Все отзывы о спектакле «Сирано де Бержерак»

Всегда очень любопытно наблюдать в театре игру актёров, которых мы привыкли видеть в кино. В нашем же случае — в сериале (Антипенко и Ломоносова). Сериал и театр — две совсем разные плоскости, поэтому на то, чтобы "переключиться", ушло некоторое время. Но со своими театральными ролями актёры тоже справились хорошо! Очень жалко становится Сирано: его отталкивающая внешность прямо противоположна характеру — он благороден, скромен, всегда готов помочь, даже в ущерб себе. Антипенко удалось передать оттенки чувств своего героя: он сохранил тайну Кристиана, и только спустя много лет Роксана узнала, что на самом деле любила Сирано. Кстати, как по мне, так по концовке не вполне ясен финал, хотя, конечно, в рыцарском романе он очевиден. В целом, очень достойный спектакль, но не могу сказать, что сильно запоминающийся.

Имея возможность сравнить данную постановку с театром Вахтангова и Максимом Сухановым (в двух составах Роксаны), вкратце - не тратьте свое время. Спектакль в театре на Малой Бронной вытягивает до минимума "не зря потраченных денег" разве только за счет мощного сюжета Ростана. В остальном, мягко говоря кошмар. Сирано в безобразном гриме гундосит в накладной нос, Роксана не являет собой того человека, и не вызывает ни капли светлых чувств, способных хоть чем-то объяснить любовь Сирано к ней на протяжении всей жизни; костюмы остальных персонажей - шаровары и шортики у мужчин вызывают отвращение и навязчивые мысли о половой ориентации постановщика; убогие декорации с ящиками и гигантской изрубленной ступнёй на половину сцены навряд ли окажутся близки душе русского человека. Печально то, что на это приводят смотреть школьников.

Авторы спектакля предлагают актерам и зрителям свою версию гениальной пьесы. Костюмы и декорации создают вневременное пространство, внутри которого и разыгрывается эта знакомая всем история (постановщик Мариус Яцовскис, художник по костюмам Евгения Панфилова). Которая уже во времена Ростана была разобрана на цитаты.
Я не хочу любви! Да, это мой порок.
Не надо нежности. Я буду одинок.
Пускай вокруг меня кипит и вьется злоба,
Пусть ненависть меня преследует до гроба, —
Я буду этим горд!
Да, легче мне идти
Под градом выстрелов по моему пути!
Лишь взгляды злобные встречаю пусть всегда я, —
Сильнее закипит тогда в моей груди
Отвага пылкая и удаль молодая,
Когда опасность я увижу впереди!

Думается, что у этого гимна одиночества есть последователи во всех поколениях, вечная классика не устаревает.
Кристиана играет красавец Дмитрий Варшавский, Роксану – Ольга Ломоносова, графа де Гиша – заслуженный артист России Иван Шабалтас.
Григорий Антипенко трактует роль Сирано как исповедальную в созвучии с переживаниями своей юности, когда, как и его герой, считал свой нос несоразмерно большим. И здесь, в костюме, делающим его похожим на Пьеро, актер играет страдание, иногда иронизирующее над собой. А весь актерский ансамбль блистательно и очень точно дополняет эту трактовку. И вместе с музыкой (композитор Фаустас Латенас) с первой же мизансцены переносит зрителей во Францию времен мушкетеров, геройских подвигов, преданной любви. И вечного выбора между красотой души и тела. Актуального и сегодня.

Совершенно не понятны костюмы и декорации, к чему эта ноги и эти шорты? Текста слишком много, порой настолько много, что зритель теряет суть повествования персонажем и из-за этого просмотр становится утомительным.
Несмотря на все минусы этой постановки, есть два огромных плюса: Ольга Ломоносова и Григорий Антипенко. Эти два потрясающий актера покорили меня своей игрой в незатейливом сериале "Не родись красивой", и вот они опять вместе на сцене театра на малой Бронной в спектакле Сирано де Бержирак. Их игра, единственное что вызывало во мне позитив и положительные эмоции при просмотре.

Записки дилетанта.

№ 27. Театр на Малой Бронной. Сирано де Бержерак (Эдмон Ростан). Реж. Павел Сафонов.

