
Сергей Голомазов сформулировал природу страха провинциальных чиновников перед неизвестным залетным, в спектакле дело происходит в сталинском СССР. Как при этом сталинский режим согласуется с чиновничьими взятками — бог весть. Вероятно, этот парадокс призван поддать иррациональности самой истории и отношениям между Хлестаковым — Даниилом Страховым и Городничим — Леонидом Каневским.





| Драматический |
| 18+ |
| Сергей Голомазов |
| 3 часа, 1 а нтракт |
Ходить в театр стало интереснее, скажу я вам. Лет сорок хожу, и, уж вы мне поверьте, знаю, о чем говорю. Только сейчас - в современном театре - у меня появилось ощущение, что тебя за кого-то другого принимают, более значимого, более веского и нужного. Это очень живо чувствуешь, это добавляет эмоций! Вот, в кино - там целлулоидные люди пытаются тебя растормошить, а в театре – живые! На подступах к сцене: в гардеробе или буфете театральном – еще не так, чтобы очень что-то изменилось, а вот со сцены прямо уже волной бьет желание тебе понравиться и тебя удивить. Сидишь ты в зале ревизором этаким, инкогнито из ниоткуда, смотришь и удивляешься. Особенный эффект наблюдается, когда действо сценическое зеркальное свойство имеет, ну, то есть когда, если не про тебя конкретно, то ПРО НАС играют. Вот, Ревизор Гоголя – как раз такой пример. Уж сколько воды времени утекло (ско