Спектакль в Санкт-Петербурге

Портрет

Константин Станиславский писал: «Любите искусство в себе, а не себя в искусстве». Но мы видим целую плеяду полулюдей-получудовищ на подпевках и подтанцовках у сильных мира сего, сладко живущих при любой власти. Куда ни плюнь, одни заслуженные, скоро народных дадут.

Хоррор-премьера Виктора Бугакова «Портрет» в Цехъ театре (премьера состоялась 8 ноября) продолжает цикл гоголиады у автомойки. Есть «Нос», на который не попасть, есть «Игроки», играют их редко, но в репертуаре пока значатся. В действительно пугающем своей актуальностью и бездушием «Портрете» художник Чартков (Егор Медведев) продаёт свой талант, как Тим Талер — смех и радость. Он меняет чистое искреннее искусство на льстивые комплименты знати и жареных поросят с яблоком во рту.

Есть мем: «С каждым днём мы всё дальше от Бога!». Чартков был как богом поцелованный, он, голодая, на последние деньги покупал краски и рисовал рыбаков, творческий беспорядок в комнате и, наконец, свой священный Грааль, прекрасную даму из снов — Психею (Любовь Яковлева). Психея здесь — ещё и талант, дарование, муза, путеводная звезда, за которой следует художник. Чарткова поддерживала лишь вера в миссию и визиты старого учителя (Виктор Кривонос), его работы окружающие высмеивали и не покупали, требовали нарисовать что-то красивенькое и понятное, «полезное в домашнем обиходе».

Сломавшись, попав под очарование зловещего портрета — ростовщика, Чартков продал душу демонам (Михаил Каргапольцев, Тарон Алексанян, Михаил Абрамов), возможно, олицетворяющим смертные грехи человечества: гордыню, зависть, алчность. Почему тот ездит в Италию учиться живописи, а я прозябаю в Петербурге? Почему этот востребован, а я никому не нужен? Чартков «выбивается в люди». Было нечем платить за каморку, а теперь квартира на Невском, роскошная мебель, хороший костюм, богатые дамы и кавалеры (Павел Платонов, Маргарита Лоскутникова, Юлия Иванова, Илья Галыга) в очередь выстраиваются, чтобы он писал их портрет. Только вот искра пропала, а дар божий, оскверненный, изуродованный, лежит где-то в углу, бьётся в предсмертных конвульсиях.

Спектакль страшный, образный. Художник Антон Батанов говорит нам: «Господа, вы звери» и надевает на людей головы свиней и баранов. Мы как на модном показе: зал разделяет подиум, по которому ходят герои, выпивают, славят художника, что оказался так удобен и ценил себя столь недорого. Гоголь вновь демонстрирует нам, что слаб человек сам по себе и особенно беззащитен перед силами зла, они могут лишить его жизни, разума и всего хорошего, что было в нём.

ЦЕХЪ театр, Виктор Бугаков, спасибо