Чудовище и красавица.

«Сирано.
… я бродил среди речных излучин
И все не мог найти, где надлежащий путь.
Я должен был избрать какой-нибудь.
И что же? Опытом научен,
Я выбрал путь себе кратчайший и прямой.
Ле Бре.
Какой же?.
Сирано.
Быть самим собой».

«Маргарита
Поверьте мне, что он угоден богу: он в жизни избирал прямую лишь дорогу».

Прототипом главного героя в комедии в стихах Эдмона Ростана стал французский драматург, философ, поэт и писатель Сирано де Бержерак. Некоторые события биографичны: «падение с луны» это реминисценция к самому знаменитому произведению реального Сирано о луне «Иной свет»; любовь к дуэлям и успешная битва с сотней противников тоже является частью мифологии связанной с ним же. Сирано, как персонаж, будучи предельно честным с самим собой и людьми, талантливым поэтом и вдобавок по происхождению гасконцем (что-то типа французского чеченца) имел непростые отношения с людьми и обществом. Намёк на серьёзный физический недостаток – большой нос тут же мог привести к очередной дуэли. В его присутствии слово «нос» было табуированным.

Любопытно, что и для автора пьесы Эдмона Ростана и для исполнителя главной роли Григория Антипенко эта история во многом личная и даже автобиографичная: у первого был в наличии яркий талант, но весьма заурядная внешность, при красавице жене, второй от природы наделён крупным носом и испытывал в юности схожие со своим персонажем комплексы. Чтобы никто ничего не перепутал к лицу Григория Антипенко весь спектакль прикреплён большой бутафорский нос, а лицо выделено белым гримом.

Сирано многогранен. Один Сирано – это непримиримый правдоруб и вспыльчивый дуэлянт, пытающийся огласить правду и восстановить справедливость на расстоянии вытянутой шпаги от себя, а также надёжный друг, боевой товарищ, который выручит несмотря на любую опасность. Другой – это ранимый поэт, благородный человек готовый пожертвовать своим счастьем ради возлюбленной. Третий Сирано – мудрый аскет, искренне презирающий деньги и власть, отказывающийся от службы у богатого и влиятельного покровителя. Он не боится бедности, если речь идёт о собственной независимости: «Пусть лучше беден я, пускай я буду нищим, довольствуюсь своим убогим я жилищем, я в нем не уступлю, поверь, и королю, в нем я дышу, живу, пишу, творю, люблю!». Голод для него лишь повод к изучению неизведанного: «Ле Бре: Ты будешь голодать? Сирано: Что ж! Надо все изведать». К тому же всегда можно питаться пищей невещественной, духовной: «Не страдает тело лишь потому, что пищу я найду всегда в душе своей».

Первое действие, происходящее в Бургундском отеле, где Сирано отчаянно и остроумно прогоняет бездарного актёра со сцены показано режиссёром пунктиром, а неуместность актёра, вызвавшего ярость поэта передана лишь нелепым костюмом, в который тот одет. Автор произведения уделил этому много больше внимания. Но история Сирано де Бержерака всё-таки история о трагической любви чудовища и красавицы. Большое количество событий, вошедших в пьесу передать за три с небольшим часа непросто, поэтому текст заметно сокращён режиссёром, особенно в части не касающейся любовных перипетий. И если у Эдмона Ростана пьеса называется героической комедией, то у Павла Сафонова происходящее зовётся романтической драмой.

Храбрый гасконец раз и навсегда противопоставляет себя несовершенному человеческому миру, олицетворяя борьбу правды с ложью, добра со злом. Он бескомпромиссен: «А что же? Всех, как вы, друзьями называть. И, профанируя те чувства дорогие, считать десятками иль сотнями друзей? Нет! Эти нежности не по душе моей! Не выношу я лжи, и мне сказать приятно: «Сегодня я нашел себе еще врага»! И эта ненависть – одна мне дорога».

Режиссёр экранизирует лишь самые ключевые сцены, «лучшие места» и достаточно подробно – непосредственно историю любви. Часть сцен показана уж слишком доходчиво для зрителя: сцена с «Докучным», или нытьё плаксивого подкаблучника Рагно от грубостей своей злюки-жены, или исповедь, когда Сирано рыдает, свернувшись калачиком. Всё это выглядит не слишком естественно.

