Отрицательные отзывы о спектакле «Насреддин.love.ru»

Наби Абдурахманов — художественный руководитель Молодежного театра Узбекистана. Спектакль «Насреддин.love.ru» — переложение для сцены современной лирической поэмы «Первая любовь Ходжи Насреддина». Абдурахманов — один из ведущих режиссеров Узбекистана, педагог, экспериментатор, руководитель Фестиваля молодежных театров. Тимур Зульфикаров — поэт и романист, лауреат нескольких национальных и европейских премий, был даже выдвинут на соискание Нобелевской премии. Два выдающихся современных азиатских художника и «Балтийский дом» — результат вполне мог быть и небезынтересным. А вышло вот что.

Ворвались на сцену широким шагом люди в черном, рявкнули: «О человеки! О воспомните Аллаха!» Грянуло в динамиках, раскатилось, ахнуло по всем углам. Оборвался золотой занавес, открыл деревянные горки, лесенки, переплетения расписных тканей, бледную луну. Словом, первые полчаса смотришь чистое шоу: клубится дым, развеваются разноцветные полотнища, грохочет музыка, резво отплясывает кордебалет путников на Великом шелковом пути, размахивая то черными, то красными плащами. Но вот сбился ритм, тяжело задышал в микрофон восторженный Насреддин (Александр Передков), крича про айвовые сады, а следом за ним заверещали свои реплики и прочие участники большого хоровода. Текст Зульфикарова — пряный, роскошный, мелодичный, вкусный, но если выкрикивать его как королевский указ, вся поэзия упраздняется. Теперь уже остается следить только за театральным сюжетом.

Театр, но совсем не тот, о котором, очевидно, мечтал узбекский режиссер, а родной, российский, психологический, начинается с появлением Романа Громадского: барские жесты, надменная полуухмылка — и готов старый бек. Хозяин края забавляется юным Насреддином, как живой игрушкой: забирает его в свой дом, наряжает в свои одежды, вводит в свой гарем и не подозревает, что Насреддин станет любовью и трагедией его единственной дочери Сухейль (Александра Кузнецова). Когда в гареме бек, распаленный буйными танцами красавиц наложниц, тянет на себя их разноцветные покрывала, словно сдерживая четверку рвущихся коней, то выглядит могучим и грозным полубогом. Но вот незадача, ему предписано внезапно повалиться навзничь и умереть от разрыва сердца. Тут занавес можно закрывать.

Потому что смотреть, как Насреддин — маленький человечек с акробатической пластикой и нечеткой дикцией — бессмысленно суетится и очень много говорит с одной и той же интонацией, тоскливо до зевоты. Еще меньше впечатляет лирическая красавица Сухейль, в основном сидящая на отведенном ей помосте и оттуда перекрикивающаяся с Насреддином по-пионерски звонко и радостно. В общем, лучше бы показали полноценное шоу с восточными танцами и без слов. Потому что раз до сих пор не появилось на русской сцене в последние десятилетия ни одной эпической поэмы, стало быть, и Някрошюс тут не справился бы. Не то что режиссер, во время репетиций общавшийся с труппой исключительно по-узбекски. А название «Насреддин.love.ru», кто вдруг заинтересовался, — исключительно рекламный ход.