое, где уже нет гипотетической Ленор, нет и nevermore.
В сети я нашел очень подходящую цитату переводчика Тамары Сильман о стихотворение По, которое как нельзя лучше иллюстрирует спектакль: "Это — отчаяние, анализирующее само себя, доводящее себя до предельного самоуглубления. „Никогда“, кажущееся сначала только словом, шуткой, недоразумением, превращается в неотвратимый ужас, в приговор рока. Герой проходит все стадии печали, начиная от упоения своей тоской, чтобы — как это большей частью бывает у По — кончить полным и беспросветным отчаянием".
И именно в этом ответ на вопрос, почему несмотря на все старания отца, матери, мачехи и самого мальчика все закончилось так, как закончилось.
Я желаю, чтобы никто себя не узнал. Но это вряд ли.
Спасибо нашим толстокожим детям, что они нам так много прощают.
Помните о своих ошибках, когда будете указывать детям на их.
Ищите переводчика, если не понимаете своих детей.
Главное, сделайте это вовремя.
Спектакль очень сильный! Но он не для новичков в театре. Если вы хотите провести лёгкий театральный вечер, вам не на Сына. А вот если хочется посмотреть сильный, душераздирабщий спектакль, идите смело.
Тяжёлый, но сильный спектакль. Давно не попадала на спектакль, где однозначно плохой и трагичный конец истории. Он оставляет очень тяжёлое впечатление. Огромное впечатление произвела постановка Бутусова - это очень современный спектакль. Он про эмоции и чувства , а не только про привычные разговоры на сцене. Пока кажется, что все спектакли Бутусова однозначно стоит смотреть!
Шедевр. До слез. Мощнейший спектакль. Пожалуй лучший спектакль Бутусова с потрясающими актерами. Must see
«Сын» - премьера в РАМТе.
Российский академический молодежный театр выпустил спектакль Юрия Бутусова «Сын» по пьесе модного французского драматурга Флориана Зеллера. Я успел посмотреть спектакль дважды. И могу убедительно написать – это очень ХОРОШО!
«Сын» - премьера долгожданная, могла состояться еще в мае, но коронавирус поиздевался над создателями: сначала все театры Москвы были закрыты, а в сентябре, буквально за сутки до объявленной премьеры, актер, занятый в спектакле, а затем и режиссер-постановщик залегли на карантин. Так что зал РАМТа был «полон» в условиях коронавируса: вирусная дань – обмотанные специальной лентой места - зияли обидной пустотой.
У спектаклей Бутусова есть несколько фирменных черт. Во-первых, невозможно предугадать, что увидим на сцене, даже если это, например, «Гамлет» Шекспира. Но при этом есть три вещи, которые можно предсказать с большой долей вероятности: будет много качественной, порой очень громкой музыки, актеры будут работать на пределе таланта, физической и эмоциональной отдачи, и главное – в конце концов на сцене родится что-то яркое и зрелищное. Часто провокационное, которое примут с обожанием одни и яростно не примут другие.
В этом смысле «Сын» Юрия Бутусова - работа именно такая: провокация присутствует, музыка, эмоции, крики «браво» - на месте, а вот яростных противников, думаю, будет минимум.
О нетипичном. Спектакль этот почти камерный, что совсем не в стиле Юрия Николаевича, который всегда с размахом захватывает сцену. Здесь же замкнутое пространство буквально прижато к зрителю.
В этом частичная заслуга пьесы. Собственно, история Флориана Зеллера в основе своей бытовая. Сын, старшеклассник, перестает ходить на занятия, пребывает «не в своей тарелке» и переезжает от истеричной матери к позитивному отцу, у которого новая семья. Отец, как это не часто в литературе случается, искренне и как умеет пытается помочь: покупает вещи, отказывается от поездки на море с новой семьей, от выгодных предложений по работе, чтобы быть рядом с сыном. Но возвращения сына в «свою тарелку» все равно не происходит. Почему? В этом главный вопрос, на который каждый зритель ответ дает сам.
Бытовую историю режиссер поднимает до чеховской «Чайки», с ее психологической глубиной и житейской мудростью. И сделан спектакль в фирменном бутусовском стиле: нервы обнажены, движения нарочито экзальтированны и доведены, я бы сказал, до концентрированной образности: когда отец накручен сыном до такого состояния, что готов лезть на стену, то отец и лезет на стену. Буквально, но не просто.