«Дефектом» для людей помимо большого носа оказываются и чужой талант, и смелость, и независимость. Неординарный человек остаётся в толпе неприкаянным одиночкой. Но выбора нет: «Забыть об истине, звучащей благородно, не смелым быть орлом, но низким червяком, и пробираться хитростью, ползком. Там, где хотел бы вверх лететь свободно? О нет!». Но герой не лишён и самоиронии, как противовеса к излишне серьёзному отношению к действительности – свой нос он, утирая нос очередному противнику, высмеивает так, как никто другой, сравнивая его с пиком, утёсом, полуостровом, вешалкой для шляп, трубой, фамильной башней, репой, дыней» - здесь автор упражняется в остроумии как только может.

Сирано блестяще выходит победителем из многочисленных конфликтных ситуаций. Если надо, то без раздумий достаёт шпагу, которой мастерски владеет, одновременно «протыкая» оппонента и шпагой и оскорбительно-остроумными стихами. Парадокс заключается в том, что чем честнее человек, тем он беззащитнее перед окружающими, и защитить его честь может лишь оружие из металла да слов.

Гордый гасконец признаёт над собой власть только одного человека: «Нет покровителя, его я не желаю. Но покровительница – есть»! В любви к женщине он раскрывается, уродливая оболочка оказывается содержит в себя драгоценное, ранимое и прекрасное содержание, источающее душевную красоту. Но Роксана признаётся, что любит другого, к тому же писаного красавца, полную противоположность Сирано. В этом треугольнике у одного оказывается форма, у другого – содержание: «О, если б все мои горячие мечты в такую форму мог облечь я». Сирано решает сделать «коктейль», предлагая сопернику сделку: «Ты дашь всю прелесть мне твоих наружных чар, я дам тебе иной, глубокий, высший дар», «я буду разум твой, ты – красота моя» или «душою буду я, а ты – ты будешь телом». В итоге: «и победим ее – вдвоем!». Ведь одной красоты или ума женщине недостаточно, нужен «набор»: «мне глупость не была по вкусу никогда, и красотой одной своею вы не могли б меня пленить, сознаюсь в том, как и без красоты – одним своим умом. Даете вы бурьян взамен душистой розы». Но красоту видимую проще заметить, поэтому Кристиан сперва получает преимущество перед обладающим внутренней красотой Сирано.

Декорации спектакля условны и мрачны: абстрактные кубы, обитые железными листами, превращающиеся в шкафы, набитые рукописями. Простые грубые необрезные доски, поставленные вертикально и прислонённые к стенам превращают сцену в суровый военный лагерь. В углу возвышается гигантская античная ступня на которую лишь несколько раз за спектакль взбираются актёры. На сцене мрачно. Лучами света в этом тёмном царстве от художника-постановщика Мариуса Яцовскиса выступает лишь энергичная игра актёров произносящих яркий, искромётный текст. Костюмы, не принадлежащие к определённой эпохе вторят царящему аскетизму, оставаясь преимущественно в чёрно-белых тонах, небольшое исключение сделано лишь для Роксаны, да для ярко-красной шинели Де Гиша. Встречаются удачные визуальные находки, к примеру, падающие листы бумаги, подбрасываемые вверх, а также музыка от Фаустаса Латенаса, звучащая в унисон со стихами, подчёркивающая красоту и силу слова.

Весь поэтический дар, чувства и страсть Сирано находят выход в письмах, которые он пишет Кристиану для Роксаны. Та постепенно пленяется любовной лирикой всё сильнее, влюбляясь в настоящего автора: «Да, прости меня, прости, но я привлечена их непонятной силой». «Ведь каждая из этих милых строк - твоей души – слетевший лепесток». В итоге Кристиан слышит от Роксаны: «Прости ж меня в великий этот час, что в легкомыслии своем я полюбила тебя за красоту твою сперва!.. теперь, о мой любимый, увлечена я красотой незримой! Тебя люблю я, страстью вся дыша, но мне мила одна твоя душа»! Это трагическое признание фактически убивает Кристиана.

