Положительные отзывы о спектакле «Чайка»

Наслаждалась постановкой пока 3 раза. "Чайка" А.П. Чехова - учебник мотивации и де мотивации. Внимательно вслушавшись в слова актеров в постановке Юрия Бутусова я поймала себя на жгучем желании перечитать и выучить первоисточник наизусть.

Если Тригорин - Чехов пожавший плоды Славы (Отец), Константин Гаврилович Треплев - Чехов, пока еще не признанный (Сын), то где же Святой Дух? Искала Дух на протяжении всего спектакля, в образах (кардиограмма, нить как символы жизни) и приемах их передачи, так щедро используемых режиссером.
Триединство постановки косвенно подтверждается также трехкратным (или многократным) повторением диалогов героями: Тригорин - Нина, Тригорин - Маша и т.д.

Актеры кричат (Маша), эмоционируют, "живут" жизнью своих героев "на разрыв аорты" (за что я люблю, ценю и безгранично благодарна Юрию Бутусову).

Танцы Режиссера на сцене во время представления не возможно описать словами: энергетика, зажигательность, с которой танцует Юрий вместе с актерами заражают энтузиазмом и хочется приплясывать в такт. В четвертом акте Режиссер становится полноправным Актером говорящим со сцены со Зрителем.

Актриса в образе Валентины Караваевой постоянно действует в постановке что трогает сердце и раскрывает душу.

Режиссер вездесущ: от первых слов: "Мы начинаем", контроля постановки декораций до монолога со Зрителем в четвертом акте.

Однозначно стоит сходить на спектакль и составить свое представление о нем, а также пополнить багаж своего жизненного и театрального опыта и переживаний.

P.S. Актеры играют великолепно, восторг и восхищение их игрой.

Сказать что мне понравилось, это значит выразиться настолько косно, скупо и нелепо...
Я в восторге!! Просто сейчас сложно подбирать слова.
Все 4,5 часа пролетели для меня как один миг. Я наслаждался каждым мигом, каждой сценой.
Концовка приковала всё внимание. Сумасшедшая концентрация.
Может это и не пишут и не говорят, но в самом финале появились слёзы на глазах - первый раз такое со мной. Разное смотрел, всякое чувствовал, но всё предыдущее не так остро.

Обязательно вернусь. Непременно пересматривать!
Браво, Юрий Николаевич!!!

Пожалуй это пока самое лучшее из всего того, что пришлось на последние сезоны.
Завидую Петербургу и Ленсовету в частности!

«Чайка» Юрия Бутусова – не только впечатляющий визуальный аттракцион, авангардный эксперимент с формой, не какая-то перегруженная новыми смыслами «фантазия на тему», а, в первую очередь, предельно внимательное и вдумчивое прочтение чеховской пьесы очень чутким режиссёром.

Жена управляющего и доктор Дорн любят друг друга, но не решаются быть вместе, потому что он бесхарактерный, а у неё жалкий муж и дочь Маша, которая соглашается на заведомо несчастливый брак с нежно любящим её учителем Медведенко, хотя сама безнадёжно любит Треплева, творческого неудачника, которому больше всего на свете необходимы внимание матери, Аркадиной – состоявшейся актрисы с неустроенной женской судьбой – и любовь Нины Заречной, которую губят безответная страсть к беллетристу Тригорину, очень успешному, но далеко не великому, и – тоже безответная – любовь к театру. Всё, вроде, буднично, но все несчастливы, все страдают и мучают друг друга – мелодрамы в «Чайке» хватило бы на многосерийное мыло.

Традиционно эту трагическую подноготную каждодневной жизни, приводящую в действие святые моторы чеховских пьес, принято называть «подводными течениями». Бутусов даёт их напряженному ритму абсолютную свободу и обрушивает на сцену настоящее цунами высвобожденных, ничем не сдерживаемых потоков чистого чувства: он показывает героев внутренним миром наружу (читай – внутренними драмами наружу), и зал буквально наводняют до сих пор невидимые миру слёзы. Эта визуализация сокрытого, проговаривание несказанного, обнажение нервной ткани драмы – вся авангардная машинерия спектакля работает на более глубокое раскрытие чеховских характеров в традициях высокого и жестокого реализма и на поэтическое укрупнение образов: на какое-то время каждая роль становится главной в этой сложносочинённой пьесе, где каждый герой разыгрывает собственную драму как центровую, как маленькую трагедию.

При этом логика внешне неистового сценического действия парадоксально, но очень буквально следует за чеховским текстом. «Ноги моей здесь больше не будет!» – кричит Аркадина в конце второго акта – и уже в следующем действии отрубает себе ногу топором. При этом на сцене беснуются пёсьеголовый оборотень в кресле-каталке, карлик-горбун, люди, львы, орлы и куропатки – настоящий макабрический паноптикум. У Чехова это тоже один из самых страшных моментов: где-то в закулисье Треплев первый раз стреляет в себя, и Нина Заречная говорит, что происходящее не может быть явью, а напоминает – сон. Когда буквально это – ночной кошмар – и разыгрывается на сцене, вдруг начинаешь слышать какое-то совершенно новое звучание внутренних голосов, шёпотов и криков пьесы.

