Физиологический эмоциональный акт, свойственный женщинам, «Практика» растянула на час с небольшим и показала аж в трёх поколениях при помощи одного актёра (браво). Мать, дочь и бабушка бойко и сбивчиво ведают свои сокровенные истории, жалуются на быт, характерно перескакивая с мысли на мысль.
Первая озабочена неожиданным увольнением, постановкой на учёт на бирже труда, хроническим отсутствием денег и интереса со стороны мужа, а также кражей из магазина понравившегося платья. Психолог ей посоветовал завести домашнее животное: она подобрала на помойке драного кота, которого пришлось потом кастрировать (вот, кстати, почему, муж интерес-то потерял!). Вторая развязно грезит о покупке чудо-джинсов, сползая в эпизодический матерок, когда речь заходит об окружающих её парнях и о поиске денег для воплощения мечты. И мать, и дочь любят бабушку. Все любят бабушку, и она любит всех. Единственный блаженный персонаж во всей этой дикой истории появляется на сцене, играя на баяне мелодию из «Амели». Разве можно не любить такую? Бабулька ласково беседует с умершим мужем и помогает в меру сил всем окружающим. Что из этого всего получится? Увы, ещё больше рыданий…
В театре «Практика» уже давно идёт постановка Виктора Рыжакова «Рыдания», которую обозреватель «Афиши» Елена Ковальская прошлой осенью назвала лучшим моно-спектаклем. Так о чём же всё-таки рыдают героини Кшиштофа Безё?
«Рыдание — с физиологической стороны, состоит из ряда вдыхательных движений, обусловленных последовательным и прерывистым сокращением грудобрюшной преграды, прерываемым время от времени длинным выдыхательным движением, причём двигающимся по дыхательным путям воздухом приводятся в движение голосовые связки, издающие характеристический звук. Характер звуков, сопровождающих рыдание, зависит, конечно, от силы и числа колебаний голосовых связок и формы полости рта, как резонатора. Акт этот вызывается определённым душевным состоянием человека». (с) Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона.
Этому определённому душевному состоянию посвящён моно-спектакль Виктора Рыжакова «Рыдания». Светлана Иванова рассказывает и показывает три разные истории: Юстыны – матери, Анны – дочери и Зофьи – бабушки. Это несчастные, слабые женщины, которые идут на поводу у судьбы, мечтают каждая о своей покупке (пальто, джинсы, мраморное надгробие) и поражают зрителя духовной неразвитостью. Но при этой схожести, у них совершенно разные жизни, которые, кажется, никак друг с другом не пересекаются. Ладно ещё, Анна и Зофья не знают, что 44-летняя Юстына от безработного отчаяния украла в магазине пальто своей мечты, а потом порезала его дома на лоскуты, потому что в школе у неё были почти одни пятёрки. Ладно, Зофья и Юстына не знают, что 18-летняя Анна, повинуясь судьбе, курит траву, делает бывшему парню минет, чтобы получить джинсы с золотыми вставками и красными стразами, и при этом верит, что всё будет «хорошооооо!». Но каким же образом Юстына и Анна не знают совсем о том, что 67-летнюю Зофью задушила парочка наркоманов, искавшая в квартире старушки выигрыш в лотерею, о котором та только мечтала в разговорах со своим погибшем мужем Юрочкой – вот этого я не понимаю. Эти женщины, как три чёрных прямоугольника на белом фоне, которые перебирает во время своего монолога Юстына: обособленные, похожие, простые. Перед зрителем один за другим появляются три банальнейших женских характера, бесконечно одиноких и каждый со своей неповторимой печальной историей. У Юстыны это неудавшаяся жизнь, у Анны – плохой день, у Зофьи – неудачная смерть, но все они, в общем-то, суть одно и то же.