Роксана погружается в траур, проходит пятнадцать лет, но Сирано сохраняет их общую с погибшим другом тайну, продолжая навещать любимую в монастыре. Выглядит он неважно, но себе не изменяет: «В последний раз не ел он ничего два дня… он страшно беден»; «так жалок в стареньком кафтанчике своем… Де Гиш. Да! Неудачник он»! Но позже Де Гиш сознаётся: «Я позавидовать готов ему порою…». На неуступчивого Сирано совершается покушение, он еле держится на ногах, но остаётся критичен к себе: «О, как обманут я насмешницей судьбой!.. Я смерти не хотел такой! …всю жизнь терпел лишенья я. Мне все не удалось – и даже смерть моя»! «Всю жизнь судьбой гонимый злобной; любовник неудачный и бедняк — ну, словом, Сирано де Бержерак. Почтим его мы надписью надгробной: он интересен тем, что всем он был – и не был он ничем!…».

Но, наконец, тайна настоящего автора любовных посланий вскрывается: «Зачем молчали вы пятнадцать долгих лет? Зачем скрывали вы так гордо ваш секрет?». Лишь перед самой смерть Сирано слышит заветные слова от Роксаны: «Клянусь тебе, – мой дорогой, поверь, — что я люблю тебя»! Герой умирает на глазах любимой женщины со шпагой в руке, продолжая сражаться до последнего вздоха с человеческими пороками: ложью, подлостью, клеветой, глупостью… Но сердце его спокойно и совесть чиста: «Сегодня вечером, да, да, в гостях у бога я у лазурного остановлюсь порога...».

История о Сирано - одно из самых популярных произведений для сцены в мире и заслуженно пользуется большим успехом у публики. История, рассказанная Павлом Сафоновым – история в первую очередь любовная и получившаяся, судя по полному залу и продолжительным аплодисментам весьма неплохо.

К сожалению, ушли после первого акта. Спектакль не для тех, кто в поисках новых форм, вдохновения и особой энергеники. Классическая поставновка - натянутный комплимент....

Великолепный спектакль. Антипенко блистает в роли Сирано, прямого и принципиального, храброго и не желающего ни перед кем лебезить. Такой тип людей уже вымер. Так что добро пожаловать в театр. По всей видимости театр на малой бронной сейчас не в тренде-зал был полупустой-очень жаль такая постановка заслуживает переполненых лож

Спасибо! Все очень старались и мне понравился спектакль. Не без "греха", но в целом, очень хороший вечер.
Некоторые театралы здесь ниже сравнивали эту постановку с Вахтанговской и видели лишь минусы. А мне наоборот, понравилась версия Павла Сафонова с Григорием Антипенко и совсем "не близок" Сухановский образ, где он изображает Сирано из "Страны глухих"...впрочем как и все его роли(.
Я рекомендую всем и театр и этот спектакль.

Театр на Малой Бронной. Спектакль "Сирано де Бержерак". В переводе Щепкиной -Куперник и в очень неожиданной манере.Смесь комедии ДельАрте и греческой Трагедии. Играли Трагедию, настоящую человеческую, не наивную, без тени снисхождения к тексту 19 века. Антипенко открылся в роли Сирано - его актерское дарование очевидно на драматической сцене.Играл вовсе не героя-но страдающего влюбленного. Удивительный нарочито-белый нос в конце спектакля был для меня уже частью лица Сирано, его сущностью, его душой... Умирая, Сирано снимает нос- смотреть было физически больно. От декорация и костюмов веяло чем-то прибалтийским:) Ну, стало понятно потом, художник -постановщик Мариус Яцовскис. Действие мне не показалось ни затянутым , ни нудным, возможно, роль Ле Бре могла бы быть поинтересней сделана- ведь это друг (безусловный!), а он был похож на мягкотелого Пьера Безухова. Про Ольгу Ломоносову скажу так: она картинно хороша, особенно в последней сцена в средневековом таком головном уборе-чалме. Мое предвзятое мнение -не могу найти "свою" Роксану, хоть видела разные постановки "Сирано".
Отдельно поклон за музыку к спектаклю- удовольствие непередаваемое.
Дорогие любители театра,если вам необходим отдых от повседневности, проведите неспешный интеллектуальный вечер -поэзия, любовь, смерть... и 50 грамм коньячку в буфете, что еще нужно весенним московским вечером...

