Мюзикл

Чайка. Мюзикл

Спектакль оставил сильное впечателение и игрой атеров и самой постановкой. Но не хочется проходить мимо ряда нестыковок с оригиналом. Что мы увидели на сцене, чего не было в пьесе? В первую очередь бросилось в глаза:
1. Не понятно зачем попытались сделать из Заречной памятник. По ходу пьесы она себя неоднократно называет чайкой и визуальное воплощение этих слов с приделыванием к рукам оперением, эдакое сотворение Икара - представляется излишним, а возведение на постамент – напоминание о произведениях парковой культуры, девушки с веслом, например.
2. Поход Медведенко домой за шесть верст с ребенком в коляске. В пьесе этого нет, он идет домой ОДИН, как раз к ребенку, к единственному существу в его окружении, которое радует его и возможно даже улыбается при его виде. Не надо делать из Маши и супругов Шамраевых монстров способных отправить собственное дитя в непогоду на несколько часов.
3. Визуализация самобийства. Зачем? Чехов здесь предельно сдержан – лопнула склянка с хлороформом. Подробности не нужны – трагедия свершилась.
А что из текста пьесы не попало на сцену НЭТа?
1. Финал пьесы, в котором НЕ прозвучали слова Дорна Тригорину «Уведите Ирину Николаевну. Константин Гаврилович застрелился». Извинтие, но это квинтэссенция пьесы, все предущие мизансцены, реплики, монологи подводили к этим словам. Они должны были прозвучать, но постановщик этого не захотел. Никто не знает, как поведет себя Аркадина при виде мертвого сына, то ли начнет безумствовать, то ли артистически красиво упадет в обморок. Чехов решил уберечь ее от этого, и лучше, последовать за автором.
2. Конечно, причина самоубиства Кости - его последний разговор с Ниной, убивший в нем последнюю надежду на взаимность. Появление Заречной в его доме сначала окрыляет его, но когда он понимает, что она пришла только для того, чтобы в последний раз через замочную скважину увидеть Тригорина, решение о самоубийстве перестает быть мыслью и становится неизбежным действием...
Несомненно, главный герой пьесы – Треплев, и А. Филиппов очень хорош в этой роли, в первом акте он очень похож на «настоящего дегенерата»( слова Немировича-Данченко), во втором - экспрессии поубавилось, хотя есть моменты, в которых можно ее проявить. При последней встречей с Ниной он слишком сдержан, да в соседней комнате ужинают его мать с любовником, но все-таки…
Нина Заречная (Д. Гордеева) порывиста, непосредственна, но почему-то ее не жалко, возможно, злоупотребление пробежками с приделанными крыльями и попытка сделать из нее памятник, поубавило сочувствия.
У Виолетты Койфман явно не возникло проблем с перевоплощением в Ирину Аркадину, одна артистическая натура приобрела форму другой, слегка поменяв оттенки. Это ее роль, она в нее вошла легко, свободно, украсив спектакль исполнением музыкальных номеров.
Также, естественны и свободны, поэтому убедительны, Дорн и Маша в исполнении В. Ситникова и А. Фроловой. Комплекция Медведенко внушает сомнения в том, что он ежедневно проходит 12 верст пешком до усадьбы и обратно.
Пара Шамраевых, сыгранная супругами Мелешниковыми, лишний раз напоминает, что на сцене, все-таки, комедия. Он - предельно глуп, бестактен, чувствует себя хозяином имения и абсолютно не замечает реакции окружающих на свои слова и действия. Она – безответно влюблена в Дорна, и также не видит ничего и никого вокруг себя.
Сорин (О. Блохин), абсолютное перевоплощение – реальное изображение русского ителлигента, все денежные вложения которого, превращаются в пшик, и который являясь формально хозяином имения, не может ничего приказать соему служащему (Шамраеву).
Самое слабое звено в этом актерском ансамбле – М. Черкашкин, играющий Тригорина. Беллетрист – бонвиан, у которого общение с женским полом отработано до совершенства, в разговоре с Ниной в первом акте, он успевает и похвастаться, и признаться в собственных несовершенствах, словом за короткое время общения, несомненно, очаровал девушку от и до. Прожив с ней почти год, до рождения ребенка (что случилось, от чего он умер малыш мы не знаем) Тригорин ее не разочаровал, не вызвал злобы, она его попрежнему любит и хочет видеть хоть иногда. Хотя бы издалека… И нам остается непонятным, в чем его харизма и очарование. В уже упомянутом разговоре с Ниной, показанным на сцене, он кричит, размахивает руками, ведет себя, как Костя…Рядом с Аркадиной, вообще, не заметен, когда она становится перед ним на колени, его просто не видно, она кого-то изображает, для кого не важно…