Отрицательные отзывы о спектакле «Hot Dog»

«Собачье сердце» в Театре на Малой Бронной стоило поставить уже по той причине, что в здешней труппе есть актер на заглавную роль. Я имею в виду не Ивана Шабалтаса, играющего в роли профессора Преображенского этакого демиурга, творца всего сущего, совершающего очередной акт творения в белоснежной полусфере мироздания (художник Максим Обрезков). Я говорю про молодого артиста Александра Голубкова. Вообще, Александр Голубков — выдающийся актер, в том смысле что в любом спектакле, где он появляется, тотчас же выделяется на общем фоне. Во-первых, своей феноменальной первородной витальностью, щенячьей радостью быть на сцене; а во-вторых, чертами лица, которые при одном освещении выглядят знаками вырождения, при ином — благородства.

Молодой режиссер Дмитрий Петрунь польстился на дуализм голубковской характерности и назначил его на роль Шарикова — пусть собаки, но не вполне обычной. Какие другие причины инсценировать «Собачье сердце» были у режиссера Петруня — бог весть; вероятно, отмеченные им в окружающей реальности признаки озверения, но еще вероятней — актуальность проблемы клонирования, которую режиссер переживает как посягательство на божий промысел. Даром, что ли, булгаковская сатира звучит в Театре на Малой Бронной так многозначительно и так катастрофически несмешно. Казалось бы, все на месте — и «супом водку закусывают только недорезанные коммунистами помещики», и «вчера котов душили-душили», и «абырвалг», — но эти паузы, но эти интонации! Так тягуче и глубокомысленно впору играть «Фауста», а не «Собачье сердце». Но, кажется, режиссер и впрямь взялся переложить булгаковскими словами гетевский сюжет — иначе зачем Полиграфу Полиграфычу раньше времени шариться по залу, поглядывая со стороны на сверхчеловеческие штудии профессора Преображенского: мол, он никакой не Шариков, а сам Мефистофель, явившийся доктору Фаусту, как известно, в шкуре пуделя. Но философские аллюзии эти, даже если они мне не померещились, украшают «Собачье сердце», как слона бантик, и если говорить попросту, смотреть эту вещь тяжело и утомительно.