Спектакль

Кто боится Вирджинии Вульф?

Почти одновременно в городе вышли два спектакля по одной и той же пьесе Эдварда Олби. Олби — один из двух американцев (второй — Теннесси Уильямс), которые в середине прошлого века заставили соотечественников, точно по Шекспиру, заглянуть внутрь своих душ и ужаснуться увиденному. Содержание пьесы так сильно шокировало сначала публику Бродвея (где пьеса прошла 663 раза подряд), а потом и весь мир (когда вышел фильм с Элизабет Тейлор и Ричардом Бартоном в главных ролях), что мало кто задавался вопросом, а причем тут, собственно, Вирджиния Вулф. Муж и жена среднего возраста, Марта и Джордж, прожившие вместе больше двадцати лет, — дочь ректора и рохля историк — вели смертельную словесную схватку, где самыми приличным словами были «сукин сын» и «п…дюк», и все это — в присутствии парочки вчерашних молодоженов, впервые оказавшихся в их доме. Но это еще полбеды: сменяя друг друга, хозяева рассказывали гостям такие истории из прошлого, что субъекту с нормальной психикой хватило бы одной, чтобы отправиться в глубокий нокаут, а Марта, чтобы парировать очередной удар, удалялась совокупляться с гостем в спальню. И ладно бы Олби довольствовался этой психологической бойней, так он еще предложил публике сначала разглядеть в ней изощренную игру, а в итоге и глубочайшее чувство. На самом деле в вопросе «Кто боится Вирджинии Вулф?» — вызов, ибо каждый в процессе просмотра пьесы должен бы спросить себя, не лучше ли, вместо того чтобы цепенеть от ужаса, ожидая, пока мир твоих иллюзий рухнет (как это непременно случалось с героями Вирджинии Вулф), самим крушить его каждый день?

Все сказанное выше имеет отношение только к спектаклю на малой сцене БДТ. Актеры Мария Лаврова и Геннадий Алимпиев начинают с того, что выводят на сцену совершенно безобразных людей. Но это безобразие актеры играют, контролируя каждый истеричный жест, — они безупречно держат форму. История супругов здесь логична и проста: Марта вовсе не взбесившаяся сучка, а тщеславная женщина, которую доводит до животного состояния мысль, что для окружающих она — жена неудачника. Их перепалки грубы, как дворовый мордобой (тогда как Тейлор и Бартон в свое время изощрялись в каких-то восточных боевых искусствах), зато актеры в БДТ делают то, что и не снилось техничным американцам, — нарисовав почти шаржевые портреты своих героев, вдруг принимаются выискивать для них оправдания, ровно по завету Станиславского: «Когда играешь злого, ищи, где он добрый». В конце концов Марта оказывается невыросшей дочкой, которая во всем искала защиты у сильного отца, а отец ее предал, заставив сделать аборт и лишив счастья материнства. После чего она уже не может поверить ни одному мужчине на свете. Актеры, конечно, не доигрываются до глубокого взаимного чувства (это вообще редко кому удается), но герои реабилитируются полностью (что, очевидно, крайне изумило бы Олби).

Если в спектакле БДТ режиссер Кирилл Датешидзе так тщательно законспирировался в актерской игре, что о нем даже забываешь упомянуть, то в «Приюте комедианта» лихой молодчик Василий Сенин — главный. Как обычно, у режиссера Сенина нашелся единственный на три часа действия, как ему кажется, эффектный, ход. Вместо того чтобы цеплять петельками за крючочки в сложнейших многоплановых диалогах, Лариса Луппиан и Дмитрий Воробьев рассказывают случаи из частной жизни в два микрофона: в лучшие моменты эти два профессионала выглядят как интеллигентные участники передачи «К барьеру», которым крайне неловко за происходящее, но надо же что-то говорить; в худшие — как насквозь фальшивые подсадные в наспех состряпанных ток-шоу.