Замечательный спектакль по Преступлению и наказанию на вновь открытой и очень уютной сцене в флигеле. Хорош Игорь Гордин в роли Свидригайлова, неплохи старушка процентщица и ее сестра с топорами в шляпах, ну и конечно Кама Гинкас, неплохо понимает Федора Михайловича, и познакомится с плодами его размышлений весьма полезно.
Спектакль Московского Театра Юного зрителя "По дороге в..." идет во флигеле и начинается буквально с порога, вернее со двора, где за воротами нас гостеприимно встречают Кама Гинкас и Генриетта Яновская, помогая найти неприметный вход в особняк начала XIX века. А в особняке череда уютных комнат и коридор, ведущий к последней, к тупику, где и происходит в дальнейшем действие спектакля. Кама Гинкас уже не раз обращался к творчеству Достоевского в целом и к "Преступлению и наказанию" в частности. Предыдущий, виденный мною спектакль "К. И. Из Преступления" был полностью посвящен раскрытию образа Катерины Ивановны Мармеладовой и был моноспектаклем талантливейшей Оксаны Мысиной. А теперь "По дороге в.."... Свидригайлов и великолепный Игорь Гордин. Да в этом спектакле есть еще четыре действующих лица, но это скорее свита, играющая короля. Да, на сцене есть юный, рефлексирующий Раскольников (Эльдар Калимулин), Дуня (Илона Борисова) и двое артистов погорелого театра (Александр Тараньжин и Полина Одинцова) с топорами в черепах отдувающиеся и за убиенных старуху проценщицу с ее сестрой Лизаветой , и за лакея Фильку, и за соблазненное дитя. Они и спляшут, и споют, и вопросительно глянут на зрителей: все ли здесь, все ли читали Достоевского. А для нечитавших есть книга, герои нервно листают ее, ищут нужные фразы, надеясь что не все так страшно было написано, что все просто приснилось. Действие происходит в ослепительно белой комнате уже отмытой от крови, в которой маляры уже начали красить стены, но приведения такими простыми методами изгнать невозможно, вот и являются привидения и убийце со стажем Свидригайлову, и новоиспеченному убийце Раскольникову. Не зря с вопроса "верите ли вы в привидения" начинается спектакль и привидения невидимые и вполне реальные обступают убийц. Весь спектакль я была заворожена Свидригайловым, не могла отвести глаз от Игоря Гордина. До сих пор вижу потухший взгляд человека, уже все для себя решившего, еще по инерции рвущегося в Америку, еще добивающегося благосклонности Дуни, но знающего, что впереди у него только тьма. Свидригайлов выходит в белую дверь, старуха-проценщица кричит ему вслед: «Нельзя! Нельзя! Здесь этого нельзя!». Выстрел.
Снова флигель МТЮЗа, снова Достоевский, снова Кама Гинкас и снова Игорь Гордин. Все это не оставляет шанса уйти из театра равнодушным. А если, не дай Бог, вы пришли на спектакль "По дороге в..." с расшатанными от предательства дорогого человека нервами, если вы также страдаете от его нелюбви, как герой постановки, то есть шанс не уйти из театра живым вообще. Потому что дорога в... - это дорога в никуда, в смерть, в тот иной свет, символом которого - гипотетическая Америка, куда так стремится герой, куда он зовет с собой и других участников трагедии, ведь их совесть нечиста, а душа так же изломана.
Я давно хотела увидеть этот спектакль, много о нем слышала, но все не получалось добраться. И вот, выбрала время... Нет, была даже пара забавных моментов (ну один точно был, не буду спойлерить), но в целом - страшная история человека, изломанного безответной любовью. Свидригайлов. Да, да, не удивляйтесь, именно Свидригайлов из "Преступления и наказания". Гинкас вообще любит взять и начать препарировать одного какого-то героя. А Свидригайлов - один из интереснейших персонажей романа. И так сложилось, что во всех сценических постановках "Преступления и наказания", которые я видела, именно Свидригайлова играли самые заметные и талантливые актеры, именно этот персонаж выходил на передний план, заслоняя собой Раскольникова с его хреноватенькой, в целом, душонкой, хоть и с большими претензиями на "право".
Вот и во МТЮЗе вчера блистал Игорь Гордин. Я люблю этот театр и прекрасно отношусь к его актерам, но вчера все они, за исключением Александра Тараньжина, умудрившегося стать заметным даже в крошечной роли (а уж про его первый выход, когда он ждал, чтобы девушка в первом ряду прекратила свои занятия и обратила, наконец, внимание на сцену, я вообще молчу)), так вот, вчера все были просто фоном для Свидригайлова Игоря Гордина. Браво, Игорь Геннадьевич!
