
Милиционер Шаманов (Никита Зверев) пострадал в городе за справедливость, пал духом и уехал в дыру. А там знойная Зинаида (Анна Банщикова) врачевала его душевные раны, пока однажды взгляд Шаманова не остановился на юной Валентине (Яна Гладких). Валентина окончила школу, но не уехала учиться в город — оказывается, из-за него. Девичья любовь помогает Шаманову подняться на ноги, но у самой Валентины жизнь идет наперекосяк.
Эпитет «крепко сколоченный» к спектаклю Сергея Пускепалиса по пьесе Александра Вампилова так и просится на язык: художник Алексей Вотяков сколотил на малой сцене МХТ деревянную конструкцию, где из столовой мостки ведут на террасу, наверх по лестнице, на жилой чердак. Помимо дерева художник Вотяков любит воду. Поэтому Чулимск затопило паводком, и к террасе, где происходит действие, герои добираются кто по колено в воде, а кто и в лодке: слышится звук мотора, по воде распространяется зыбь, минуту спустя появляется старик с мотором на плече. Вечером, когда темнеет задник театрального неба, раздается рокот невидимого дизель-генератора и, помигав для разгона, зажигается уличный фонарь. На наших глазах с большим тщанием создается иллюзия правдоподобия.
И к этой иллюзии есть большой вопрос. Вера в театральную иллюзию — негласный общественный договор (реалистический театр обманывает — публика платит за то, чтобы обман был убедительным), который был заключен лет сто назад и уже лет двадцать как расторгнут. Сегодня от театра ждешь чего угодно, только не иллюзии. Так что чем больше старается иллюзионист, тем сильнее желание его на чем-то подловить. Когда Наталия Егорова в роли сердобольной Хороших появляется на террасе своей столовой с синяком под глазом (поставил синяк ее буйный сожитель — а кто же еще, — Дергачев, которого играет Михаил Хомяков), то задаешься вопросом совершенно нехудожественного свойства. По правой щеке бьют левой рукой, значит, артист Хомяков левша? Смотришь спектакль и ждешь, когда артист Хомяков что-нибудь схватит. Я не дождалась. Хотите — проверьте вы. Подсказка: хватается он если не за стакан, то за топор.

К сожалению, я спектакль не понял совсем. Зная, о чём и как писал Вампилов, я не представляю, что и как хотел сказать С. Пускепалис. О чём спектакль?
Непонятное сценическое решение - все ходят по щиколотку в воде, дома стоят на мостках. Это круто, красиво, оригинально и вообще. Но причём здесь тайга? Причём здесь Вампилов? И какую вообще роль играет эта водная стихия в идее спектакля?
Зачем задник, который светится разными цветами, всегда не вовремя и перетягивает огромное количество внимания?
Огромную роль играет этот несчастный палисадник, который Валентина всё время чинит. Как его ломают? Снимают большую секцию забора с крючка за кулисами. Как его чинят? Стучат ладонью плашмя по секции несколько раз, потом вешают обратно на крючок. И я понимаю, что это абсолютная неправда, и уже ни во что не верю.
Актёры - каждый дует в свою дуду, никто никого не видит и не слушает. Каждый играет что-то своё, и это не имеет отношения ни к чему.
Большое разочарование видеть в МХТ им. Чехова такой спектакль.