
Очередная "игра в Чехова". Вымуштрованные немцы доводят сценический синтез до виртуозной додекафонии. Из безумного многолосия Аркадиной, Войницкого, Заречной, Серебрякова...и санитара Никиты в лице забавной тетки в синем платье возникает "Манифест Чехова", который будет похлеще марксэнгельсовского.
Но к нашему Чехову это уже не имеет никакого отношения...