Возможно, самое важное: «Чайка» – это невероятно красивое зрелище, визионерское, поэтичное, смешное и жестокое. В спектакле есть сцены, которые, увидев однажды, никогда не забудешь, когда сложно сдерживать слёзы, когда буквально дух захватывает от красоты: Треплев жжёт свою рукопись, словно дом («я всё сжёг»), перед смертью он пытается взлететь – и не может оторваться от земли, его прощание с треснувшей надвое матерью, бриллиантовые слёзы ангела скорби и даже игра в лотто – на рояле. Сложно представить себе, как всё это можно придумать с таким чувством драмы, поставить с таким юмором и энергией и так сыграть – на разрыв аорты (с кошачьей головой во рту).

В процессе наблюдения феерии торжества неординарного творческого духа особенное удовольствие получается при наличии знания текста пьесы и ее подробного разбора психологических портретов персонажей.
Позволю себе отзыв, где особым внимание выделю сценические решения достойные чистого восторга и аплодисментов стоя.
Шамраев подчеркнуто театральная жестикуляция, и чтение с листа выдает в нем нереализованную мечту о сцене. Гениальное решение и восхитительное воплощение трактовки казалось бы на первый взгляд заурядного управляющего. Тонкая поэтическая душа, которую легко обидеть.

Яркие разные проекции финальной встречи Нины и Треплева. Кривые зеркала боли и в то время возможность продлить вектор и узнать как оно могло быть.

«Маша и Медведенко» суицидальные маргиналы и неустроенные творческие личности.

«Дорн и Полина Андреевна» вечно голодные актеры. Скорее всего бывшие супруги после неудачного брака, когда настолько одиноки что уже осталось иди только друг к другу.

«Тригорин и Нина» проститутка и алкоголик.

«Треплев и Нина» навсегда чужие. Поздно показали себя без маски.

Финальные слезы Маши и одновременно Аркадина на качелях после известия о том, что Константин Гаврилович застрелился.

Чеховский Тригорин получается пока в другой «Чайке», но сие не отменяет качество и уважение к творчеству.
Бутусов увеличивает присутствие Тригорина за счет много вариантности и расслоения взаимодействия. На мой взгляд, провисает монолог-откровение на общем фоне красочного шизофренического потока. Белый пиджак на голое тело одновременно подчеркнутый богемный лоск и нелепый фрик. Бутусов на сцене сам по себе спектакль и гений карнавального театра и отрывающего нейроны с корнем. Режиссер предстает в роли временного рассказчика, Треплева и Тригорина.

Это безусловно не Чехов. Это Бутусов. В лучших своих проявлениях. Идти на этот спектакль, как на историю несчастной Нины Заречной не имеет смысла. А вот посмотреть со стороны на отличную театральную постановку, это всегда пожалуйста.
Спектакль очень живой, но совсем не жизненный. Это фарс, самый настоящий, комедия трагедия, талант и бездарность все в одном лице. На одной сцене.
Впечатление производит. Для лучшего понимания, лучше, конечно, перед просмотром Чехова перечитать. Хотя дело тут вовсе не в Чехове...
Впечатление колоссальное, но смотреть рекомендую все же не всем. Любителям классики, а так же коротких увеселительных постановок лучше провести эти четыре часа дома :)

Бутусов славно похулиганил. Каждый режиссер должен играть в хотя бы одном своем спектакле роль небольшую, но красочную, как это сотворил он. Помимо того, что вышла реальная комедия, периодически она перелетала в фарс, а из него – в трагедию мирового масштаба. Видно, что режиссеру тесно в этой казалось бы безгранной пьесе. Отсюда гениальное надругательство над сценами и обстоятельствами, которые, возможно, способны на шокирование любителей Чехова. А также маленькая язвинка в сторону Вырапаева. Вообще впечатление, что Бутусов сделал маскарад и коллаж, пародируя наших разных театральных деятелей и себя в том числе. Но это только узоры, а внутри – изумруд, нечеховский, и даже не очень бутусовский, но зато какой драгоценный.

Великолепное современное театральное действо. Не люблю игру "с надрывом", но здесь эта игра на таком высоком уровне и так увлекательна, что проникаешься этим искусно поставленным фарсом. И хоть режиссер спектакля не Райкин, во всем чувствуется его рука, спектакль - квинтэссенция его фирменного стиля: его жестов, ужимок, мимики. Актеры - очень самобытны и талантливы. Все время думала, как можно изобразить цыпленка табака (говорят, такое упражнение есть у студентов театральных вузов)? После собаки, представленной в 1 действии, понимаю, что цыпленок для таких лицедеев - вообще не проблема).

Вы знаете - посмотрев несколько спектаклей Юрия Бутусова за месяц (Король Лир, Чайка и Отелло) могу сказать одно - этот режиссер либо вам нравится и вы полностью растворяетесь в его фантазии и замыслах, либо это категорически история не для вас.
И вряд ли спектакли этого мастера могут оставить равнодушное впечатление. Он либо вызывает восторг и восхищение, либо отвращение и непонимание.

Что касается Чайки - это конечно, как мне кажется, не Антон Павлович, но это стоит увидеть (на мой субъективный взгляд). Тут, к примеру, во всей красе можно увидеть как актеры на все сто доверяют режиссеру, и готовы выполнить все его безумные идеи и замыслы. За это отдельное браво команде спектакля!
Ну и потом действительно много интересного и красивого.
Для тех кто не знаком с творчеством Бутусова - советую досидеть до 2 и 3 акта. Одна сцена с лото чего стоит!

А так идя на этот спектакль - точно не ждите классического прочтения "Чайки" Чехова. Идите просто на спектакль режиссера, который настоящий художник со своим взглядом на окружающий мир!