В гостях у Урганта прошла реклама,
Что в МХАТе Чехова нас ожидает новая программа.

Эдмон Ростан знаком мне с юных лет-
Не долго думая, купила я во МХТ билет.

Чтоб оценить «жемчужину» репертуара,
Места купила в ложу бенуар(а).

И вот я здесь- я в храме Мельпомены!!
И что же вижу я? - Убогость сцены.

Понятно: сэкономили.
В итоге- пустые стены и ногие ноги.

Все так затянуто и крайне скушно.
Игру актеров приняла я равнодушно.

Какая-то девица попе(и)вала временами,
И странно изгилялась, дрыгая ногами.

Но, в целом, мальчики старались:
Неплохо пели, превосходно дрались!

Чурсин был лучшим здесь!-
Тут спору нет.
Но деньги, все же , жалко за такой «паштет»

Мой отзыв «3». И чтобы объективной быть,
Пришлось мне кой-кого и кое с кем сравнить….

Если Вам угодно познать всю прелесть трагикомедии Франции тех времен, Вам сюда! Неожиданно круто работает Антипенко, Варшавский в роди Кристиана выкладывается на все 100, ну и конечно же великолепная Роксана дает массу эмоций!

Ходила около года назад на этот спектакль, настолько он мне понравился, что не могу не отозваться, хоть и с опозданием.
Вообще, Сирано - моя давняя любовь, как я увидела этот спектакль с Тараторкиным по телевизору,еще подростком, так и пропала. Мама где-то (хотя что значит где-то? на "черном рынке" конечно:) достала мне томик с пьесами Ростана, и на какое-то время я была потеряна для общества. "Романтики", "Сирано де Бержерак", "Принцесса Греза", мой обожаемый "Шантеклер"! Неисправимый романтик, оптимист, певец высоких чувств Ростан, сам иронизирующий над своей возвышенностью в "Романтиках" и "Шантеклере" - но от этого ни на йоту не уступивший позиций цинизму и скептицизму, идеально совпал с моим мироощущением, и до сих пор я им восхищаюсь.
И конечно, Сирано - самое значительное, "программное" его сочинение. Кроме постановки с Тараторкиным, я видела еще спектакль в Сатириконе с Райкиным в главной роли, и фильм с Депардье.
Надо сказать, спектакль в театре на Малой Бронной (режиссер - Павел Сафонов) достаточно сильно отличается от классических постановок, но это в его пользу.
Во первых, главный челлендж для постановщиков, в первую очередь для гримеров и костюмера, был конечно в том, как превратить исполнителя главной роли, красавца Григория Антипенко в носатого урода Сирано.
Понятно, что одним накладным носом, хоть и нарочито большим и маскарадным, тут было не обойтись ("а <s>умище</s> харизму-то куда спрятать?"), поэтому для гарантии, ему еще замазали лицо белым гримом, сделали прическу в стиле "я упала с самосвала, тормозила головой", и нарядили в нелепые костюмы, особенно в первом акте - мятый кургузый пиджачок и коротковатые брючки а-ля Чарли Чаплин. Помимо этого, чтобы скрыть рост, ему приходилось все время сутулиться и наклоняться. Надо сказать, все это достигло определенного успеха, и лишний раз доказало, что ничего нет невозможного для человека с интеллектом, особенно в том, чтобы что-то хорошее (внешность) испортить.
С учетом всех вышеописанных стараний, у Антипенко осталось не так много актерских изобразительных средств для игры, мимики почти не видно за гримом и огромным носом, что-то выразить можно было только глазами-бровями и то, чтобы это было заметно, приходилось чуть ли не гримасничать. Но одно средство - пластика жестов, движений у него все-таки осталось, и он им воспользовался в полной мере. Даже удивительно, как выразительны могут быть движения, как много можно ими передать, причем не в балете, где на этом все построено, а в обычном драматическом спектакле. (Я теперь хочу сходить на постановку Отелло с Антипеноко в главной роли в театр Вахтангова - она именно хореографическая, интересно, как там все решено).
Сирано в спектакле получился очень отличающимся от канонического образа, как мы (я) его привыкли себе представлять - смелого, самоуверенного бретера, острословца, любимца публики, нахала и задиры, глубоко прячущего за внешней развязностью свою нежность и ранимость. Сирано в спектакле Сафонова больше похож на грустного клоуна, и намек на Чарли Чаплина не случаен. Он трагически отличается от остальных, и дело не во внешности. Он другой, не такой как все, его занимают и волнуют вещи о которых окружающие даже не задумываются. Он страшно одинок, он интроверт и мизантроп. Он и Роксану любит не потому - во всяком случает не только потому - что она красавица, а потому что она близка ему по духу, она умна и горда, она могла бы его понять - если бы он дал ей такой шанс... Даже сцена его знаменитой дуэли с напыщенным пижоном Вальвером ("я попаду в конце посылки") поставлена так, что его талант фехтовальщика не выставляется напоказ, а сам он в конце выглядит даже слегка недоумевающим от своего успеха. Сирано Антипенко подчеркнуто нелеп и угрюм, даже немного смешон, во всяком случае в первом акте, но благодаря всему этому, вызывает необыкновенно сильное сочувствие.
