Рецензия Афиши
В глубине сцены красуется ажурный модерновый павильон, в центре пальмы и два белых слона в натуральную величину; вокруг народ потеет под пышными историческими костюмами; у жениха на груди варяжский, кажется, щит, на невесте расшитый жемчугом кокошник — самый богатый человек Москвы женится на самой красивой девушке. Купец молод и стремителен (Артур Смольянинов), у приват-доцентской дочки (Марина Александрова) черные целомудренные косы до поясницы — красотища! Чуть позже еще и сестра купца выйдет за графа, владельца небольшого майората в Прибалтике, и два мезальянса станут развиваться одновременно и в соответствии с исторической логикой — через скандалы и расставания к мирному, паразитарному симбиозу и размыванию сословных границ.
Сто с лишним лет назад, когда эта пьеса была поставлена в Малом, она вызвала настоящий скандал: промышленники и купечество были возмущены пародией на третье сословие, журналисты писали генерал-губернатору, жалуясь на пасквильное изображение их брата. Не обиделись на автора только женщины и купец Михаил Абрамович Морозов, с которого князь Сумбатов, для сцены взявший псевдоним Южин, списал своего купца-миллионщика, кувшинное рыло, называющее себя джентльменом. Ларион Денисович Рыдлов, как и его прототип, баловался литературой; от него, как и от Рыдлова, неожиданно сбежала молодая жена. Не обделил ядом князь Сумбатов и свое сословие: именитые, благородные и образованные, немного покорячившись, покорно возвращаются к своим кормушкам. Евгений Каменькович, правда, интерпретировал финал. В пьесе бедная Катя сбежала было от мужа в расчете на развод и новый брак с писателем Остужевым (Иван Стебунов), к которому у нее внезапно проснулось чувство. Она уже распахнула объятия — но писатель отступил: «Я женат, моя жена — моя свобода, она мне развода не дает». Катю зовут обратно, каждый приводит ей свой довод, но слышит она только свекровь. Та призывает девушку вернуться к очагу, нарожать детей и выполнить свой женский долг. И Катя возвращается. Только не кроткой Кетт, как написано, а снежной королевой, которая восседает над всеми, закинув ногу за ногу. Она пришла не подчиняться «лабазному мышлению», а править.
Сумбатов чистил себя под Островского, когда в Европе вовсю цветет новая драма и вот-вот откроется и станет играть Чехова Художественный театр. Сегодня его «Джентльменъ» звучит в равной степени старомодно и злободневно, зависит — у кого что болит. Народ, взбудораженный появлением книжки «Околоноля», видит в авторе труда о «двойственности человеческой природы» под названием «Бездна» г-на Суркова, вдохновителя новейшей идеи о взращивании «сложного человека». Те, кто горюет о крахе либеральной идеи и упадке СМИ, просыпаются на том месте, когда Рыдлов и рассчитывающие на его капитал писаки сообща придумывают новую газету в надежде на успех. «Само слово успех — позор, — кричит им приват-доцент и журналист старой закалки Горев. — Пройдет время, и проклянут имена тех, кто из публичного слова сделал орудие своего успеха». В зале аплодисменты. Павел Каплевич, который сорвал самые громкие аплодисменты (за слонов и феерические костюмы а-ля рюс), уверяет, что русские именно так и гуляют, и вспоминает мифическую свадьбу, которую устроила для своей дочки жена московского мэра, бетонная королева Елена Батурина. А знатоки театральной старины уверяют, что ровно так же, как в «Современнике» — с нажимом, так что каждая реплика тянет на бенефис, — играли во времена Сумбатова.
Отзывы
по ходу спектакля появляется занавес с надписями Эхо и Бездна, так вот, хотелось чтоб там было написано Марля. Какая-то не согласованность декораций актеров и пьесы. Актеры как будто в марле и сами из марли и все белое вокруг.
Режиссер и Каплевич похоже не договорились.
По отдельности спектакль состоит из множества талантливых деталей но в целом очень нудно и очень вяло, на час можно легко сократить.
ПС может быть, конечно, в тот вечер было просто плохое настроение. Но шедевры обычно цепляют независимо от настроения, а тут - не случилось.
Каменькович, полюбившийся после "Улисса" и "Дома, где разбиваются сердца", разочаровывает.
- Но это же такая актуальная тема, "на злобу дня" так сказать - уверяли меня.
- Да? Возможно. Но ничего же не происходит.
Живому тексту Сумбатова-Южина не хватало действия на сцене. Скучно и однообразно. Актеры разговаривают тихо, эмоций почти не выражают, половину из них вообще не видно на сцене, под конец спектакля в программке оказалось почти в два раза больше действующих лиц, чем запомнилось по игре.
Но к Смольянинову и Александровой нет никаких претензий. Самые живые, интересные, столько актерских выдомок, находок. Очень удивили и очень порадовали. Единственным, что можно было смотреть были сцены с их участием.
В последние время все больше убеждаюсь, что дорогие помпезные декорации - первый признак пустого скучного спектакля. Слоны, занавесы и фрукты за актеров не сыграли.
Безумное кол-во монологов, от которых начинает в последствии тошнить и безумная игра Смольянинова в некоторых эпизодах весьма переигранная.
