Спектакль

Морковка для императора

Мне сложно назвать спектакль выдающимся, потому что, признаться, я в нем разглядела только одну идею - "Не сдавайся. Даже если тебя съели!" В жизнь чахнущего Наполеона, в потертых кальсонах коротающего бесславные дни на Святой Елене, как свежий ветер (да что там ветер? торнадо!) врывается женщина. Простая солдатка наводит порядок, поднимает моральный дух и даже влюбляет в себя экс-Императора.
Местами я откровенно скучала и разглядывала лепнину на потолке. Хотя всей моей компании очень понравилось!

За каждым великим мужчином стояла не менее великая женщина. Весь спектакль - одно сплошное, наполненное искрометным юмором, неоспоримое подтверждение данного афоризма.
Слово Женщина, имя Жозефина - для Наполеона они были Жизнью. А государство? Что Государство? Всего лишь огромный плацдарм для выращивание свежей морковки! А как быть, если не любишь морковку? Правильно, нужно полюбить свою женщину.

Содержание спектакля совершенно не соответствует историческим событиям, поэтому не понятен смысл обыгрывать то, чего не было и быть не могло. На мой взгляд личность императора и его генералов передана комично, истинная внутренняя сущность этих людей не отражена совершенно. Спектакль поверхностный: типа люди пришли в театр - так пусть хоть посмеются.

Именно этот спектакль оказался 500-ым в послужном списке Театра Антона Чехова, что под художественным руководством Леонида Трушкина. Спектакль не новый, он играется без малого вот уже 4 года. Но в этом сезоне в нем впервые пробует силы Инга Оболдина. Получается, как всегда, темпераментно и поверхностно. В духе легкого водевиля получается. Для тех, кто не в курсе, речь здесь идет об исторической персоне. Император – это Наполеон Бонапарт (Геннадий Хазанов), волею случая оказавшейся на острове Святой Елены. Пока император томится в изгнании в компании двух не блещущих умом генералов, затеявших спор о предмете, спора явно не достойном, в предоставленные ему апартаменты тайком проникает шумная простолюдинка Жозефина Понтиу (Инга Оболдина). И с этого момента ссыльная жизнь ни императору, ни опекающим его генералам скучной больше не покажется. Как выяснится впоследствии император Франции, король Италии и протектор Рейнского союза задолжал мадам Понтиу внушительную сумму за четырех ее сыновей Наполеонов (Наполеон-Франсуа, Наполеон-Жозеф, Наполеон-Луи и Наполеон-Бернар, и один из них, уж точно, - вылитый император!) Что ж, серьезная причина, чтобы преодолеть 2000 миль и, не получив желаемого, взамен получить чин генерала и выращивать морковку на огороде, вверенном в распоряжение императорской прислуги. «Баба-генерал!» – негодуют и покатываются со смеху «традиционные» генералы. Но как скажет впоследствии Наполеон: «самый нелепый поступок лучше благоразумной трусости». Скажет, и окажется прав. Наполеон в исполнении Хазанова вообще как- то печально-мудр. И даже когда он «корчит рожи» по науськиванию своей доброжелательной протеже, то ощущение молчаливого величия, исходящего от всей его фигуры в целом, не исчезает. Наполеон меланхоличен: «Помню, мама в детстве торт пекла….» и тщеславен: « так боюсь, что меня забудут, памятник снесут, площадь переименуют. Я хочу, чтобы имя мое звучало, когда меня не будет…». Жозефина рассудительна и практична: «Зачем голодать то, лучше застрелиться! И у генералов проблем не будем и Вам – красивая смерть!» За короткое время, проведенное вместе, они успели по-настоящему привязаться друг к другу, Император Франции и простолюдинка, но бывает же так, что пучок морковки важнее десяти пушек… И консульский мундир Императора, по недомыслию Жозефины, изменившейся до неузнаваемости, сойдет ей с рук – иногда стоит признать, что хорошее побуждение важнее даже самых плачевных последствий.
Корабль с парусами, как из сказки Грина, и с генералом Понтиу на борту медленно отчаливает от острова Святой Елены. Император остается в одиночестве.
«Исторический анекдот», как заявлено в афише, получился действительно смешным и философским одновременно – не часто встречаемое сочетание. И можно даже быть уверенным, что дуэт Хазанов-Оболдина сложился, если, конечно, не посмотреть отрывки из прежних спектаклей с участием Марии Ароновой. Тогда разница становится слишком очевидной. Так что лучше не смотреть, а сразу отправляться на спектакль, в театр Эстрады. И лучше, в первые ряды.

Очень очень очень приятно увидеть и обрадоваться. 300 лет назад я смотрел в Табакерке Звездный час по местному времени, а потом (около 280 лет назад) Папу там же. Потом смотрел много чего еще. И хорошее тоже было. Не много правда. Повезло, видел Смоктуновского в роли Моцарта, когда под ним случайно сломался стул. Он действительно с грохотом упал на сцену и великолепно обыграл это без милисекундной задержки. А помню все равно Звездный час и Папу. Мне кажется, Морковка для императора может быть из этого числа. Мне кажется, что сегодня театр все больше развлечение. Мы, как народ, много увидели (а некоторые и пережили) за последние почти 2 десятка лет и дополнительно истязать себя, переживая трагедии маленьких и больших людей или трагедии маленьких и больших народов, уже не хочется. И мне не хочется. Но, тут здорово все трое (я про Трушкина, Хазанова и Аронову) прочувствовали, и друг друга и ситуацию и как-то попали. Прямо-таки очень очень попали. Смеешся и радуешся и только потом осознаешь (может быть за 5 минут до конца спектакля), что все серьезно очень. Но она не давит на тебя, эта серьезность. Она не принуждает сопереживать, не стыдит тебя. Она преподносится тебе почти сырая, как тунец в нормальных ресторанах нормальных стран. А ты сам как хочешь, хочешь - заметь и почувствуй это послевкусие, а хочешь - просто смейся и радуйся дальше. И в том и в другом случае зритель не кажется отвратительным, как на концерте Антонова после антракта. И такое чувство редкое, что и тебя не обманули и тебе лицемерить не пришлось. Не надо ждать первых хлопков, что бы понять, что пора и Браво можно кричать, не потому что деньги уплочены, как в Ленкоме, а потому что и в правду Браво!