
Четыре года назад в латвийском Национальном театре Кирилл Серебренников поставил «Мертвые души». Все роли, включая женские, в спектакле исполнили мужчины. Декорации представляли собой подобие внутренности гигантской коробки из ДСП. Латышские артисты в трениках и майках-алкоголичках кидались автомобильными покрышками и под аккомпанемент фортепиано по-русски пели романсы на гоголевский текст, сочиненные Александром Маноцковым. Финал целиком и полностью характеризовал всю значительность происходящего: «Русь, чего ты хочешь от меня», — обращаясь к залу, распевали хором артисты латвийского Национального театра. Это был такой подарок из России с любовью, в меру эстрадный, в меру фарсовый, без мата и обнажений, лишенный цинизма, но не без легкого сарказма.
Московская версия — не что иное, как буквальный перенос рижского хита: аналогичные декорации, аналогичные мизансцены, аналогичная музыка — только на русском. Но есть нюанс. Поскольку вся движущая сила латышских «Мертвых душ» опиралась на контекст Латвии 2010 года, сам перенос его в Россию-2014 есть отчаянный эксперимент и оголтелая авантюра. Такое предприятие как минимум выбивает из-под спектакля логический фундамент, и есть опасность получить на выходе нечто не вполне вразумительное, как это вышло с «Гамлетом» Давида Бобе. С «Мертвыми душами» же произошло удивительное дело: место изначальной логики «Латыши тоскуют по России» заняла не какая-нибудь новая логика, а театральность как таковая, по природе своей алогичная. Театральность в виде оживающего текста, актерской фактуры, переодеваний, в виде действия необязательного, но очаровывающего, и главное — лишенная какого бы то ни было буквального «месседжа».
При этом, конечно, в спектакле содержится особая трактовка первоисточника: Чичиков из обманщика превращается в обманутого. А еще экспозиция, представляющая собой неприглядную карикатуру на российское подзаборье в преддверии Олимпиады, характеризует поверх сюжета всю ту неумытую, что не дает ответа. Одной стороной здесь отозвался «Киже», едва ли не самый сложный по задачам спектакль Серебренникова, его эстетская интеллектуальная вампука на тему «Русь, куда ж несешься ты»; другой — мелькнули страшные и прекрасные «Господа Головлевы»; да и околобалабановский «Юрьев день» кажется нелишним в списке ассоциаций.
Самая любопытная штука приключилась с главным героем. Это вовсе не маленький человек, и вышел он не из какой не шинели — Чичиков вполне респектабельный селфмейд-мен, этакий столичный стартапер в провинции, зондирующий почву для бизнеса. Его играют два блистательных артиста: Семен Штейнберг — Роуэн Аткинсон с прической Ивана Урганта, с развязной пластикой и аристократической статью, и американец Один Байрон — сосредоточенный красавец, совершенно без акцента скороговоркой выпаливающий гоголевский текст.
Вообще, актеры у Серебренникова вдруг заиграли как у Коршуноваса, пылко и демонстративно. Алексей Девотченко по-райкински точно вылепил физиологию своего заскорузлого, обросшего карманами Плюшкина; Михаил Тройник в бешеном темпе отыгрывает Высоцким орущего Ноздрева; про то, что Олег Гущин — мужчина, забывается уже к середине сцены у Коробочки.
Периодически все они застывают в живых групповых портретах, смешных и завораживающих. Смешных, потому что мужики в женских платьях кривляются. Завораживающих, потому что это гипертрофированная достоверность. «Мертвые души» — именно московский их извод — это попытка Серебренникова воплотить свой театр, очищенный от буквальных смыслов, вызовов, манифестов и амбиций. Это открытый для разнообразных интерпретаций художественный текст, в котором во главе угла стоит человек — глупый ли, хитрый ли, богатый или бедный, смердящий или ухоженный, но непременной влекомый в пугающую неизвестность. Встречаем мы этого человека плюющим в колодец, а провожаем меланхолично поющим гимн непониманию своего предназначения. Иными словами, старое доброе гоголевское зеркало.

Слабо, до задних рядов и амфитеатр действие почти не достает. Сразу становится скучно, все премудрости с шинами и т.п. только раздражает, да и актеры будто бы уже не играют, а притворяются.

За свою жизнь я видел немало интерпретаций знаменитой поэмы Гоголя.
Символизм здесь понятен. Это первая постановка по Гоголю в театре, носящим его имя.
Сам спектакль для меня распался на отдельные удачные и не очень фрагменты. И в целом он мне показался слишком ориентированным на экспорт. В нём слишком много механики.
Живой такой, забавный спектакль, самое то после, так сказать, напряженного рабочего дня. С одной стороны, действие представляет собой набор приколов, но с другой, как ни странно, текст Гоголя при этом вполне звучит. Хотелось бы, конечно, увидеть побольше внимания к мелким деталям, как, например, в “Смерти Тарелкина” Казанцева, расстановка посуды и демонстрация панталон – это все-таки слишком простовато и грубовато. Главный же минус – откровенно слабый актерский состав для столь эпохального произведения. Убедительно смотрятся лишь Коробочка (Гущин) и Манилов (Байрон). Возникает даже ощущение, что они просто издеваются над Чичиковым, который скорее смахивает на интеллигента в затяжном творческом поиске, чем на циничного афериста. Еще было жалко парня, которому пришлось петь большинство “лирических отступлений”. Ибо первое поет Байрон, задавая совсем другой уровень вокального да и просто актерского мастерства… В общем, “Мертвые души” слишком сложная вещь, чтобы так вот сходу втиснуть ее в стилистические рамки новой драмы…

Душное произведение, душный спектакль, и самое интересное очень душно в театре, может это специально что бы зрители от гипоксии входили в ступор? Или это что бы выкурить из зала людей со слабым здоровьем? Они видимо не достойны прекрасного исскуства коль скоро не могут выдержать 2 часа 20 минут без антракта на жестких стульях в помещении где можно в самом деле стать мертвой душой?

