Спектакль

Даниил Хармс. История сдыгр аппр

Художественное наследие Хармса переживает все парадоксы истории российской культуры, в годы торжества советской литературы оно было под жестким запретом цензуры, за тем со сменой политического понимания и видения культуры ушли в прошлое нелепые табу и запреты и художественное наследие Хармса стало доступно. Постановки по мотивам произведений Хармса, они стали данью моде на «запретное» и заполонили театральные подмостки, а потом неотъемлемой частью репертуара большинства театров. Однако вопреки такому изобилию произведений Хармса в сценическом пространстве их количество не перешло в качество, и сегодня увидеть достойную постановку по мотивам его произведений довольно сложно, а иногда практически невозможно. Хармс и его видение мира – это уникальное и во многом не изученное явление культуры, во всем многообразии попыток воплотить великого классика на сцене спектакль «ДАНИИЛ ХАРМС. История СДЫГР АППР» выделяется невероятно трепетным отношением к его творчеству. Этот спектакль представляет из себя довольно уникальную возможность познать эту загадочную планету. Уникальность этого пути познании в том, что здесь авторы создатели не пытаются раскрыть мастера через его театрализацию его творческого наследия, они фокусируют своё внимание на различные элементы, которые часто остаются вне постановок именитых, мастодонтов драмы, а именно в фокусе их внимания кроме популярных произведений мастера, его дневники, малые зарисовки, короткие наброски и афоризмы. Одни из этих мозаичных фрагментов впоследствии нашли своё воплощение в его творчестве, другие остались набросками и короткие реплики, и бытовые заметки. Всё они невероятно разноликие, созданные в яркой экспрессивной палитре красок и оттенков хармсовской творческой палитры. На первый взгляд, всё это яркое многообразие весьма контрастно и не может быть воплощено в рамках одного сценического проекта, но создатели этого моно спектакля смогли искусно и очень гармонично сплести эти реплики в одно единое божественно-прекрасное действие, где эти мозаичные фрагменты образуют невероятно многомерное художественное полотно. Оно великолепно объединяет в себе: черты портрета великого литератора, панораму мира Даниила Хармса и позволяет кинуть взгляд в его творческую мастерскую, открывают зрителю мир глазами Хармса. Это погружение может быть интересно для довольно широкого круга зрителей, любителям и почитателей творчества Хармса, спектакль может открыть новые стороны его творчества, создать панораму творческого поиска великого литератора. Для тех, кто делает первые шаги и открыть этот удивительный мир для себя мир художественного наследия Хармса, этот проект может быть прекрасной прелюдией в познании «ДАНИИЛ ХАРМС. История СДЫГР АППР», она откроет путь к пониманию его видения мира.

Луч прожектора на мгновение высвечивает актера Александра Лушина, стоящего к залу вполоборота. Гаснет. Вновь вспыхивает. Даниил Хармс уже анфас смотрит в зал. И снова тьма.
На протяжении театрального действия гаснущий прожектор будет разграничивать вымысел великого абсурдиста и его реальную жизнь. Но есть ли между ними граница? Есть ли граница между Александром Лушиным и Даниилом Хармсом? Где вообще в этом спектакле реальность, а где игра?
Декорации на сцене и костюм актера нам подсказывают, что действие происходит в тюремной камере, где Хармс провел последние дни свой жизни. Это его последний монолог. Или диалог с вымышленным молчаливым собеседником? Хармс цитирует свои произведения, вспоминает эпизоды из жизни, молится святой Ксении Петербургской. Эпизоды из жизни переплетаются со стихами, прозой, письмами, и становится уже совсем непонятно, где есть что, и что есть где. Что есть там, а что есть тут? Вроде бы, то есть там, а это - тут. Или нет? Атмосфера мрачного серого сырого города подобно клейстеру связывает воедино бред и явь, вылезая липкой жижей на стыках.
Спектакль очень петербургский, писатель очень петербургский. И актёр. Лушин не играет Хармса, он и есть Хармс. Александр Борисович Хармс. Или Даниил Иванович Лушин. Даниил Борисович Ювачев. Он поёт, он кричит, он шепчет о своей радости, о своей любви, о своей боли и своём страдании. Но к кому он обращается? Слышит ли его кто-то ещё, кроме святой Ксении? Понимает ли его кто-то? Кто-то читает этот текст?
Кто здесь?!?

Гениально!
Заходя в зал, ожидали жести: специфическое оформление сцены, площадка аля завод-заброшка)) На самом же деле увидели ВЕЛИКОЛЕПНУЮ игру Лушина, полное "Верю!", тотальное погружение в сложный мир головы Хармса. Отдельно потрясает, как актер запомнил весь seemingly несвязанный последовательно текст из подлинных дневниковых записей и стихов Даниила Ивановича.

С уважением и любовью к герою сделанный спектакль. Спасибо