Чтобы театр мог иметь воздействие и влиять на жизнь, он должен быть мощнее и пронзительнее обыденности. Таков закон тяготения - при стрельбе нужно метить выше цели.
Создать хороший спектакль трудно. Создать спектакль, который нравится зрителям - легко. Но создать хороший спектакль, нравящийся зрителям — все равно, что отыскать тот самый Святой Грааль, ради которого рисковал жизнью Индиана Джонс и которым страстно мечтали бы завладеть любой археолог, историк, христианин или капиталист.
Сегодня мне не хочется выступать в роли некоего театрального спойлера, пересказывая подробности сюжета, расшифровывая использованные символы или описывая отрывки особенно сильных мизансцен; просто не имею права красть у тех, кто только собирается испытать наслаждение от этой удивительной постановки хоть унцию того восторга, что им предстоит. Однако переполняющая меня благодарность за полученное удовольствие не позволяет удержаться от выражения дани истинному таланту режиссера и труппы.
Сатириконовская «Чайка» замечательна тем, что у каждого она разная и своя, но для всех одинаково не оставляющая равнодушным. Каково это — быть актёром, занятом в подобном спектакле? Проживать насквозь, без остатка и в ограниченный промежуток времени несколько жизней, расписывать изнанку собственного сердца причудливым узором из чужих страстей и трагедий, взлетать и падать, любить и умирать, плакать и смеяться, вновь вставать и унимать дрожь во всем теле, и раз за разом начинать заново как в первый и последний; изредка приподнимая край маски, уже не для того, чтобы вспомнить своё собственное лицо, а лишь затем, чтобы сделать глоток свежего воздуха, не пропахшего гримом. Больно и одновременно прекрасно... Обнажать до предела настоящие, живые чувства, куда более реальные бытовых кухонных переживаний, доводить их до апогея, задыхаясь от восторга бытия, захлёбываясь алчным огнём жадных глаз зрителя. И падая на колени, почти не существуя ни в одном из амплуа, почти крича от разрывающего тебя урагана жизни и смерти, судьбы и забвения, видеть, как с тобою вместе, замерев в унисон, в едином порыве умирает зал. Замолчавший, забывший сделать новый вдох зал, который любил, плакал и смеялся вместе с тобой, который увидел то же, что и ты, что-то бесконечно большее, чем просто игру в жизнь - саму жизнь: настоящую, прожитую честно, полностью, до дна. Такой театр как любовь, однажды испытав на себе это таинство, ты уже не сможешь остаться прежним. Такое же настоящее и откровенное «спасибо» каждому из находившихся на сцене в этот вечер – самое малое, что можно дать взамен.
С помощью этого спектакля зритель имеет уникальную возможность приблизить к себе автора вечной пьесы сквозь млечный путь времени, доказав актуальность и современность опубликованного в високосный 1896 год, когда был коронован Николай II, а Зигмунд Фрейд придумал психоанализ. И вот на дворе подходит к своему завершению 2013-й, и Чехов становится уже не запыленным томиком с полки школьной библиотеки, не «двойкой» за вымученное сочинение, не памятником в Камергерском переулке, а живым, близким и понятным. Консолидировав хрестоматийность и перформанс, классику и модерн, интегрировав привычное прочтение и свежий взгляд, ожидаемые приемы и оригинальные находки, Бутусов убивает скуку с отчаянным рвением и страстью первооткрывателя.
Те, кого принято расплывчато называть творческими людьми, всегда немного сказочники. Они отличаются от остальных именно тем, что волшебные миры, порой удивительные, иногда пугающие, для них зачастую ближе того, в котором они родились, они умеют делиться, им дана возможность приглашать туда других. А кто из нас никогда, хотя бы в детстве, не хотел попасть в страну чудес?
Таким людям очень важно быть неудовлетворёнными, не в смысле жадности, это скорее аппетит. Творчество должно бить ключом, током, раскатываться громом в потемневшем от грозы небе, рваться наружу, как обжигающая лава из жерла давно спящего вулкана. Творцы — всегда испытатели, пробующие на прочность привычные рамки мира и общественного устоя, люди в бесконечном поиске вдохновения, нового взгляда, нераскрытого смысла. Как истинный творец, Бутусов не воспринимает вещи такими, какими они существуют и общеприняты, а старается найти их суть и вкладывает в эту работу душу. Искусство есть выражение души художника, его индивидуальности, титанического стремления возвыситься над обыденностью, сказать иное и иначе, извлечь неожиданный, загадочный, яркий самородок из-под пыльных наслоений нашего бытия, заметить бесконечное в повседневном – настоящее искусство снисходит на нас как счастливое откровение, воспламеняя все существо.
Мир умрет без сочинителей и фантазеров, рожденных для великого призвания — прокладывать путь для непонятных истин и новых мужественных идей. Всякое творение есть детище своего творца, в котором он отражается словно в зеркале, и замаскировать в нем свою натуру ни один не может. Творчество Бутусова похоже на красную икру, прежде чем лопнуть шарик и почувствовать его соленый вкус, ты ощущаешь его гладкую поверхность во рту, и это самый прекрасный момент — предвкушение. Ты ждешь и знаешь, что будет здорово, а режиссер интригует, завораживает, не дает ответов, ничего не объясняет, не договаривает, предоставляя возможность внести свою разгадку в общую тайну; он понимает, что нужен бунт, не стоит сдерживаться, идущее из сердца не должно подвергаться редактуре, пробуксовке, шаблону.
Если никто не осмеивает или не критикует твои идеи, возможно, ты недостаточно творчески подходишь к своей работе. А если по рядам нет-нет, да и прокатится шепот возмущенный нестандартностью да неожиданностью на сцене происходящего,
воспринять это можно исключительно, как откровенно личный, порывисто искренний и безоговорочно заслуженный комплимент режиссеру.
Это значит, что творчество его доступно и понятно не всем, но тем, ради кого это всё и затевалось, замысел дошел до адресата, указанного в графе «Получатель: еще способные удивляться и внимать».
Думаю, что если бы в потайном уголке зала сидел в этот вечер сам Антон Павлович, он бы резюмировал: «Аутентичность не ценна, хватайте все, что трогает напрямик Вашу душу и вдохновляет, не нужно даже беспокоиться следованием оригиналу и сокрытием копии – празднуйте ее, она вам удалась, голубчик».
Любое творение — это замочная скважина, сквозь которую можно подглядеть душу творца. Выразить всего себя в своем творении — существует ли большее торжество для творца? Вы сомневаетесь? Попытайтесь сделать то же. В любом случае, помните, что сказал Жан-Люк Годар: «Не важно, откуда вы берете, важно — куда».