Эти его сцены с дуэньей, а потом с Роксаной, когда он проходит стадии от возникновения надежды на казавшееся несбыточным счастье, когда его надежда растет, подкрепляемая ее словами и он уже почти поверил в невозможное, в то что он любим, он может быть счастлив, и вдруг все надежды рассыпаются в прах, и он опять одинокий уродец Сирано, а его возлюбленная Роксана мечтает о другом. Ох, прямо мурашки по коже в этой сцене, так за него больно.
И ведь будь он хоть чуточку менее благороден и хоть чуточку более уверен в себе, он вполне мог бы вступить в бой за сердце Роксаны, как и советует ему Ле Бре, дождавшись, пока Кристиан потерпит закономерное и постыдное поражение - ему и делать бы для этого ничего не пришлось. Но нет, он заранее уверен, что это невозможно и решает создать идеального возлюбленного для своей избранницы - он же поэт, творец. (Как тут не вспомнить другую подобную мистификацию, но уже из реальной жизни - Черубину де Габриак)
И как злишься на Роксану, что она поддается этой игре, что она так слепа, так замкнута на себе, своих желаниях.
Ах, Роксана... Хотя Роксана у Ольги Ломоносовой получилась очень неординарной личностью, такой, какая она и должна была бы быть, чтобы пленить Сирано. Умная, зрелая, уверенная в себе, озорная, искрящаяся, играющая с жизнью, отчаянно смелая, гордая, не терпящая попыток себя контролировать. Единственный ее недостаток (ну, как я это увидела) - излишняя эгоцентричность, эгоистичность даже, замкнутость на себе - хотя нетрудно себе представить, что хорошенькой, всеми балуемой девочке-аристократке, так легко вырасти в представлении, что все должно крутиться вокруг ее персоны. Эта ее некоторая черствость неприятно поражает в сцене у балкона, где она не желает слушать Кристиана, когда он вдруг "теряет" свое красноречие, и готова сразу же надменно уйти. Потом, кстати, в втором акте, видно, что любовь Сирано растопила ее сердце, она готова рисковать собой, она жалеет солдат и подумала о том, чтобы провезти для них съестное в осажденный лагерь, ее больше не волнует внешность ее возлюбленного... Но внезапная смерть Кристиана все рушит, и уйдя в монастырь она опять замыкается на себе и своем горе.
Кстати, надо здесь отметить еще одну положительную особенность спектакля - как правило, все действие сконцентрировано на Сирано и все остальные персонажи так или иначе - статисты, как правило никто из них особо не запоминается. Здесь же все герои имеют свою очень яркую индивидуальность.
Даже самый невыигрышный для исполнителя персонаж - Кристиан. Вот уж кто не герой, а функция, единственная задача его - блистать красивой внешностью, а также раздражать зрителей и болтаться под ногами у главных героев. И вдруг, только в этот раз, я увидела его совершенно по другому. Актер (Дмитрий Варшавский) так выразительно, с настоящей болью, надрывом сильного (от этого еще пронзительнее) человека сыграл отчаяние мужчины, который способен глубоко и сильно любить, но не способен выразить свои чувства. В первый раз я подумала, что роль Кристиана тоже трагическая, может быть даже не меньше, чем у Сирано. Если Сирано от природы лишен дара красоты, то Кристиан лишен дара выражать свои чувства и мысли, это тоже несчастье, как если бы он родился немым. Возможно, кстати, что этот дар можно было бы и развить - но вряд ли кто-то стал бы заниматься этим с мальчиком, чья судьба стать военным была предрешена заранее. При этом он способен на не менее глубокие чувства, чем Сирано, и он, несомненно, благороден, и ,возможно, не менее достоин любви прекрасной Роксаны - но на самом деле, у него еще меньше на это надежды, чем у Сирано.
Совершенно прекрасный в спектакле Рагно (актер Владимир Яворский) - вот прямо Рагно такой, какой должен быть, ни прибавить ни убавить! Такой прекрасный, трогательный, обаятельный, он так светится, когда говорит о поэзии, и так по детски огорчается, когда жена использует стихи его друзей поэтов на оберточную бумагу. И в последнем акте, с этим своим "Я ламповщик в театре у Мольера", он так искренне обижен за Сирано, у которого Мольер украл сцену для своей пьесы! (а Сирано меж тем волнует - имела ли она успех?) Даже если все остальное в спектакле было неудачным, его нужно было бы смотреть только из-за Рагно!
