Спектакль

Двенадцатая ночь

Это всего лишь третий показ, так что спектакль еще сырой. Но какие-то выводы уже делать можно.
Текст сохранен практически без изменений, спектакль идет четыре с половиной часа.
Пол усыпан какой-то мелкой красной галькой-песком, что должно ассоциироваться с тем аркадским местом Иллирией, где происходит действие. Из декораций -- одни фонари-керосиновые лампы, портшез-карета и булыжники. Костюмы условны -- на Марии современный наряд, на сэре Тоби и сэре Эндрю очки для подводного плавания, какие-то балахоны, на Оливии то платье в шекспировском стиле, то одеяние словно для сексуальных утех (лошадиный хлыст, сапоги для верховой езды, а остальные детали одежды едва прикрывают тело). Смысла всех этих костюмов я не уловила.
Как и во всей постановке.
Мальволио играет Пореченков, играет тяжеловесно, с явными усилиями. Местами смешно, местами заезженные приемы типа запинания и заикания на трудных словах. В сцене, когда он демонстрирует свои желтые чулки с подвязками, он должен быть не только смешон, а еще жалок и вызывать сострадание. А тут просто смешно и немного неприлично.
Юное дарование, играющее Оливию, выпускница Щукинского Виктория Райкова, дарованием вовсе не является, ни в каком приближении, и своей слабой игрой сильно портит спектакль.
Пожалуй, на месте и с нужной легкостью играет только Ольга Красько (Виола) -- это именно игра без излишней серьезности и тяжеловесности. Ну, еще можно упомянуть Шута (Игорь Петров) -- это именно шекспировский Шут, в котором есть что-то гамлетовское и переклички с "Королем Лиром". Пожалуй, это единственный артист, за которым было интересно следить: он играл подтекст.
Все остальное бездумно, чуть пошловато и затянуто.