В спектаклях Бутусова поток разнообразных и контрастных воздействий на наши эмоции и сознание через соединение порой противоречивого - музыку, спецэффекты, танцы и пластику, голоса и крики, свет и темноту – это не нужно понимать головой, воздействует через чувства. Такое воздействие очень тонкое и капризное. Поэтому порой оно попадает и по нарастающей доводит до потрясения и наслаждения, а порой – всё мимо и мимо. Пример первого – «Бег» в Вахтанговском, второго – «Сны об осени» в Ленсовете.

«Чайка» в «Сатириконе» - это полное попадание. Все четыре с лишним часа восхищает, удивляет, смешит, трогает, попадает! В финале четвёртого акта поймал себя на мысли: хочется, чтобы это не кончалось, смотреть и смотреть… Я в восторге. Притом, попадание - не только в меня. Со мной смотрели три девушки из Болгарии и России – и у них подобные ощущения. Хотя часть зала и уходила в недоумении: «Что это такое?» - они пытались понять это головой - к спектаклям Бутусова это не применимо. В конце – наши бурные аплодисменты и крики «браво» от нас – от тех, в кого это попало.

В буквальном смысле сколоченные из неотесанных досок условные декорации, бумага, полиэтилен, какие-то дешевые искусственные цветы - тут не раздается даже отдаленного звука элегантности, занавеса нет, режиссер готовит декорации прямо при зрителях, рассаживающихся в зале и предупреждает еще раз на всякий случай, что спектакль идет 4 часа, с тремя антрактами, но что это были за 4 часа, это была жизнь, безумная, жизнь, апофеоз жизни в ее бессмысленности. Я никогда не думал, что меня можно удивить Чеховской "Чайкой", которую, казалось бы уже знаешь почти наизусть и видел в разных вариациях, но нет, нет, вот я сижу все четыре часа и хохочу, напрягаюсь, думаю, размышляю, и я в спектакле! В этой безумной пляске самого Бутусова, на которого в его танцах можно смотреть не отрываясь! (я был в шоке, когда увидел в википедии сколько ему лет, скакать с такой бешеной энергией мог бы только юноша). Четыре действия в двух половинах, которые совершенно непохожи друг на друга. Условные театральные метаморфозы, когда персонажи трансформируются, игры интерпретаций, и снова аттракционы, много много театральных аттракционов, но совершенно иного уровня, это не технические эффекты, а блистательные вымыслы фантазии, ловкого разума, гротески, отсылки, даже абсурд!
Я только теперь начинаю осознавать гениальность Чеховского текста - он как конструктор, играя этими персонажами, их драматичными историями, монологами, можно создать все, целый мир на сцене. Последним действием Бутусов показал именно эту "конструкторность" Чехова, одни и те же сцены разыгрываются разными актерами по-разному, один и тот же диалог звучит по четыре раза, то в манере классического театра, то в виде абсурда, или театра постмодерна, и ты следишь за этим диалогом, при каждом прочтении погружаясь в него глубже и глубже. Прежде чем застрелиться по-настоящему, Треплев убивает себя четыре раза, то нелепо, то напыщенно, то кротко, да и все действия спектакля разделяются звуками выстрела, мы знаем, что произойдет, мы знаем текст, но следим за метаморфозами, которые позволяют нам осознать этот текст, проникнуть в его глубинную суть, осмыслить и обдумать его.
Это чудо, спектакль легкий и глубокий одновременно, стильный и красивый, несмотря на свою нарочитую небрежность и дешевизну, наполненный роскошной музыкой и удивительными режиссерскими решениями, это в высшей степени театр режиссера, театр жизни, находящейся где-то над смертью, парящей тяжелыми выстрелами в теле спектакля.
Зрители - в большинстве своем обычные, не театральные люди, рукоплескали стоя! я давно не видел такой долгой, громкой, восторженной овации. Блестящая, блестящая работа! я настоятельно рекомендую ее всем!!

Очень кстати этот бесловесный образ-девушка-Жизнь. Своеобразный парафраз того-же чеховского Черного монаха. Чехов действительно очень герметичен и ему ой как не хватает всегда выхода за кулисы этого мещанского быта-театра. И тут он есть. Вот она танцует, и танец - это тоже что-то чеховское, о котором никто не думал до сих пор, вот она качается как маятник после выстрела Треплева, она как жизнь, которая ходит рядом с героями, живет рядом с ними, иногда с ними взаимодействует, но всегда все равно другая.

