Спектакль

Король грехов и королева страхов

Витольд Гомбрович — классик польской литературы ХХ века, которого в социалистические времена не жаловали даже на родине, а русский театр его тем более не знал. В этом сезоне в Москве появились сразу две постановки пьесы «Ивонна, принцесса Бургундская». Первая — учебная работа магистранта Центра им. Вс.Мейерхольда Павла Сафронова, опыт в рамках польской программы. Второй спектакль под названием «Король грехов и королева страхов» поставил на сцене Театра наций режиссер Юрий Урнов со сборной командой актеров.

Пьеса, написанная в 1938 году, отдает сразу и символизмом, и абсурдом: история нищенки-принцессы, попадающей в таинственный замок, — это по части раннего Метерлинка, но «там, внутри» уже нет роковых неземных сил, осталась только пустота и фантомы буржуазного послефрейдовского сознания. Вокруг Ивонны строится сюжет, но кто она такая, не ясно ни героям, ни зрителям: то ли святая, то ли безумная, то ли само ничто. Урнов ставит спектакль не о ней, а о тех, кто вокруг: с появлением Ивонны в королевской семье просыпаются давние страхи и воспоминания о прошлых грехах.

Королевская чета (Вера Воронкова и Виталий Хаев) и их придворные изящно скользят по линолеуму на коньках, ковыляют и падают на покатый помост. Во дворце висят большие стекла в рамах, которые переворачиваются, становясь стенами, столом или постелью. Из-за них тянутся друг к другу принц (Артем Смола) и Ивонна (Александра Конникова). Придворную (читай: гламурную) жизнь актеры изображают легко и играючи, ловко перебрасываясь остроумными репликами. Во втором действии весь этот изящный мир рушится — и не только по прихоти сюжета: режиссер зачем-то запирает актеров в стеклянный куб, и действие застывает. Герои рассуждают о своей ненависти и планах покушения так долго и скучно, что, когда Ивонна наконец подавится рыбьей костью, зритель испытает только облегчение. Ничего не скажешь, Юрий Урнов придумал действительно красивую форму для своего спектакля, но не смог довести ее до конца, и в результате главная мысль его тоже потерялась. Жаль — Гомбровича вряд ли скоро поставят снова.