Очень значительным и неоднозначным получился граф де Гиш (народный артист Иван Шабалтас). Он подчеркнуто старше остальных героев, и его неблаговидные поступки принимают окраску не столько подлого и злого от природы характера, сколько скорее "необходимого зла" умудренного жизнью человека, который возжелал власти и от этого привык идти на компромиссы с совестью. И тем сильнее звучит его горькое признание в третьем акте, о том, что он завидует Сирано, который всегда был свободен.
Хочется перечислить всех актеров и персонажей, они все прекрасны и выразительны, и серьезный Ле Бре, бритый и в очках, ни дать-ни взять молодой Герцен (Александр Голубков), и нарочито стервозная, жеманная и кокетливая, тонкая, как хлыст, жена Рагно (Мариетта Цигаль-Полищук), и обаятельный пьяница-раздолбай и острослов Линьер (Максим Шуткин), и все остальные - надо их смотреть на самом деле.
Еще одна особенность спектакля, которую нельзя не отметить - это его нарочитая дурашливость, насмешливость, легкая абсурдность. Действие не то, чтобы осовременено, но как-то выведено за рамки времени, наряды и декорации условны, костюмы слегка (или не слегка - про это чуть ниже) нелепы, герои, особенно второстепенные, все время как будто чуть-чуть подтрунивают над собой.
Удивительный образом, такая нарочитая несерьезность очень идет этой пьесе, снижает градус пафоса и драматизма, и благодаря этому, как ни странно, подчеркивает серьезный смысл заложенный в него. Он как бы очищается от лакированности, академичности, история снова берет тебя за душу и переворачивает.
Я, кстати, подумала, что при всем своем благородстве этот Сирано все-таки очень жестоко поступил с любимой женщиной. Не дал ей шанс на счастье ни сначала, когда история с Кристианом только начиналась, ни потом, когда тот погиб, а потом заставил ее вторично потерять любимого. Вот как ей спрашивается жить после такого, зная, что пятнадцать лет тот, кого она любила, был рядом с ней, а она об этом даже не знала?
Эгоисты все-таки эти мужчины, даже самые лучшие из них. :)
Ну и в конце, надо сказать пару слов и про недостатки, а то что я только хвалю и хвалю.
Насчет костюмов - какие то очень странные костюмы художник сочинил для гвардейцев. Красные шинели (почему красные? скорее напоминает о британской армии) и странные белые брюки-шорты-галифе до колен, которые напоминают скорее нижнее белье. Я понимаю, что было как-то поддержать сюрность повествования, но это все-таки перебор, как мне кажется. Хотя, если основной идеей было показать ноги актеров, тут я ничего против не имею, актеры красивые и в хорошей форме, но я бы рекомендовала в таком случае подумать в сторону колониальных войск, сафари там, пробковые шлемы, шорты цвета хаки и белые майки-алкоголички например. :))
Кстати, спасибо и на том, что хотя бы во втором акте Антипенко переодели из этого куцего костюмчика в белую рубашку с короткими рукавами (хотя и с жуткими фонариками), и стали видны его потрясающей выразительности и мужественности руки (хотя правильно, что этого не сделали раньше, даже только с такими руками было понятно, что он может дать фору по части привлекательности любому красавчику :)
И вторая претензия - голос Сирано. Я не знаю, что было не так, может артист просто был не в голосе после простуды и из-за этого "форсировал" голос, или его специально заставляли говорить высоким неестественным "театральным" голосом? Но голос у меня все время жутко диссонировал с образом, только в редкие моменты когда актер сбивался на нормальную речь это звучало гораздо лучше. Из за этого оказалось немного смазанным впечатление и от "выходного" монолога про носы (кроме того, актер явно частил), и от лирической сцены у балкона, и самое обидное - от финального монолога. А так хотелось услышать горькое и прочувствованное:
"Вы, старые враги! Ты, ложь!
Вы, предрассудки!..
Ты, подлость! Вот тебе!.. А, змеи клеветы!
Чтоб я вам уступил? Оставьте шутки!
А, глупость, страшный враг, вот, наконец, и ты!
Я знаю, что меня сломает ваша сила,
Я знаю, что меня ждет страшная могила,
Вы одолеете меня, я сознаюсь…
Но все-таки я бьюсь, я бьюсь, я бьюсь!"

