«Лебединое озеро» – балет, без которого невозможно представить себе современный академический театр, да и современный психологический. Академизм «Лебединого озера» – в четких структурных построениях, в строгой классической школе, в традиционном разделении на классический и характерный танцы. Психологизм – в загадочной теме двойничества, в культивируемой теме фатума и рока.
Тем не менее, появившееся в 1877 году «Лебединое озеро» получило отнюдь не мгновенное признание. Спектакль, сочиненный в Большом театре Вацлавом Рейзингером, был одним из многих – весьма традиционным и далеко не новаторским. Не находили в нем ни знаменитой русской души, ни вечного символа отечественной одухотворенности в образе лебедя. Да и музыка Чайковского, грустно-щемящая, празднично-ликующая или угрожающе-фатальная, не сразу была признана шедевром. Поначалу творение Петра Ильича аттестовали весьма сдержанно: находили, что балет «беден мелодиями», а музыка – его «самое слабое место». Да и духовность в первой постановке найти было нелегко: многое заслонял лебединый кордебалет, исправно махавший на премьере картонными крыльями, – сейчас такое можно представить разве что в пародии на спектакль! И только имя Полины Карпаковой, вошедшей в историю первой исполнительницей Одетты, говорит нам о том, что история балета началась вовсе не в Санкт-Петербурге. Но именно в городе на Неве белый лебедь «свил себе гнездо». После концерта памяти композитора, состоявшегося в 1894 году в Мариинском театре, на котором Лев Иванов показал лебединую картину, нежную, трогательную и печальную, властитель петербургского балета Мариус Петипа окончательно принял решение поставить спектакль Чайковского на императорской сцене. Премьера состоялась годом позже, в 1895-м. Очень тактичную музыкальную редактуру произвел дирижер и композитор Риккардо Дриго – именно его варианту партитуры «Лебединого озера» следует большинство хореографов. Француз Петипа и русский Иванов (хореографы), итальянец Дриго (дирижер и автор музыкальной редакции) и Пьерина Леньяни в партии Одетты-Одиллии – вот творцы знаменитого мифа «Лебединого озера».
За более чем столетнее существование «Лебединого озера» в Мариинском театре постановку капитально редактировали лишь трижды, что, согласитесь, для балета с более чем вековой историей крайне мало. Наиболее радикальной была, как ни странно, женщина – Агриппина Яковлевна Ваганова, прославленный педагог и отличная солистка (в «Лебедином озере», кстати, лавров не снискавшая). Она постаралась прояснить мистицизм либретто и музыки, представив историю о девушке-лебеде как болезненные галлюцинации начитанного юноши, беспощадно умертвив в финале главных героев без права воскрешения (в спектакле 1896 года Одетта и Зигфрид, погибнув, соединялись в загробном мире). Однако от Вагановой в сегодняшнем спектакле и «лебединый» поворот рук, и танцевальная встреча Одетты и Зигфрида: Агриппина Яковлевна, не удовлетворенная суетливой пантомимой этого эпизода, сочинила очень образную хореографию.
Десять лет спустя другой классик советского балета Федор Лопухов не дал погибнуть главным героям, более того, вернул Одетте человеческий облик – в финале она становилась девушкой. Но и этот спектакль, запомнившийся еще и отличной вариацией Ротбарта, в репертуаре театра продержался лишь пятилетку, и его сменила версия Константина Сергеева, одного из лучших Зигфридов всех времен и народов, в которой верный академическим традициям танцовщик и хореограф соединил все лучшее, созданное для «Лебединого озера» за полвека. И эта постановка сегодня считается классическим образцом. Именно в ней и зафиксировала тогдашняя кинохроника лирический танец Галины Улановой, виртуозный блеск Натальи Дудинской, академическую безупречность Габриэлы Комлевой, мятежную страстность Галины Мезенцевой. Ольга Федорченко.