Актеры, привыкшие в РАМТе работать совсем в иной манере, отлично справляются с режиссерской задачей. (Бутусов в РАМТе – приглашенный режиссер). Вначале это явные маски, которые постепенно оживают, растворяются, а в конце спектакля появляются другие. Бутусов, как всегда, не обходится без загадки: тинейджера Николя играет Евгений Редько, который в жизни годится своему персонажу в деды, а «отцу» в отцы. При этом народный артист России не стремится превратиться в подростка, потому что сам подросток так устал от груза мыслей, что, пожалуй, становится почти ровесником актеру.
Пьер, отец, в исполнении Александра Девятьярова очень современный, яркий персонаж, вызывающий массу эмоций, даже и не понятно, как у такого отца сын может жить «не в своей тарелке». Красавица Софья, молодая жена отца (актриса Виктория Тиханская), вовсе не мачеха, хотя и не рада всей этой истории, она искренне не понимает, почему сын пришел к отцу жить. Но вот Анна, истеричная мать, в исполнении Татьяны Матюховой, что-то проясняет, например, тот очевидный и важный для драматурга факт, что именно распад прежней семьи играет свою разрушающую роль.
Так и оказываются на разных чашах весов счастье одного человека и семьи, счастье личное и счастье ребенка, благополучие новой семьи и благополучие сына от первого брака. Весы клонятся то в одну сторону, то в другую, и найти баланс невероятно сложно. При этом режиссер-постановщик в своем интервью накануне премьеры сказал, что эта пьеса «о Гамлете в каждом из нас… Идеализм, неприятие несправедливости в человеке невозможно уничтожить. И ничего тут нельзя изменить».
Я давно для себя отметил, что один из любимых жителей бутусовских спектаклей – ворон: он/они наблюдают за происходящем в «Ричарде III» и «Добром человеке из Сезуана», в «Беге» и «Пере Гюнте». В «Сыне» огромный ворон почти нависает над персонажами, просвечивает своим сверкающим глазом. Как известно, ворон - птица умная, осторожная, поэтому живет 300 лет, может дать совет, а может и накаркать. Актер Евгений Редько в какой-то момент, совершенно неожиданно выходит на сцену в образе врача, и как тот ворон дает совет и объясняет последствия: можете верить – можете нет, могут быть последствия такие и такие. Но ему не верят. Недоверие – болезнь, которая поразила героев пьесы. Говорят, она лечится только любовью и терпением. Только как сложно их отыскать.
Уже писал о том, какое важное место в спектаклях Бутусова занимает музыка. На этот раз это не джаз и не рок-н-ролл, так любимые режиссером. Оперные партии, прекрасно исполненные Денисом Баландиным, актером РАМТа, придают истории дополнительную мощь и красоту. Подбирал музыку и занимался аранжировкой литовский композитор Фаустас Латенас. К огромному сожалению, Латенас неожиданно скончался от инфаркта 4 ноября в возрасте всего каких-то 64 лет. Спектакля Латенас, вероятно, увидеть не успел.
N.B. Премьерные спектакли уже посмотрели генеральный директор Большого театра Владимир Урин, генеральный директор «Золотой маски» Марина Ревякина, худрук «Сатирикона» Константин Райкин, худрук «Современника» Виктор Рыжаков, кинорежиссер Сергей Урсуляк, актрисы Лика Нифонтова и Александра Урсуляк …
Замечательный спектакль - мощно, ярко, со 100% отдачей.
Тематика спектакль - развод. Сейчас очень часто встречающаяся ситуация, и сложная для всех сторон.
И здесь не только проблемы сына, здесь чувства, переживания, поведения всех. Самое страшное увидеть близкого тебе человека «без маски». Для бывших супругов важно оставаться людьми в этой ситуации, с уважением к прошлому. И если есть дети то, это не прошлое, а новое для всех состояние.
Вы в ответе за свое ментальное здоровье, и здоровье детей.
Интересные образы и решения, музыка. Мне очень понравилось, что внешне сын старше взрослых.
Ощущения после постановки волнующие и направляющие, заставляет задуматься.
Спектакль «Сын» в РАМТ под режиссурой Юрия Бутусова оставил у меня смешанные впечатления. С одной стороны, постановка поражает своей эмоциональной глубиной и оригинальной сценографией. Актёрская игра, особенно исполнителя роли Николя, заслуживает похвалы за искренность и проникновенность. Однако некоторые режиссёрские приёмы показались мне чрезмерными и отвлекающими от основного сюжета. В целом, спектакль затрагивает важные темы семейных отношений и подростковой депрессии, но не всегда удерживает внимание из-за избыточной театральности. Оценка: 7 из 10.
