Положительные отзывы о спектакле «Елка у Ивановых»
Как вам спектакль?
Рецензия Афиши
Казус: одна из ключевых русских пьес ХХ века в России до сих пор практически не ставилась. В начале 80-х впервые опубликованные тексты Хармса и Введенского спровоцировали бум в литературных и филологических кругах во всем мире, тогда как русский театр драматургию Введенского практически проигнорировал. Были всякого рода компиляции текстов обэриутов и опусы по Хармсу, несколько андеграундных экспериментов, но полноценной постановки главной пьесы Введенского ни на одной профессиональной сцене не было. Исключение составляет разве что недавняя премьера Центра им. Мейерхольда «Актрисы» — эстетская вариация по мотивам шедевра русского авангарда в режиссуре Видаса Барейкиса. «Гоголь-центр» же своим спектаклем в буквальном смысле знакомит широкого зрителя с Введенским: пьеса поставлена без сокращений, нарочито «по ремаркам».
При этом нужно понимать, что поставить «Елку у Ивановых» буквально — невозможно. В ней наравне со взрослыми действуют годовалые дети, отрубается голова «тридцатидвухлетней девочки» и собака говорит стихами. Тем интереснее выглядит попытка сыграть этот парадоксальный текст приемами психологического реализма: в окружении антикварной мебели расхаживают чеховские с виду персонажи; годовалого мальчика играет 87-летняя Майя Ивашкевич в кружевной пижамке с погремушкой в руке; няня с окровавленным топорищем признается в убийстве девочки, которая появляется следом с перебинтованной шеей; актер Юрий Лобиков, отвечающий за музыкальное сопровождение спектакля, в какой-то момент отрывается от пианино, чтобы скорее прочитать стих от лица собаки, нежели эту самую собаку изобразить. И только в финале повествовательный тон резко сменяется этаким трэш-балаганом на возникшей из ниоткуда эстраде.
Решение, когда заявленный в начале традиционалистский театральный язык постепенно расходится по швам, переходя в финале в агонию, очень любопытно, но до логического предела не доведено. Зрители, например, рассажены лицами, боком и спинами друг к другу по всему игровому пространству — уже нарушение чистоты эксперимента. Мхатовская эстетика априори подразумевает самую что ни на есть традиционную сцену с «четвертой стеной», на которую в спектакле Дениса Азарова нет и намека. Попытка поставить Введенского как Чехова обернулась скорее занятным аттракционом, игрой в жанры, нежели по-настоящему психологическим спектаклем.
Зато спорная затея Азарова породила одно маленькое чудо — роль Майи Ивашкевич, актрисы из другого времени: когда Введенский написал «Елку у Ивановых», ей было 15, она училась у Таирова и играла в спектаклях Камерного театра. Окруженная в «Гоголь-центре» зрителями со всех сторон, Ивашкевич единственная из всех актеров существует по законам скульптуры выглядит одинаково гармонично со всех ракурсов. О такой физической культуре актеров далекого прошлого, казалось, можно узнать только из учебников по истории театра. И парадоксализм Введенского обретает немыслимый объем от этого пересечения эпох, все встает на свои места, все уравнивается. Играя годовалого младенца Петю Перова, на вопрос собаки: «Вас не удивляет, что я разговариваю, а не лаю?» — она отвечает как в пьесе: «Что может удивить меня в мои годы».
Это шедевр! Ни больше и не меньше.
Ставить на цене обэриутов крайне сложно. И то, что удалось сделать Денису Азарову и команде - это настоящий театральный подвиг.
За год я трижды побывал на этом спектакле, и каждый раз эмоции переполняли меня, и смеёшься, как в первый раз. Практически идеальная драма абсурда!
Без преувеличения можно сказать, что это самый долгожданный спектакль. Очень рада, что режиссер и актеры понабрались смелости и поставили. Но шла я с включенным счетчиком минусов, очень уж неравнодушна к данной пьесе.
В зале была свободная рассадка, весь спектакль неленивые зрители крутили головами, пару раз актеры обращались непосредственно к зрителям, отреагировали на фразу (врач: "А сколько вас?" Из зала: "много"...). Некоторых зрителей пугали/раздражали громкие выстрелы, что ж, это тоже форма взаимодействия с залом. Во время смены мизансцены (перед судом) некоторых зрителей переселили. Т.е. и пространство было придумано так, и актеры благоприятствовали тому, чтобы четвертая стеночка была довольно-таки условной.
Роль Сони Островой расширили, не знаю, какие были основания, возможно, это техническое решение. Также удивило «решение» с годовалым Петей Перовым, которое, позже было оправдано и текстом: «Мне теперь год...». Впечатлений масса, из того, что вчера удалось обсудить: кажется, что язык Введенского вплели в жизнь, сделали его бытовым. Это интересно, но кажется, потерялось определенное обаяние. Спектакль сделали очень зрелищным (особенно финал). Нельзя не отметить блестящую игру Никиты Кукушкина.
Прекрасно!
p.s. да, несколько зрителей покинули зал. М.б. им надо было познакомиться с произведением заранее. Или это были как раз самые рьяные фанаты Введенского.
Для любителей современного искусства и Арт-хауса. Чувствуется что актерам такая необычная постановка не дает продемонстрировать свою актерскую игру в полной мере. И просто пожелание режиссерам Гоголь-центра, дайте зрителям хотя бы один лучик надежды в конце спектакля.
Хронология моих ощущений.
Первая минута - интересно.
Тридцатая минута - пошло, безвкусно, прочь отсюда!
Занавес - каменная глыба в груди...
Час спустя - ПОТРЯСАЮЩЕ!!!
Елка... - взрывающая сознание интерпретация личностной трагедии, замешанной на банальном, незаметном, и потому таком страшном безразличии. Семья Пузыревых отравлена его ядом. Их разум ослаблен вызывающей приступы тошноты неосознанностью. Здесь дети старше своих родителей, и это не рождает удивления. С самого начала все они обречены. Но таков их выбор. И глыба в моей груди - злость на безумство, бесполезность, а главное, абсолютную ненужность этого выбора.
Сонечка Острова, девочка тридцати двух лет... Как бы я хотел, чтобы свет в зале погас, когда ты плюнула через свою сестру, и луч выхватил бы только тебя. Как бы я хотел тогда подойти к тебе, взять тебя за плечи, развернуть к себе, поймать и удержать твой взгляд... Как бы я хотел тогда обнять тебя и сказать: "Держись, Сонечка. Ты хорошая девочка, и ты обязательно научишься опираться на себя. Но не ищи их поддержки, просто поживи с ними, пока не повзрослеешь". И чтобы ты услышала это, поняла и... успокоилась. Но этого не случится. Ты вскарабкаешься на стол, вытянешься как струна и... Снежный ком полетит вниз, цепляя людей и события, и, в конце концов, разлетится вдребезги! Так нелепо, так бессмысленно, так фантасмагорично и, что ужаснее всего, так закономерно!
Вывод: ГЕНИАЛЬНО! Игра актеров полностью соответствует задуманной идее. Отмечу, ВСЕХ актеров - бОльшая отточенность некоторых персонажей превратила бы происходящее в фарс (да-да, в увиденном мной спектакле, как раз, не было фарса!)
Рекомендация: Если Ваше "я" в данный момент требует исключительно эстетического наслаждения, лучше с просмотром повременить. Если же Вы сейчас ставите перед собой вопросы, или ищете ответы на них, сходите на Елку... Уверен, не пожалеете!