Все таки попала в Гоголь-центр!! "Мертвые души".
Очень рваное ощущение от спектакля...
Первое, что бросается в глаза: похоже изначально был рассчитан больше на "европейского зрителя" ( такие сцены, как пьяные лобызания мужиков в трениках с отвисшими коленками - наверно диковинка забавная, но не для нас:-))
Во-вторых,
слишком шумный балаган , местами скатывающийся в маски -шоу и КВН... Видимо боялись, как бы зритель не заскучал от классического текста и перестарались:-(
Образы выписаны ну очень гипертрофированннннно, быстро устаёшь от буйства характеров в каждом эпизоде...
Спектакль просто захлебнулся в собственной эксцентричной движухе!
В-третьих, изобличать по-гоголевски пороки человеческие оказалось не так то просто; не хватило чувства меры, многовато скабрёзностей и откровенной пошлятины( да , кто-то смеялся, но я то ханжа:-))
(Кстати, человек 10 ушли из зала- не досмотрев и половины...)
Надо отдать должное актёры- великолепны, особенно пластика и вокал!!! Только мужчины!!, и женские роли им удавались прекрасно ( я не умею так непринужденно порхать на каблучищах!!!)
Музыкальные вставки- шедевры !!
Ну и конечно, масса гениальных режиссёрских находок! Несомненно Серебренников искал, копал, вбуривался в вечные вопросы...
Но !!
но мне кажется , все таки не хватило глубины и многослойности классического русского театра:-( А может он сознательно это сделал... показать поверхностность современных нравов...🤔
На излете сцены с Ноздревым со спектакля пришлось бежать. В гардеробе встретили женщину, которая периодически вздыхала и говорила "о, господи". Люблю "Гоголь-центр" и Серебренникова, но эта постановка - трэш и позор. Ну окей, зачем-то (правда, вот зачем?) все женские роли играют мужчины. Но неужели только для того, чтобы Гущин в роли Коробочки мог помять себе сиськи и позадирать юбку, а Манилов мог позвать свою жену, оторвать у нее прядь волос и обмотать ею купчую? В спектакле полно мелких дешевых приемов, типа прижигания утюгом, каких-то драк, общения на повышенных тонах, заикания и т.д. Короче, гребаный КВН.
Не все, конечно, ужасно. Сценография, костюмы и музыкальные номера - отличные, но на одном этом далеко не уедешь. Безумный ритм, взятый с момента открытия Гоголь-центра, начал сказываться на качестве.

Как я понимаю, произведение любого художника в любом виде искусств - это кристаллизация его чувств, идей, идеалов.. Задача художественного произведения - наполнить человеческое существо вдохновением, заставить думать, сочувствовать, страдать, образовывать в конце концов! Художник должен поднимать зрителя за уши до своего уровня духовного бытия. Всеми этими качествами режиссер Серебренников не обладал и обладать не будет. В бесплодных попытках найти эмпатию в толпе, он скатился до вульгарного площадного юмора, вызывающего редкие паскудные смешки в зале. Все это было бы простительно, будь он ярмарочным комедиантом. Но дело все в том, что замахнулся он на наше все. Получилось бездарно, вульгарно и просто глупо. Что тут еще скажешь? Если не хотите получить мало-художественный плевок в душу - не ходите.

Отличная игра актеров, но сам спектакль смотреть очень сложно. Трудно разобрать что говорят, субтитры на английском отвлекают внимание, спектакль явно перетянут. В конце сидеть уже было невозможно. Если хотите взломать себе мозг- идите!
Ужасно!! Это достаточно !! Разочарованы сильно сильно сильно
Языка Гоголя мы не услышали к нашему сожалению..

Просто полнейшее разочарование. Худшее, чего можно было ожидать от современной постановки. Женские роли в исполнении мужчин, наряженных на скорую руку, столь небольшой актерский состав, когда актер переодевается в другой образ прямо на сцене во время действия, выглядело глупо и несуразно. Думаю, Гоголю бы не понравилось.

"Театр начинается с вешалки" и в Гоголь-центре вешалок на всех не хватило сразу.Потом добавилось воседание на деревянных ступеньках.
Спектакль-отв ратительный трэш!
Мерзкая пропаганда пидорастии, не имеющая ничего общего с Гоголем (кроме имен героев и, собственно, вопроса приобретения мертвых душ).
Очень слабый актерский состав и даже жалко, что единственный талантливый Один Байрон был замечен в этой постановке.
Если кратко-"Ехали п**ики на велосепедике"-И по сути и по "глубине" изречения абсолютно одинаково!

Ну хоть что-то. Однако латвийская версия была раз в 10 лучше. Чтобы после просмотра оригинала понравилась эта адаптация, нужно обладать очень плохой памятью. Латвийский актерский состав был гораздо интереснее. Зачем-то "повырезали" кучу сцен, например, в начале, в гоп-сцене, когда жители забавно мерялись телесами. Не увидел момента, когда Собакевич наступил на лежащего Чичикова с вопросом "Я вас не побеспокоил". Сцена с Маниловым стала откровенно плоской. Манилов вообще не получился. Полуголые собачки в латвийской версии - один и самых ярких образов в латвийской версии. В адаптации этот образ загубили. Откровенно глупая пауза в ожидании реакции от публики после реплики Чичикова про то, что происходящее похоже на спектакль. Хуже всего - это то, что "Русь, чего ты хочешь от меня" исполнял таджик. Это было топорно, предсказуемо, пошло, спекулятивно.