Ю. Н. Бутусов режиссер, спектакли, которого смотрю и пересматриваю. "Сын" - не исключение. Творческий метод, почерк Юрия Николаевича все в этом спектакле "бутусовское". Драма одного маленького человека мир, которого разрушился из-за казалось бы типично бытовой ситуации - развода родителей. Смотреть обязательно!
Это прекрасно. Просто прекрасно. Два раза уже сходила и готова идти ещё. Потрясающие актеры, только на движения которых можно смотреть бесконечно.
Мощная и лаконичная постановка по пьесе Флориана Зеллера. Блестящий актерский, интересные режиссерские решения - все это потрясающе передают эмоции через атмосферу на сцене. Спектакль тяжелый, но очень хороший - как и все спектакли Юрия Бутусова.
На каком-то невиданном, непостижимом уровне Бутусов работает с эмоциями. У него актеры, порой, играют не людей. Они как бы избавляются от своих телесных оболочек и превращаются в живые эмоции. Они не пытаются пережить эмоции, они ими становятся. В такие моменты у зрителя появляется уникальная возможность заглянуть по ту сторону человека, которую мы так старательно скрываем.
⠀
Мы сдерживаем свои эмоции, приглаживаем их, делаем пристойными. Чтобы не потерять лица, чтобы не дай бог не поняли неправильно, не осудили, не отвернулись, не отписались. Мы даже если и плачем, то в туалете. Ну не принято у нас показывать эмоции. Слишком много лет это было опасным для жизни. Будь незаметным. Слейся с толпой. Будь попроще! Будь, как все! И не высовывайся!
⠀
Но эмоции - это атомный реактор внутри каждого из нас. Это источник такой силы, заигрывание с которым может обернуться личным Чернобылем.
⠀
Не нужно изобретать универсальные искусственные языки. Наш эсперанто — это язык эмоций. Это то, что дано абсолютно всем по праву рождения. С единой грамматикой, морфологией и синтаксисом. Но проблема в том, что язык этот хоть и универсальный, но мертвый. Если вы говорите на нем в полголоса или шепотом, то без шансов, — вас никто не услышит, все — в себе. А если вырвется крик, то окружающие всеми силами постараются его не заметить. Из вежливости.
⠀
В спектакле «Сын» Бутусов пошел дальше. Моменты превращения актеров в эмоции слились в целый спектакль. 2 часа и 40 минут на сцене нет людей. Есть только души. И они общаются между собой на языке эмоций. И зритель не наблюдает, он участвует в этом, потому что он знает этот язык, он помнит его с тех времен, когда все друг друга понимали без слов.
Спектакли Бутусова для меня - это всегда как будто посмотрела сон. Когда снится ярко, правдоподобно и после пробуждения появляется ощущение новой себя. Ты знаешь, что произошли какие-то изменения, но описать их пока невозможно. Они даже физически ощутимы. Ты вдохнула. В душе что-то укладывается. Медленно, осторожно ворочается. Становишься замедленной, молчишь. Наблюдаешь со стороны, когда это что-то (или кто-то: новая ты?) найдет нужное положение.
Продолжаешь убеждать себя, что тебя не тронул сюжет. Тогда почему два дня ты не можешь перестать думать о спектакле? И терзает необходимость что-то сделать, ответить на вопрос: «Что со мной?». Решаешь дать себе время. И пока немного тревожно, потому что кажется, что твоего объема не хватит, чтобы вместить всё увиденное и услышанное.
Принять это увеличение границ. Они сдвинулись, как декорации в финале сцены разговора отца с сыном, когда отец остаётся один на один с осознаниями. А брызги, летящие из таза, кажется, смывают мою пелену и окончательно пробуждают от сна.
Станет спокойно, точно в тебе широкая, спокойная река не бежит, а тягуче тянется своим серебряным цветом, а ты наблюдаешь за ней. Сейчас набежавшая серая туча рассеется, и вода станет словно золото. Тёплая, тяжёлая и обволакивающая. Как слёзы, которые текли, пока я ошеломлённая смотрела эту сцену.
Сегодня, выдыхая уже освобождённо, есть ощущение, как будто бы книга с открытыми теперь для меня новыми смыслами плотно встала среди других книг на полку. Когда потребуется, то я могу заглянуть в них и напомнить самой себе о том, что мир, хоть и непредсказуемый, но завораживающий, прекрасный! Хотя бы потому, что есть такие значительные спектакли!