Перечитывать собрание сочинений Канта и работы по кантовской философии перед спектаклем не стоит. Жанр спектакля, указанный в афише («о критике чистого разума») - ироническая обманка. Ключ к спектаклю в интервью М.Филиппова: «Наш "Кант" ближе к хармсовским рассказам о Пушкине и Толстом». Кант - это такой прикольный чудак, обедающий у себя дома в компании своих приятелей (проповедник, судья, врач, полицейский), таких же чудаков как и хозяин. Блюда разносит тоже чудак - слуга. Дом философа Канта совершенен, он построен художником С.Бархиным на сцене театра в виде магического шестигранника, зрители располагаются внутри него, он весь, даже подушечки на лавках для зрителей, обит каким-то сочащимся алым бархатом.
Дом-шестигранник - самая замечательная компонента спектакля. Всё остальное - болтовня во время обеда. О чём? О женщинах, об их специфических характерах и привычках, о погоде, о стульях, о супе, о яблоках, о рыбе, о соседском петухе, о красном и белом вине, о ложках, об англичанах и о шотландцах - обо всём и ни о чём. Нельзя сказать, что эта трёхчасовая беседа утомительна, слушаешь эту «критику пустой болтовни» с вниманием, временами это даже смешно, но смех пустой, как и разговоры, в памяти лишь остаётся пара анекдотов, их повторяли несколько раз, Кант с чудаками-друзьями долго и смачно смеялись, действительно смешные анекдоты, но пустые.
Если Кант, его слуга и его приятели - гротескные чудаки (причём двое актёров, И.Костолевский и А.Лобоцкий, на мой вкус, в своём чудаческом преувеличении слишком уж играют в дурачки своими персонажами), то три женщины, неожиданно для хозяина появляющиеся во время обеда в его доме - прекрасны, в пожилой и молодой монашках, в их коротких монологах приметна их судьба, горькая, настоящая, а очаровательная незнакомка притягивает тайной, которую ни Кант ни его сотрапезники-чудаки так и не разгадают.
Женщины ушли, обед закончен, что остаётся, кроме анекдотцев и разговоров ни о чём? Лишь два вопроса:
Тот самый ли это Кант?
Тот самый ли это Карбаускис?
Витгенштейн, имей он возможность посмотреть джарменовский фильм о себе, пожалуй, пару раз непременно усмехнулся бы оценивающе. В "Жан-Кристофе" Бетховен, не исключено, со многим не согласился бы, но в целом и общем, я сильно позодреваю, обласканный советской критикой романист попал бы точнёхонько по центрам удовольствия своего протагониста. Иммануил Кант, узри он себя в упрощенческом байопике на Сретенке, вероятно, поспешил бы, сухо поджав губы, незаметно просочиться к выходу ещё до антракта. И дай-то бог, поскольку к концу спектакль, поскользнувшись на "астрономически-онтологической" отсебятине, идёт юзом и заваливается совершенно, после некоторого буффонадного оживляжа в середине.
Комизм в постановке, безусловно, присутствует! Но он не столько в происходящем на сцене, сколько - в потугах обыденного житейского сознания поглотить и если не переварить - так хоть пожевать (и выплюнуть) то, что ему не по зубам и не по карману. Создателям спектакля не хватило не то что пиетета к одному из столпов европейского мышления современности (узнаваемая бренд-стратегия как раз заключается в том, чтоб заграбастать без разбора любое узнаваемое имя), а вот просто масштаба мысли, чтобы потягаться с фигурой, на которую замахнулись. С жадностью репортёра из воскресного таблоида разодрать на увеселительные цели обрывки его идей и биографии - вот и всё, что получилось у, казалось бы, ближайших географических соседей загадочного и скучноватого пруссака. Суть времени, пропавшая зазря за прибаутками, естессно, полупьяного в угоду публике служивого слуги, знаменитый петух, сведённый к прокреативным байкам, ужимкам и кудахтанью, затянутая и утомительная, на мой вкус, комедия акцентов - там, где не получилось выжать больше глубокомысленной мистики из действительно исторического извержения, изменившего ход европейской истории! И этот-то бонвиван-добрячок, стеснительный женоненавистник, покладистый деист, кладезь дешёвой премудрости - и есть основа нашей субъектности? Браво, ребята. С такой-то смелостью впору, право, браться за Платона. Или Платонова, какая разница стильно оформленной афишке-то.
А просочиться, между тем, не такое уж и простое дело - благодаря техничному, бархатно-шкатулочному решению зрительных мест. Увы, не получая особого идейного подкрепления в своё продолжение, а, наоборот, всё больше содержанием дискредитируемое, оно-то и остаётся, кажется, единственной "вещью в себе".
Оговорюсь сразу: спектакль я не поняла, поэтому едва ли можно мою оценку считать сколько-либо об'ективной.
Не буду по этой причине комментировать идею постановки, это лучше сделают те, что считает, что понял ее.
Из плюсов и интересных моментов:
Весь интерьер действия, обстановка;
Прекрасная игра актеров.
Очевидный минус, нмв, один. Но для меня перекрыл плюсы почти подчистую. Это продолжительность спектакля. Я до сих пор не могу без содрогания вспомнить "Пунтилу..." в постановке Карбаускиса и, теперь, полагаю, для меня выход один: на спектакли этого режиссера я больше не хожу. Что там, что тут: действия ноль, одни разговоры на три с лишним часа. Это дело на любителя и ценителя. Увы.