Многослойная постановка пьесы Хасинто Грау вышла на подмостки театра им. Станиславского. Режиссер Валерий Белякович лично принял участие в разыгранном спектакле, окружив себя актерами, героями, злодеями и куклами. Начиная с 2004-го года, года, когда спектакль только родился и до нашего времени маэстро выступает в роли самого себя – создателя и вершителя того, что происходит на сцене. Ни актеры, чьи герои живые люди, ни актеры, чье призвание в «Куклах» изображать немного пугающих марионеток, и уж тем более не зрители не способны как-то повлиять и изменить то, что задумал и сотворил создатель. В этом плане мы все – всего лишь куклы в чьих-то умелых руках. И подтверждая тщетность всех наших потуг и попыток, Король Лир станет неистово вопить со сцены «Дуй ветер! Дуй, пока не лопнут щеки!». И все дует непокорная стихия, над живыми и мертвыми, над теми, кто властен над своей судьбой и теми, кто покорен воли кнута и чужому слову.
Неисчерпаемая меланхолия, идущая красной пунктирной линией через весь спектакль, в конце завяжется в необратимый клубок, тем самым поставив точку, словно приговор, как героям пьесы, так и зрителям, которым довелось жить в столь бездушный и погрязший в пороках век. Авторы спектакля подчеркивают безысходность положения, невозможность противиться судьбе. А все почему? Потому что даже те, кто еще волен распоряжаться своей жизнью, даже они легко отдают свою свободу взамен денег или же обладания красивой вещью. Никто не задумывается о последствиях. И лишь те, кто испытал гнет и чужую волю на своей шкуре, только те могут сопротивляться, настаивая на том, что они не бездушные куклы, что и они требуют к себе внимания и уважения. А что в итоге? В итоге всегда все едино. Даже бунтарь, убравший с пути своего создателя и хозяина, неизбежно погибает. Недаром один из героев пьесы кричит, что «и ты превратишься в тлен». Конец ждет каждого, и свободного и рабского духом.
Зачем же тогда ставить такой спектакль, где есть проблема во всей красе своей безысходности, но нет и намека на решение? В «Куклах» есть предупреждение. Словно менторским тоном сказанное наставление учителя со сцены звучит голос кукловода, рассказывающий о том, что в его спектакле принимают участие не только куклы, но и люди – те, кто ставит себя выше выдуманных созданий без души и собственных желаний. И этим гласом спектакль призывает к осознанности, к обдуманности, к сердечности – во избежание очерствения душ и сердец. Чтобы люди всегда оставались людьми в лучшем понимании этого слова, а не куклами в умелых руках кукловодов.