От пьесы Кшиштофа Безё остаётся такое же впечатление, как и от текста Ярославы Пулинович «Наташина мечта». Трёхчастный моно-спектакль венчает неожиданная концовка, которая заставляет переосмыслить всё, что происходило до этого. И, несмотря на всю ограниченность, серость героинь, в каждой из них зритель находит своё обаяние. «Я ещё жива или это мы уже вместе?» - вопрошает в конце своего монолога недавно задушенная Зофья, по привычке разговаривая с духом мужа. И, конечно, не в последнюю очередь персонажи обаятельны, благодаря игре Светланы Ивановой. Это первая моно-работа актрисы, но она так держит темп, что весь спектакль – словно самые безутешные рыдания! Персонажи «Рыданий» у неё получились настолько разными, насколько это было вообще возможно при их общей схожести и обыденности. Юстына разыграна истеричкой, которая стоит на грани безумия, перескакивает в своей речи, не сбавляя темпа, на самые разные предметы, но, в общем-то, говорит всё об одном – о её сложной, несправедливой, жестокой жизни. Появляющаяся в маске Минни Мауса Анна уже совсем другая. У неё восторженная детская интонация, в речи, будто так и надо, проскальзывает безобидный мат. Её пластика существует отдельно от неё: руки не прерываясь выписывают в воздухе загадочные фигуры, напоминающие то манящий восточный танец, то траекторию движения рук профессиональной пловчихи, то изнурительные упражнения балерины. Зофья же сидит в обнимку с аккордеоном, раскорячившись на стуле в центре сцены. Она неловко пытается наигрывать мотивчик из «Амели» и тоном бабушки на лавочке рассказывать последние события старческой жизни. А на белый задник сцены с одиноко светящимся окошком между тем падает её огромная тень, предвещающая то страшное, что ещё предстоит осознать и самой Зофье, и зрителю.
Но всё-таки самое мощное впечатление, которое остаётся после спектакля – не интеллектуальное, а эстетическое. К нему приводит, во-первых, рыдающий на протяжении часа с лишним ритм прозы Безё, вводящий в некоторый транс. Во-вторых, огромная проекция влажных глаз старушек не может оставить равнодушным открытого к переживанию человека. В-третьих, спектакль сопровождает сильный по энергетике звуковой ряд с фрагментами народных песен, полных «древнерусской тоски». Ну и довершает эмоциональное воздействие световая партитура, которая вторгается в текст, перебивает героинь и придаёт их частным историям масштаб вечности.
Вчера сходил на спектакль "Рыдания" в театре "Практика".
Главная и единственная герояния со сцены, пулеметной очередью проговаривает свои мысли. О жизни, о мужчинах, о подругах и об одежде. Сначала она говорит от лица женщины средних лет, потом от лица её дочери, а потом от лица матери. Женщина несчастна, депрессивна, одинока, она ворует пальто в магазине, которое ей не по карману. Её дочь ненавидит всё вокруг, погружена в собственные мысли и желания, а кульминацией её монолога становится минет и секс с другом-придурком ради 200$ на джинсы в заклёпках. Бабушка - заядлый игрок в лотерею, её единственный друг - могила мужа, а уличная попрошайка, которую она берется учить жизни, в конце концов грабит и чуть не убивает её.
После фразы со сцены - "Куплю джинсы в заклёпках, ни у одной овцы-подружки такого нет", моя соседка слева, которая пришла в театр с двумя подругами, зашлась диким хохотом. Весь спектакль, зал периодически взрывается женским смехом. Это смех, вызываемый эффектом зеркала или кривого зеркала, от узнавания себя или своих окружающих.
Что это такое? Неужели ЭТО правда? Что творится в голове у этих баб? А потом они становятся матерями и бабушками.
7 апреля 2012 года. Тимур PROSTO.
Это действительно рыдания, рыдания трех разных голосов, которые текут почти что непрерывно, делая передышки, только для того, чтобы вздохнуть и с новой си лой продолжать изливаться. У кадой из трех женщин своя судьба и свой повод для плача, но их объединяет одно общее, что усиливает эти рыдания многократно - одиночество. И каждая знает о том, что принадлежить только себе, и в какой-то момент внутреннее пространство переполяется и на свет вытекают мологи, потоки, слезы.
Прекрасный спектакль, прекрасная игра актриссы, которая сумела показать нам горе трех не похожих женщин.
Я советую всем посмотреть этот спектакль, вы получите массу удовольствия.
Потрясающая игра Светланы Ивановой! Не совру, сказав, что впервые в жизни наблюдала полнейшее погружение актера в роль. Браво!!
Спектакль очень сильный. Он шокирует, переполняет эмоциями, погружает в размышления, которые, рождаясь в сопереживании судьбам героинь, в какой-то момент разворачиваются лицом к тебе самому с вопросом: «А что у тебя в жизни происходит?»
Сильное и длящееся впечатление. Рада, что посмотрела этот спектакль.
Рыдания … безусловно, хороший спектакль, полностью соответствующий современному, экспериментальному театру, что, собственно говоря, и «творится» в практике. «рыдания», на мой взгляд, скорее можно отнести к удавшимся экспериментам, … чем нет). Все – и игра, и монолог, и постановка, и декорации – все в нем гармонично и профессионально для данного формата, хотя и не мастерски.
