Спектакль

Как вам это понравится?

Спектакль Юрия Муравицкого «Как вам это понравится?» — яркое, парадоксальное, полное драйва действо. По словам режиссёра, это похоже на то, как будто Sex Pistols играют Шекспира, причём на сцене театра «Глобус». «Как вам это понравится» – не самая популярная комедия великого Барда, но один монолог из неё знают все: «Весь мир – театр, в нём женщины, мужчины – все актёры». Главная же эмоция этой истории – радость, ведь её герои молоды и влюблены. Скрываясь от гонений герцога Фредерика в Арденском лесу, они переживают разлуку и встречи, обманываются или убеждаются в своих чувствах. Режиссёр Юрий Муравицкий: «Это история о стремлении человека к счастью. Стремлении безудержном и даже, я бы сказал, безумном. О том, к чему это стремление может привести, что вообще такое счастье и достижимо ли оно? Алексей Бартошевич говорит, что комедии Шекспира – это комедии восторга. Наша главная амбиция – достичь этого восторга. Взлететь в финале, как ракета, преодолев гравитацию. Вместе со зрительным залом. Стилистически спектакль сочетает два мощных эстетических явления – шекспировский театр елизаветинской эпохи и панк-культуру, которая, как и Шекспир, родилась в Англии (лично я считаю Шекспира абсолютным панком). Поэтому в постановке занята преимущественно молодёжь. Это их энергия. С ними интересно и весело. Тот театр, которым я занимаюсь – так называемый „театр представления“, – это конечно сложно, особенно в святая святых „театра переживания“, которым является МХТ (однако, именно отсюда вышли и Мейерхольд, и Вахтангов). Молодые актёры подвижны, им интересно пробовать новое, проще перестраиваться ментально и справляться физически (а такой театр предполагает активное существование). Важно, что это добровольная история – кто-то уходил, говорил „не моё“, кто-то, наоборот, быстро вливался. В игровой театр можно играть только добровольно, через силу ничего не выйдет. Тем более это комедия. Так получается, что сейчас я ставлю только комедии. Это непросто. Непросто делать комедии сегодня. Непросто делать комедии барочные, потому что у нас другой культурный бэкграунд. Но мы попробуем. Я говорил ребятам: успех неизбежен, надо только приложить усилия. Работая над спектаклем, мы пытались нащупать отношение к театру как к чему-то не привязанному к реальности, существующему в другой плоскости. Игра в игре, сон во сне, когда ты не понимаешь, где заканчивается игра и начинается жизнь, если она вообще существует вне игры. Это непросто, но интересно».