Но все-равно это все мелочи, а спектакль я крайне рекомендую (и сама собираюсь сходить еще).
(Кстати если соберетесь - билеты можно купить прямо на сайте театра

Московская театральная жизнь грешит изобилием спектаклей в легком жанре. На этом незатейливом и коммерчески объяснимом фоне настоящей жемчужиной выглядит «Сирано де Бержерак» на Малой Бронной. Мы попали на спектакль в предновогодний вечер, оттого планка нашей зрительской реакции была особенно высока. Не знаю, правильно ли это называть катарсисом, но недюжинная душевная работа, уже забывшаяся было в «потреблении» современных театральных фарсов, в процессе восприятия вчерашнего спектакля была проделана.

Сложная вначале структура Ростановского стихотворного текста перестала замечаться на двадцатой минуте. Когда зрителю приходится «продираться» через условности театрального языка не просто к развлечению, но к значимым человеческим истинам, наверное, это все-таки, и есть катарсис. Заворожили визуальные эффекты — остроумное сценическое движение, символически насыщенные декорации, гениальные костюмы.

Моего спутника, человека, от дизайна, в отличие от меня, далекого, костюмы сперва раздражали своей неконкретностью, неадекватностью изображаемой эпохе, семантической невнятностью, но вскоре и это прошло. Что касается моей оценки — костюмы персонажей удивительны по своей безупречно выверенной эстетике, ироничности, гротескности и многозначности. Думаю, что, ко всему прочему, они настолько отвечают законам современного искусства в лучшем его понимании, что достойны самых высоких модных подиумов.

В области невизуальной — потрясает музыка к спектаклю, она воспринимается, как самостоятельная актерская партия, с живыми чувственными интонациями, полутонами и междометиями. Отдельная и самая главная тема, разумеется — это актерская и режиссерская трактовка образов героев. Ростановский сюжет — один из самых популярных у режиссеров всех времен и народов — тем не менее, совершенно самобытен в постановке П. Сафонова. Его «Сирано» — это герой вне времени и пространства — в своем драматизме гениальности, любви и одиночества — и оттого невероятно современен.

Актерский талант Г. Антипенко наделяет классический героический персонаж множеством совершенно земных человеческих качеств — ироничностью, юмором, тревожностью и мнительностью. Это до такой степени роднит чуточку нелепого поэта-бунтаря с нами, сегодняшними, что пресловутая «работа» зрителя над прочтением фабулы пьесы продолжается и после просмотра спектакля.