Положительные отзывы о спектакле «Москва–Петушки»

С точки зрения художественного решения сценического действия, музыки, актерской пластики - почти совершенный спектакль. Удивительная глубокая сцена, огромное сухое дерево, мезонин, корни, колбы-ложки человеческих судеб, перекошенная комната и огромная лестница в небо - образуют фантастическое впечатление. Кажется, что многое переехало их Э.Някрошюса. Скажу крамолу, а почему -нет? Талантливое следование гению...
Владас Багдонас - прекрасен. Почему-то даже его легкий акцент добавляет правды в образ Венечки. Мне показалось, что этот театральный Венечка монументальней значительней литературного. К слову, я не поклонник этого персонажа и не вижу большого космического значения этого текста. А вот Венечка Багдонаса знает больше, чем говорит и тем самым увеличивает этого героя. Впрочем, сюжетная рамка все же существует и она не дает возможности полностью оторваться от скупой бытовой истории москвы-петушки даже в прекрасной своей сценографией финальной сцене ухода в небо.

Спектакль «Москва-Петушки» режиссера Андрея Жолдака, на мой взгляд, не стоит воспринимать как банальные искания рая интеллектуального алкоголика Ерофеева. Веничка в исполнении гениального актера современности Владаса Багдонаса обладает мощным трагическим духом, которому все подвластно. На фоне бушующего черного целлофанового моря он словно царь, способный не только создать хаос, но и управлять им взмахом руки. В странном мире, где нет жизни, и смерти тоже нет - герой всемогущ, в реальном же - абсолютно беспомощен. Физическое воплощение раздвоенной личности Венички, его рассудительное альтер-эго (актер Леонид Алимов) противопоставлено его внутреннему миру. Он как бы усмиряет хаотичного Ерофеева, выдергивая его из привычного места обитания с помощью белой нити.
В поэме у Ерофеева есть так называемые волшебные помощники - «ангелы небесные», в спектакле у Жолдака ангел приобретает карикатурный образ базарной бабы в бигудях и с сигаретой. Говорливая, пухлая и при этом страшно обаятельная, она разбавляет дуэт двух Веничек отборным матом. Сам же Венедикт, обладающий потрясающим талантом красноречия, величаво проповедует о смысле жизни. Все остальные - муза Венички, а также его подчиненные - с благоговением внемлют его слову, лузгая семечки.
Кульминация спектакля, день рождения героя, гротескно соединяет в себе мир фантастический и реальный. Наряженные дамы в париках, с припудренными носами смело хлещут спирт из граненых стаканов, в оперной манере воспевая именинника. Изрядно пьяные, они изнемогают от любви к Веничке, позволяя ему играть смычком на груди, волосах и даже на огурце, застрявшем во рту одной дамы. Сам же герой Ерофеева дирижирует не столько смычком, сколько самими героями. Они словно марионетки, выполняющие приказ царя веселиться, несмотря ни на что. Безудержное веселье сопровождается классической музыкой и, судя по появлению бороды на лице Венички, длится долгие годы.
Во втором действии душевные силы покидают Венедикта. Пир окончен, и небесные силы снова зовут его в путь. Конечный монолог – это, безусловно, трагический манифест не только его жизни, но и всего русского народа. Это предупреждение о надвигающемся шторме всеобщей тупости, бездушности и хамства. Это обращение к зрителям о том, что за свои идеалы людям надо бороться. Это крик об отсутствии веры и любви в человеческих душах. Конечно, поразительно слышать эти слова из уст такого неоднозначного персонажа, больного алкоголика, но, может быть, именно поэтому они воспринимаются не пафосно, а горько. Сам он предчувствует, что возврата назад уже не будет и четверо убийц уже поджидают его, оскалив зубы и терзая ножами оленью голову.
Смотреть спектакль Жолдака оказалось намного тяжелее, чем я предполагала. Мощное трагическое действие не оставит никакой возможности для душевной передышки. Скорее наоборот, спектакль возбуждает бесконечный мыслительный процесс, в ходе которого вопросов возникает больше чем ответов. В постановке Жолдака много непонятного и безумно красивого, как, например, чучело лисы, шепчущее Веничке на непонятном языке или симпатичные индейцы, катающиеся на лодке. Создается впечатление, будто режиссер специального запугивает зрителя, проверяет его, так сказать, на вшивость. Хотя судя по публикациям, у Жолдака репутация скандального провокатора, так что, возможно, он просто насмехается над классическим театром. В любом случае, вам необходимо просто довериться режиссеру. Он вас не обманет. Просветление гарантировано.