Накануне похода на спектакль перечитала пьесу. Казалось, что все поняла, все разглядела и прониклась всем в полной мере. Пьеса часто идет в театрах, так что особых открытий не ждала. Но оказалось, что спектакль Бутусова раскрыл мне пьесу так, как, может, и сам Чехов не ожидал. Истинное произведение искусства всегда заставляет думать и размышлять и находить в нем что-то, о чем не задумывался и сам автор. Это как раз тот случай. Понятно стало, что Треплев ревнует не только Нину, но и мать (явно прослеживается Эдипов комплекс) и самого Тригорина к матери и его успеху . Повторяющиеся сцены пьесы в разных вариантах - они о том, что все на свете уже было, какими бы уникальными не казались эти события их участникам . Все повторяется и старо, как мир. Хотя и может варьироваться от фарса до истинной трагедии. Только что зал хохотал над сценой, а через несколько минут дружно хлюпает носами. Тот же текст...
Такая эффектная сцена в финале, когда Треплев не стреляется, а тщетно пытается полететь и погибает. Много символичных, знаковых приемов. Девушка, качающаяся в финале на качелях, выглядит, как маятник часов. Жизнь продолжается, ее не остановить. И все это о нашей жизни. Как мы говорим все о себе и не слышим друг друга, как все страдаем от одиночества и не догадываемся протянуть руку, согреть кого-то рядом.
Не все зрители приняли форму спектакля. Некоторые места освободились уже после первого действия. Наши приятели ушли, еле высидев два действия, обозвав увиденное стебом и клоунадой. Я даже не пыталась их переубедить и объяснить что-то. Мы смотрели с ними разные спектакли. И видели разное. Я была бесконечно счастлива, что мой муж видел то же самое, что и я. И мы потом долго обо всем говорили. И будем еще говорить обязательно.
Настоящий подарок продвинутым театралам. Даже жалко раскрывать свои находки будущим зрителям и лишать их удовольствия собственных открытий.
Смотреть обязательно!!

Это один из лучших спектаклей в Москве. Если ко мне приезжают друзья из других городов и стран - я тащу их немедленно на "Чайку" Бутусова, Я горжусь, что в моем унылом (в театральном смысле) городе есть такой классный спектакль! Конечно, это для гурманов! Но я люблю пьесы Чехова и мне нравится, как с ними расправляется прекрасный Бутусов! Конечно, много цитат из Стреллера (но, согласитесь, - лучше цитаты из Стреллера, чем из .... - не буду никого обижать...) - Все актеры прекрасны ( Полина Райкина для меня - ужасна- но и она входит в паззл...)
Иди и смотри!

Смотрел три дня назад, эмоции улеглись, впечатления разложились по полочкам.
В сухом остатке: спектакль - театральный балаган на тему "Чайки", с вкраплениями драмы и притчей о жизни. Треть времени он тебя захватывает, "ведет", "цепляет", треть времени - раздражает, треть времени - ни того ни другого.
Если режиссер хотел показать, что театр - смесь балагана, трагедии и нервной рутины - браво, ему удалось! Эмоции и впечатления после "Чайки" смешанные и неоднозначные. Вроде бы и местами очень захватывает, местами очень раздражает, цельности нет.
По актерской игре - великолепен Трибунцев, каждый раз когда он на сцене - ему веришь (это высшее актерское достижение), очень хорош Осипов в роли Врача, потрясающе танцует Марина Дровосекова. Спивак и Большов - тоже хороши. Да честно говоря - плохо не играл никто, но если режиссер "задал" актерам играть балаган - то тут выделиться сложно.

В целом - любителям театра и театральных аллегорий рекомендую посмотреть, любителям классики - нет.
Лично я второй раз не пошел бы, лучше из Бутусова пересмотреть "Гамлета" в МХТ.

Гениально-да, пошло-да, великолепно-да, затягивает -да, сумасшествие -да.....огромное количество самых прекрасных и одновременно омерзительных определений можно дать этому произведению. Оно сводит с ума. Разброс мнений поражает. Смотреть обязательно!
Это, несомненно, лучшая театральная постановка нашего времени! И не стоит рассуждать о классике. Чехова здесь действительно маловато, а может быть и слишком много....спорно
Необходимо понимать, что вы увидите некую абстракцию.....не спектакль-нет...,а что-то совсем личное, нереальное...это просто невозможно сделать, невозвозможно представить каким образом у режиссёра сложилась картинка всего этого, как он смог сделать такое 4-х часовое произведение!
Вы увидите Женщину...настоящюю, не измученную повседневной рутиной, а именно ту, которую пишут, лепят, ради которой умирают. На мой взгляд, Женский образ - одна из сильнейших сторон в постановке.
Некоторые сцены переигрываются несколько раз, одну роль играют сразу 2 акёра...это репетиция, некая масса, огромного количества деталей, диалогов, сюжетов, интонаций. Режиссёр вместе со зрителем конструирует сюжет, проигрывает и так и по -другому диалоги героев. И в течение всей этой маленькой жизни на сцене, вы переживёте абсолютно все эмоции, задумаетесь серьёзно над тем, что такое любовь, ненависть, что есть все мы, а ведь это так важно: начать свой собственные внутренний диалог о том, из чего действительно складывается наша с вами жизнь...Шедевр! Неповторимо!Нереально!

