Отрицательные отзывы о спектакле «Иствикские ведьмы»

Из всех солидных мюзиклов, вышедших в этом сезоне, «Иствикские ведьмы» казались самым ненадежным предприятием. Это не бродвейский мюзикл, перемещенный в Москву, как «42-я улица», и не чистая калька с мирового хита, как «Чикаго». В Театре киноактера идет всего лишь версия неплохого лондонского спектакля, созданная Янушем Юзефовичем («Метро»). Его и сейчас, когда спектакль уже пошел, надежным предприятием назвать было бы сложно, как сложно ожидать, что кто-либо, кроме директора по связям с общественностью, будет бубнить себе под нос мелодии композитора Дана пи Роу. Но, ей-богу, это первый мюзикл — включая старые «Метро» и «Норд-Ост», — который хочется увидеть еще. Хочется увидеть не из-за тех актеров, что собственноручно двигают мосты и не очень складно пляшут. И не массовку, играющую переполох в курятнике. Хороши в «Иствикских ведьмах» собственно ведьмы — те деревенские копуши, что заливают скуку текилой, но живо отправляются летать над головами публики, когда является Ван Хорн. Я видела Нонну Гришаеву, Анну Невскую и Анну Большову, впервые полетевшую в «Ленкоме»; там она была Панночкой и летала для Чичикова — Дмитрия Певцова. Так вот, при мне на «Ведьмах» летали трое, а на скамье запасных сидят еще семеро. В каком порядке планируются вылеты, следует справляться в кассе. Но в первую очередь надо выяснять, кто будет Ван Хорном. Мне достался Певцов. В гриме под Николсона и в клетчатом килте этот погубитель цапель и бабьего покоя был куда как убедителен. Другой Ван Хорн — Алексей Кортнев, принесший в мюзикл и себя самого, и тексты для песен. Тексты эти шедевром не назовешь, но вот одна моя знакомая видела Кортнева, так она такое рассказывает, что, право, неловко повторять. Зато увидеть очень хочется.