Мрачные декорации с причудливыми слонами и с еще более изношенными платьями а-ля "тряпье из музея" - большой минус декоратору и идеологу стилистики постановки.
Монотонность происходящего на сцене, могли только пробудить вспышки на сцене от фотокамер. Как будто явно намекая зрителям - НЕ СПАТЬ!
Меня во всем этом удивило следующее, как на весьма посредственную постановку был аншлаг?! Как минимум трое на моих глазах, практически пускали слюни на спинку впереди соседнего кресла издавая тихий храп))
Оценка 3, весьма преувеличина мной, но отдаю должное актерам за их старания и уверенную игру!
Во время объявления о выключении мобильных начался спектакль...
Десять минтут я пыталась понять О ЧЕМ? надеялась...
Вообще впечатление такое: гламурные девки, с хорошо поставленной грудью, бегают по сцене, мужики орут, постоянно взбираясь и спускаясь со слонов, и взбираясь на "актрис". Дроздова бесконечно и бессмысленно РЖЕТ (до сих пор в ушах стоит).
Говорят быстро, записнаясь, текст постоянно путают, сбиваются, самозабвенно производя впечатление идиотской самодеятельности.
Просто репетиция какая-то...
Удивительным образом случился антракт.
Заставила себя веруться. Зрители только вошли в зал, а Смольянинов уже тут! Уже идет вторая чать, причем начиная с последнего предложения)))) Последнее педложение проговаривается, как бы напоминая зрителю содержание мутной предыдущей серии...
Кошмар и бред!
И грустно от того, что ребятам, к сожалению(а скорее к счастью), надо учиться еще долгое время, а режисер...так вот использует материал.
тетка рядом благополучно заснула...
Посмотрела сегодня данный спектакль. Была мысль убежать в перерыв, но гардеробщица уговорила остаться, обещала, чо само действие будет во втором акте.
Действа не было. Длительность спектакля с антрактом - 3,2, утомительно
+ красивые и талантливые актеры, красивые костюмы
- сюжет в целом понятен, точнее множество историй,но все какие-то недоделанные
я не увидела какой-то цельной картины, идеи, задачи,выводов
я лично удовольствие не получила..
только что полюбовалась на Смольянинова
п.с.
слоны
пожалуйста, умоляю, объяните, что они означают, зачем там слоны?!?
спасибо
Знаменитый актер Малого театра рубежа XIX-XX веков Александр Сумбатов-Южин писал пьесы. В свое время они пользовались популярностью, а «Джентльменъ» даже был запрещен за остроту. Но это дела минувших дней, страница истории театра. Испытания временем эти пьесы не выдержали, и такого драматурга сегодня никто не помнит. Евгений Каменькович пошел на риск, воскресив его из забытья, и, увидев, вероятно, в пьесе перекличку с современностью. Речь в ней идет о жизни нуворишей, о молодом купце Рыдлове, у которого «копейку не выпросишь», но который, однако, закатывает свадьбу с белыми слонами. Юная жена его мечется в золотой клетке, бросается было в объятья модного литератора, но, поняв бессмысленность борьбы с миром чистогана, возвращается в мужний дом жесткой и холодной львицей. Павел Каплевич пошел в этой игре своим козырем: он одел всех в роскошные костюмы, развесил «живые» ткани и выкатил еще одного слона – из фруктов – на сцену. Актеры тоже, как могли, боролись с текстом: Марина Александрова – красотой, Ольга Дроздова – характерностью, Иван Стебунов – эксцентричностью. Но справился с задачей только Артур Смольянинов. Его органичность оказалось настолько всепобеждающей, что он разжевал даже Сумбатова-Южина. А в остальном, трехчасовое действие, как весы качается между моралью и цинизмом с преимуществом в пользу последнего. А перекличка с сегодняшним днем тут вообще ни при чем. Во всяком случае, нынешней публике «Современника» и в голову не приходит сопоставить себя с какими-то там Рыдловыми.
В силу ряда обстоятельств я очень часто ходила (и хожу до сих пор) в Современник. Этот театр связан с моим детством, и я, наверное, всегда была к нему несколько необъективна. Мне жаль, что на Джентельмене мой муж едва не уснул, мне жаль, что мы почти собрались уйти после первого действия. И остались только из уважения: потому, что Смольянинов молодец, и спектакль "вытягивает" только он и Дроздова, которую, кстати, я никогда не воспринимала как Актрису до последних разов (в Боге резни они с Бабенко прекрасны!). Ну почему хорошие актеры играют такой кошмар! Возможно, во времена Сумбатова-Южина пьеса была бомбой, но ведь дежавю! Грибоедова никто не отменял, и у него отчего-то все убедительнее и живее. И все диалоги о нуворишах, о необразованных помещиках и продажных писаках выглядят тоскливо и бледно. С другой стороны, не бывает все идеально.
Много известных кино-актёров. Играют хорошо.
Но скука смертная. Никакого отклика.
Еле дождались антракта и сбежали.
Красиво и богато, но растянуто и долго. За это ставим твердую тройку. Еще ощущение портит масса студентов театральных училищ, присутствующие на спектакле.