При всей моей неподготовленности к неклассическим постановкам классики и современному искусству вообще, спектакль оставил после себя достойное "послевкусие", его хочется рекомендовать к просмотру.
Во время первого действия было сильное желание на 2,3 и 4 уже не оставаться. Но это в силу непростых отношений к нестандартным формам.
Однако решил дать второй шанс и остался на спектакле. Не пожалел. Потрясающие актерские работы, экспрессия, энергетика, необычность прочтения - все это захватило даже меня, этакого ортодокса, заставило втянуться в происходящее.
Спасибо всем создателям постановки за достойную работу.

Сверх эмоционально! Иногда за гранью, когда уже не слышно отдельных слов, а все сливается в единый мощнейший энергетический поток. Каждое движение, деталь, звук, все, из чего складывается спектакль, неслучайны, несут смысловую/эмоциональную нагрузку. Музыка, многократно усиливая происходящее на сцене, дополнительно помогала прочувствовать все то, что не удавалось понять. Я не возьмусь пересказывать. И сложно очень сразу после спектакля подбирать слова. Это необходимо осознать, и необходимо смотреть

Невероятное сочетание драмы,комедии,фарса,клоунады....Постоянно крики,истерики.Смотреть такое было довольно сложно....4 часа действия,3 антракта.Ушёл после 2 действия.....теперь ужасно об этом жалею.Всё это потрясающее безумие не выходит из головы.

Комедия Чехова Чайка в Сатириконе - авангардная постановка Юрия Бутусова. Высококонцентрированная экспрессия, неоднозначная, но чертовски завораживающая. Здесь разыграны все людские сюжеты: любовь и страсть, ревность и отчаяние, дни и ночи, самолюбие и самовлюбленность, отцы и дети, талант и фальш. Брызги красок, пронизывающая до костей музыка, постоянно меняющийся градус восприятия в звуках плача, собачьего лая, смеха и визга. Свежо, сочно и неординарно.

Гениальный режиссер и гениальный спектакль!!! Самое необычное и захватывающее, что я видела в театре в последнее время!!!! Я, например, нигде до этого не видела, чтобы один и тот же эпизод играли несколько раз подряд разные актеры, или те же актеры, но с другими интонациями. По-моему, это очень ново и интересно. Ты можешь понять психологию персонажей в разных ракурсах. Те находки, которые поначалу кажутся странными (выходы режиссера после каждого акта и его неистовые пляски, хотя бы), на самом деле захватывают. Актеры, ну это как обычно в Сатириконе, играют шикарно!!!. Несмотря на 4 часа действия совершенно не устаешь, потому что хоть сам сюжет и известен, не знаешь, какие еще ходы предпримет режиссер, что он еще выкинет. (Кстати очень понравилась сцена, где Бутусов выбежал на сцену и начал рвать декорацию так, как будто ее на самом деле спалил пожар) Да что говорить, необычных находок там столько, что можно час расписывать. Так что обязательно сходите! Это завораживает! Отдельные слова восхищения - музыкальному сопровождению!

1 июля 2012 г. я посмотрела спектакль Ю. Бутусова «Чайка» в театре «Сатирикон». Давно хочется поделиться своими впечатлениями. Сказать, что спектакль мне понравился – значит, не сказать ничего. Я испытала душевное потрясение. При полном осознании того, что спектакль неоднозначный, а начало спектакля меня и вовсе озадачило – мне оно показалось излишне надрывным. Однако вскоре рисунок спектакля изменился, и в дальнейшем изменение стиля, настроения и манеры игры актеров уже не удивляло, а захватывало так, что невозможно было оторваться от сцены, и 4,5 часа (а именно такова продолжительность спектакля) пролетели незаметно.
До этого я не считала себя приверженцем стиля модерн в театре и относилась настороженно к современным трактовкам классических произведений, но после этого спектакля вне всяких сомнений соглашусь с репликой Треплева: «Нужны новые формы».
Режиссер Ю. Бутусов удачно совместил в спектакле классического Чехова с современным его прочтением, создав спектакль в спектакле, причем я поймала себя на мысли, что с удовольствием посмотрела бы и «классический» вариант отдельно, настолько естественна была игра актеров. Кстати, на следующий день после спектакля, я перечитала пьесу Чехова и еще раз поразилась его гениальности: как просто и емко он мог отразить жизнь и отношение людей к ней, порой мне казалось, что он писал про меня. Лишний раз убедилась, что великих писателей надо перечитывать, находить на это время, прочтение по принципу обязательности в школе накладывает свой отпечаток.
То, как перечитал Чехова Ю. Бутусов, вызывает уважение. Это как идешь по берегу моря, мечтаешь и поешь про себя (вокруг же люди!). Как описать это состояние словами? Прошел почти месяц, а созданные им образы до сих пор живы в моей памяти. И сценические образы, созданные актерами, и танцы, и музыка, и декорации, и свет, и даже предметы и субстанции.
Такие субстанции, как вода, которую Заречная и Треплев выплескивают из огромных бокалов в направлении друг друга, и вода летит и, кажется, что она замирает в пространстве.
Или вода, которую выплескивают на сцену и по которой скользят с разбегу как по льду, что делает возможным невозможное.
Или стол с огромным количеством ярких фруктов, который привлекает внимание, и уже сам по себе становится действующим лицом, а потом опрокидывается так, что это уже кажется необходимым.
Или ковер, по периметру которого Полина Андреевна и Маша расставляют кубки, бутылки с мерцающими свечками, вокруг которого построена вся сцена, и это просто завораживает.
Сцена игры в лото за большим столом, причудливым образом переходящей в игру на фортепиано – волшебно и просто в сочетании с удивительной музыкой и блестящей игрой актеров. Жизнь – игра, и хоть у каждого своя партия, играют все в одну.
Музыка в этом спектакле настолько органична, настолько разнообразна и настолько уместна, насколько и неожиданна. Даже песня Нины Заречной на корейском языке, благодаря которой я открыла для себя корейскую певицу Jung Min, превосходно вписывается в причудливый рисунок спектакля.
И, конечно, волосы Агриппины Стекловой – это отдельное действующее лицо, которое подчас играет свое собственную роль и не хочет быть отождествленным с героиней.
Игра актеров была превосходной, все были очень органичны, драматичны, пластичны, музыкальны и профессиональны (не было слышно ни одной оговорки, ни одной запинки, что, к сожалению, нередко стали себе позволять артисты ведущих московских театров). Особо сильное впечатление произвели ни на кого не похожая Нина Заречная Агриппины Стекловой, Аркадина, удивительно сыгранная Полиной Райкиной, Треплев Тимофея Трибунцева, ищущий и вышеупомянутые новые формы, и понимание, и любовь, но не выдерживающий столкновения с действительностью, и, конечно, Тригорин, блестяще и проникновенно сыгранный Денисом Сухановым. Доктор Дорн Артема Осипова, пожалуй, одна из самых гротесковых фигур спектакля, удивительно пластичен, органичен и великолепно танцует в стиле К. Райкина.
И режиссер Ю. Бутусов, который начинает спектакль, обескураживая зрителя обращением к нему, а в дальнейшем усиливает эффект танцем в стиле рок, сметающем все на своем пути, и чтением монолога Треплева. Взрывная и экспрессивная манера исполнения Ю. Бутусова, как актера, подчеркивает отсутствие рамок и условностей в данном спектакле и необходимость иногда ломать эти рамки.
Гротеск ближе к концу спектакля усиливался по нарастающей, зрители со счету сбились, сколько раз стрелялся Треплев, сколько актеров его играло, что все это было уже неважно, на действо взирали уже с любопытством.
Можно не соглашаться с какими-то авторскими решениями по постановке той или иной сцены или по прочтению образа какого-либо героя, но то, что спектакль «Чайка» Ю. Бутусова – это шаг вперед в современной драматургии, нельзя не признавать. Для меня лично это стало глотком свежего воздуха, это интересно, ярко, и, в конце концов, это очень талантливо. Посмотрите, и у вас будет свое мнение.