Мало того, что его Свидригайлов вынул всю душу зрителям, та еще и в первые минуты спектакля на сцене появляется некий персонаж - жуткий маргинал, в котором я вообще не сразу узнала Гордина, поразительное преображение.
Это не значит, что другие играли плохо, просто все не могут быть одинаково гениальными. Активно не понравилась мне только Илона Борисова в роли Дуни, вот вообще ей не верила ни разу, совсем мимо. Даже крошечные роли актеров погорелого театра были исполнены с гораздо большим успехом - их играли уже упомянутый мной Александр Тараньжин и Полина Одинцова.
Роль же Родиона Раскольникова досталась Эльдару Калимулину. Он очень старался, у него часто получалось, но на фоне опытного партнера ему было трудно захватить внимание зала.
И еще вот это ведро... Не знаю, что именно, какой смысл закладывал в эту деталь Кама Гинкас, но ведро все время играет в спектакле какую-то сакральную роль. То ли символ попытки очищения, забвения содеянного (в ведре - размытая штукатурка, идет ремонт), то ли указание на место, где лучше повеситься... Крови уже нет, но веревка - вот она. Альтернатива веревке - окно или пистолет... В общем - тяжелый спектакль. Сильный спектакль. Талантливый. Обязательно нужно смотреть (как и "Кроткую", например). Я рада, что наконец это сделала, несмотря на боль, которую он причинил.
Московский ТЮЗ. Игры во флигеле. "По дороге в...."
Страх...Настоящий, болотный, горловой, просоночный, когда ещё полсекунды веришь, что не с тобой. ...
Сегодня впервые на спектакле мне стало по-настоящему страшно.
А знаете ли вы, что самое страшное на свете? Как говорил Мармеладов, "знаете ли вы, что это такое, сударь, когда уже некуда больше идти?"
Самое страшное это - безысходность. Она и стала главным действующим лицом премьерного спектакля ТЮЗа "По дороге в...", воплотившись в Свидригайлова в блистательном исполнении Игоря Гордина.
Белая, свежевыбеленная комната, ведро с краской висит на лебедке. Раскольников - бледный мальчик в черном рваном пальто. Все черно-белое, тихо-вкрадчивое, то о чем не кричат, а шепчут или стонут.
Но Кама Гинкас, не был бы собой, если бы не подпустил в эту монохромность ярких балаганных всполохов, "артистов погорелого театра", на фоне которых белые стены глядятся ещё страшней. Убиенная старуха и сестра ее Елизавета появляются в танце, с топорами, вонзенными в головы в виде шляпок. Вспоминаются клоуны-акробаты в его же "Даме с собачкой ".
В какой-то момент спектакля ловишь себя на ощущении некой неловкости, которую испытываешь при внезапной, слишком большой откровенности малознакомого человека. А что там, за порогом смерти, рассуждает Свидригайлов. Все почему-то думают, что бесконечность... " а вдруг там пауки? Маленькая тесная комната с закопчеными стеклами, вроде бани, а по углам пауки?" Что на душе у человека видящего впереди баню с пауками? Верит ли он сам в это совершенно?
И в этом полная безысходность Свидригайлова, такая, что даже Раскольников на его фоне выглядит счастливчиком. И ещё его же, Свидригайлова уличает и стыдит, "вы за дверью подслушивали?" И получает в ответ: "А, так стало быть, за дверью подслушивать нельзя, а старух лущить чем попало - можно?"
Игорь Гордин великий мастер и знаток полутонов, ювелирных виньеток страсти и отчаяния. Его Свидригайлов сдержан, умен, цинично откровенен с Раскольниковым, своим младшим собратом по "паучьим безднам" и растеряно слезлив и нежен во время объяснения с Дуней, предметом его вожделения. Он все хочет купить, так привычней, так проще. Я спасу его, я дам денег. Дуня - шалавистая прожженая девица, мини-юбка, лосины обтягивают стройные ноги, в руке трясется сигаретка. Только такая Дуня и может выстрелить в Свидригайлова. Вот она инфернальщина. Ей открыты его "пауки" - отравление жены, ему - убийство её братом старухи с сестрой, её слабость, глазки с пляшущим сладострастием. Стреляйте, я подойду ближе. Лучше уж она, чем сам...Но нет, не вышло, пришлось самому.
"По дороге в... " У каждого из героев, да и каждого нас свое "В", свой пункт назначения, свои пауки да бани. Театр - это всегда возможность заглянуть в себя, а в этом спектакле - найти в уголке души своего Раскольникова, бесконечно опытным путем выявляющего грань...