Спектакль

Дядя Ваня

Чехов в вампиловских декорациях.

То что этот спектакль выдвинут на "Золотую маску" у меня не вызывало сомнения даже до самого просмотра. А после просмотра сомнений в этом и не осталось. И то что выдвинут по нескольким номинациям был уверен, но то что семь номинаций - не ожидал. И есть у меня глубокая уверенность что "Золотую маску" этот спектакль получит, а может даже и не одну.
Михаил Бычков в очередной раз доказал что и не столичные режиссеры и театры могут быть новаторами в прочтении отечественной классики. И ход, которым пользуется режиссер в некоторой степени оригинален. Но только в некоторой. Перенос действия пьесы из далеких времен в современность, или не такое далекое прошлое, конечно не новость на театральной сцене. Уже, по-моему, все пьесы Вильяма нашего Шекспира были поставлены на театре или сняты фильмами. И в этом нет ничего особенного, все сюжеты Шекспира вечны, а темы злободневны. Та же история и с Чеховым. Темы вечны и злободневны, и жили герои Чехова и в современности и в недалеком прошлом. Так чего же нового в своем спектакле совершил Бычков? А сделал он то, что практически лежала на поверхности, у всех под носом. Об этом писали задолго, и сравнивали драматургию Вампилова с драматургией Чехова, писали что Вампилов есть прямой продолжатель, и что он развивает то направление, которое Чехов только обозначил, и все-такое в этом роде. Так вот "золотомасочное" открытие Бычкова и есть прочтение пьесы Чехова через призму увеличительное стекло Вампилова. На героев Чехова Михаил Бычков смотрит взглядом Вампилова. Он их не просто помещает в недалекое прошлое, он помещает их в прошлое, которое нам помнится или известно по фильмам, книгам, пьесам. Именно в пространство начала семидесятых помещает режиссер действие спектакля. И всё в этом звучит вполне органично и даже обыденно. И Иван Войницкий (Камиль Тукаев) рассуждающий, но ленивый интеллигент лежащий на палатях и пьющий водку, и вдруг преобразившийся из обедневшего помещика в отставного военного Телегин (Андрей Мирошников), так же пьющий водку. А уж профессор Серебряков (Юрий Овчинников) является вечным персонажем российской действительности. Мало что ли было таких профессоров в советское время, писавших об эстетических или этических ценностях марксизма-ленинизма? И профессор, наверняка, тоже пьет водку. Водку в спектакле пьют много и охотно. Создается впечатление что пьют даже больше чем это написано у автора. Но это и не противоречит концепции режиссера. Российская интеллигенция все свою беспомощность и неспособность действовать глушила крепким алкоголем. А потом у нее, интеллигенции, во всем была виновата власть. Все помнят что самым активным персонажем у Чехова был доктор Астров. У Бычкова Астров (Андрей Новиков) оказывается самым бездеятельным, он по-прежнему сажает леса, спасает человеческие жизни, пользуется успехом у женщин, и, как и все, пьет водку. Но вот делает он это так неохотно и неуклюже, что уходит даже не на второй план, а на дальний. Самый дальний план или кордон, свой жизни. И здесь самое время упомянуть про тот самый задний план. На этом плане в течении спектакля постепенно стали появляться силуэты оленей (здесь могу ошибаться, может это были и лоси), и всего лишь сделав предположение что их может оказаться ровно столько же сколько и действующих лиц. И понятно становится, что все персонажи олени, может быть за исключением работника, получившего и Прекрасную Елену Андреевну и трубу от нее. И живут эти олени в Беловежской пуще, песню про которую поет Соня (Татьяна Бабенкова, одна из претенденток на "Золотую маску", и, на мой взгляд, самая достойная).
Конечно, у Бычкова получился спектакль достаточно целостный, со своей оправданной эстетикой, абсолютно атмосферный. Не могу согласиться с трактовкой Астрова. Но он так незаметен, что сначала удивился что и за исполнение этой роли актера выдвинули на "Маску". Но может быть именно поэтому и выдвинули. Кто знает...