26.07.2012

Записки дилетанта.

№ 24. Сатирикон. Чайка (Антон Чехов). Реж. Юрий Бутусов.

Оглушительный спектакль (Посвящается людям, львам, орлам и куропаткам, рогатым оленям, гусям, паукам, молчаливым рыбам, обитающим в воде, морским звездам, и тем, которых нельзя видеть глазом…).

Чайка, поставленная в Сатириконе Юрием Бутусовым – не совсем обычный спектакль. Точнее - совсем необычный. Чеховскую пьесу о любви, о таланте, призвании, о стремлении вырваться из рутины, отчаянии, безнадёжности и бренности жизни режиссёр превратил в пронзительный концептуальный манифест о современном Театре и театре вообще, «который больше жизни, больше любви, который замещает всё, принося боль, одиночество, уничтожая и калеча души», где классическая пьеса - хороший повод для того, чтобы как следует высказаться.

Спектакль неслучайно посвящён Валентине Караваевой, талантливой русской актрисе удивительно трагической судьбы, которая с детства бредила персонажем Нины Заречной из чеховской «Чайки» и успела получить в 21 год Сталинскую премию. Но вскоре попала в автомобильную катастрофу изуродовавшую её лицо и поставившая точку в карьере. Но это не помешало вопреки всем идеологическим противоречиям выйти Валентине замуж за английского атташе и эмигрировать в Великобританию, где она организовала любительский театр. Но этого для амбициозной актрисы было мало и после неудачной пластической операции, её последнего шанса на возвращение, проведённой в Швейцарии она с мужем развелась и вернулась на родину, где несмотря на талант и жгучее желание продолжать играть до конца жизни находилась на творческих «задворках» дублируя зарубежные кинофильмы. Последние двадцать лет своей жизни она снимала в своей скромной квартирке на любительскую камеру кино, любимую «Чайку», с собой в главной роли…

На сцене с первых же минут царит клиническая атмосфера, всё вывернуто наизнанку: персонажи, актёры, сюжет. Безумие на чеховском, серьёзном фоне выглядит ещё контрастней. Вся избитая и заигранная до дыр литературная конструкция разбирается до последнего кирпичика и складывается заново, в разном порядке, как конструктор. Режиссёр пытается собрать обратно что-то новое, другое, разрушив устаревшее, заезженное. Бутусов лично уничтожает театральные декорации, выстроенные Треплевым для Нины под звук всё пожирающего огня. Актёры сидят полукругом и молча наблюдают эту сцену.

Треплев, кажется, любимый персонаж у Бутусова. Вот, его устами он читает Бродского: «Подруга милая, кабак все тот же. Все та же дрянь красуется на стенах, все те же цены. Лучше ли вино? Не думаю; не лучше и не хуже. Прогресса нет. И хорошо, что нет». Но ключевые слова дальше: «Нужны новые формы!» - продолжает требовать Треплев. Но в конце, перед тем как застрелится он сознаётся: «Я так много говорил о новых формах, а теперь чувствую, что сам мало-помалу сползаю к рутине». Найти новые не хватает таланта. Пьесу и театр «убивают» бесконечные интерпретации, словно ту чайку, застреленную Треплевым. Также театр стирает личности актёров, отдающихся искусству до последнего, выворачивая наизнанку, забирая их жизни. Звук выстрела повторяется в спектакле много раз.