В самом начале спектакля, в предисловии говорится: рыдания … и идет словарное определение с физиологической точки зрения, а заканчивается словами … «Акт этот вызывается определённым душевным состоянием человека» … и далее следуют один за другим три монолога трех женщин - взрослой, девушки-дочери 18-20ти лет и старухи-матери, которые, по логике вещей, и должны в деталях, красочно «раскрыть» свои рыдающие души. И видно, что в сердцах и головах их слишком много пустоты, зацикленности, одиночества, разобщенности друг с другом, замкнутости на себе и отчужденности …. Может даже закрасться мысль, что автор текста – женоненавистник, настолько чувства и мысли женщины показаны беспорядочными, глупыми, бессмысленными и ограниченными. Хотя, должна признаться, что на следующий день случилось мне оказаться рядом с молодой девушкой и волей неволей подслушать ее телефонный разговор с подружкой, … который звучал ровно так же, один в один, что и в спектакле, с такими же словечками, оборотами, а главное интонациями) … «типа, да, прикинь?!». Однако, ... я была поражена сколь театральный монолог был точен, близок жизни и реальности.
Спектакль называется – «рыдания» … и на мой взгляд, такое название подходит лишь отчасти (конечно же, это дело автора … но порассуждать то можно на сей счет?!))) ). Хотелось БЫ большей глубины и драматизма, тягостной осознанности, тоски по чему то настоящему, а тут – вся драма заключается в том, что они даже не понимают, сколь пуста их жизнь; ну да, печально и грустно слышать об ущербности в женщине, которая проявляется в том, что она способна судорожно мечтать ТОЛЬКО о «побрякушках», будь то пальто-джинсы-надгробье, и при том что, этот «вещизм» все равно не снимает ее нервозности, неудовлетворенности, беспомощности и одинокости… и даже если подумать, что таким образом она защищается и убегает от болезненной реальности , все равно сочувствия и сопереживания не возникает. Вспоминается анекдот, уж простите, старый, известный, про девочку дауна, у которой золотая рыбка спрашивает о трех желаниях … а девочка ей – «хочу вот такой огромный нос, вот такие то уши и длиннущую шею» … выполнила рыбка желания и спрашивает: «что ж ты девочка не попросила счастья, любви, красоты?» –« а что, можно было» …)
Теперь об актрисе ... на ней ведь все держится - даже в большей степени, чем на тексте ... надо сказать, что само по себе уже далеко и совсем непросто говорить все полтора часа, так еще и «держать» публику, и Светлана Иванова заслуживает похвал, поскольку с этим она справилась. Но ... не хватает экспрессии и харизмы, есть в ней достаточный профессионализм, но хочется большего «нерва» и «вибраций». Например, в той же «практике» идет спектакль «Июнь» с Полиной Агуреевой. Так на него надо идти, хотя бы ради того, чтоб посмотреть «исполнение» Агуреевой – действительно захватывающее и глубоко театральное – без фальши и эмоционально цепляющее.
Подводя итог своим рассуждениям, скажу так, что спектакль "рыдания" интересен и концептуален, соответственно привлечет внимание любителей современных театральных форм или просто любознательного человека … таковым и рекомендую к просмотру)
Спектакль о женщинах! На мой взгляд, о женщинах , которые с русскими женщинами ничего общего не имеют, отсюда может быть непонимание поступков героинь. Европейский писатель пишет про европейских женщин. Это спектакль про "европейские всхлипывания европейских женщин". Мне не хватило глубины, то есть не тронуло. Однако, невозможно не отметить режиссерскую находку - речь героинь в форме всхлипываний, что технически очень сложно для исполнения, кроме того, визуальные спецэффекты являются наверное самой сильной стороной спектакля. Спектакль можно посмотреть, но при этом не ждать от него "рыданий" и сильного душевного накала.
Светлана Иванова исполняет три монолога представительниц одной семьи - дочери, внучки, бабушки. Юстынка теряет работу и крадет дорогое пальто из магазина, которое потом режет на кусочки. Аня, ее дочь, не брезгует отдаться мужчине для того, чтобы получить деньги и купить новые джинсы. Сердобольная бабушка погибает от рук наркоманов, ограбивших ее квартиру.
Пьеса оставляет странное ощущение, будто все вокруг плачет. "Рыдания" - это про то, как мы живем, но с иронией и большим чувством.