Чайка, общепризнанный символ русского театра, приобретает здесь многомерность, превращаясь в символ и театра и актёра. Но выход есть: «Да, я все больше и больше прихожу к убеждению, что дело не в старых и не в новых формах, а в том, что человек пишет, не думая ни о каких формах, пишет, потому что это свободно льется из его души». И Бутусов даёт эту свободу всей своей бурной творческой энергии. Хлещет она так, что мало не кажется.

Актёры у Бутусова похожи на разнузданных и самоуверенных пациентов психиатрической больницы, заходящихся в истерике, слезах и смехе. Они нервны, буйны, швыряют вещи, пинают реквизит, преувеличенно театрально плещут друг в друга водой (воды в спектакле злонамеренно много), кривляются, сходят с ума всё сильней и им от этого хорошо. Чтобы так уверенно выглядеть надо быть очень уверенными в том, что делаешь. Треплева играет субтильный, небритый, выглядящий, как неудачник Тимофей Трибунцев. Тригорин помят, носит белый пиджак на голое тело и заметно устал от жизни. В Нину Заречную временами вселяется дьявол и она дико вопит потрясая растрёпанными волосами. Аркадину играет своим сиплым, наглым и грубым голосом Полина Райкина.

Особенно досталось Шамраеву, этот персонаж, одетый в шинель невменяем, восторженно горлопаня свой текст сорванным голосом. Надо сказать, у Бутусова все персонажи не разговаривают, а кричат. Кричат болезненно, изо всех сил. Безумны не только речи, но и долгие танцы, в которых под оглушительный бит содрогаются в яростном упоении актёры.

Повторы одних и тех же сцен сыгранные разными актёрами (иногда оба актёра играют одного персонажа одновременно) и по-разному интерпретированные доводят происходящее до абсурда. Финальный диалог Нины и Треплева повторяется в разных декорациях и с чередующимися парами исполнителей несколько раз. Монологи и фразы ставшие классическими произносятся истошным криком, с надрывом и обращены как вызов в зрительный зал, или наоборот, проговариваются невыразительно, дежурно и теряют связь с текстом и начинают выглядеть нелепо. Смыслы разрушаются на глазах. От частых рефренов ощущается заигранность, фальшивость, происходит обессмысливание. Актёр, его личность, его суть становятся главней и заметней персонажа, который он играет. Здесь процесс важнее результата.

Спектакль, к слову, идёт больше четырёх часов с тремя антрактами и каждый акт закрывается выпрыгивающим под цирковую музыку как чёрт из табакерки Юрием Бутусовым, то изображающем из себя рок-звезду, то исступлённо пляшущим под дикую, громкую музыку. Здесь всё очень серьёзно и несерьёзно одновременно. Происходящее накалено до предела: саркастическая музыка оглушительна, эмоции гипертрофированы, все участники не играют, а паясничают, вопят, танцуют долгие безумные танцы, кто во что горазд, и всё это повторяется по нескольку раз.

В качестве декораций небольшими штрихами воссоздан сам театр, в котором бесконечно репетируют «Чайку»: по бокам видны гримировальные столики с лампами и зеркалами, посреди сцены возвышается подиум, позади него задник из досок, обтянутых бумагой. С потолка свисают канаты, на которых персонажи то качаются, то не могут из них выпутаться. Двери обозначены с помощью простых деревянных рам. Сбоку стоят кресты, вероятно, как символ к произнесенным Ниной словам: «Я теперь знаю, понимаю, Костя, что в нашем деле — все равно, играем мы на сцене или пишем — главное не слава, не блеск, не то, о чем я мечтала, а уменье терпеть. Умей нести свой крест и веруй». На полу вечный гвалт, цветы, мусор, полный бардак, который убирается актёрами в конце каждого акта и появляется вновь в течение следующего.

Режиссёром воссоздан сумасшедший дом. Это скандально сыгранный вызов, брутальное и безбашенное глумление «над всем святым», оскорбление обществу. Пародия на плохой театр. От такого отчаянного прочтения возникает шок. Этот спектакль в том числе и про талантливость, и про успех. Это не комедия. Бутусовский театр абсурда содержит в себе и трагедию, и сатиру, и фарс, и феерию, и буффонаду, и цирк.

Неподготовленного к Бутусову зрителя поначалу начинает переполнять возмущение, злоба, со дна души поднимается всякая дрянь. Ты находишься в ступоре. То, что показывают совсем не красиво, а наоборот, отталкивает. Тебя выворачивает, хочется беспощадно ругаться. К тем, кто на сцене нет симпатии, как и к сумасшедшим на улице. Но надо доверится режиссёру, иначе ничего не осмыслишь. Постепенно начинает приходить понимание.

Спектакль словно матрёшка состоящая из неизвестного количества слоёв, с которой бешено друг за другом срываются оболочки, одна нелепее другой. Но внутри оказывается… пустота. Происходящее непросто понять. Непросто даже допустить возможность таких трактовок. Это похоже на испытание, которое выносят не все – часть зрителей уходит. Но оставшиеся в конце встают и аплодируют стоя. Вероятно, они, перефразируя комментарий Юрия Бутусова к своему спектаклю: «поняли что-то, чего не понял никто…». Это худший и одновременно лучший спектакль, который сразу же хочется пересмотреть ещё раз.

https://www.youtube.com/watch?v=K7KRh8BTYEg

Я слишком люблю актеров Сатирикона и сам театр, чтобы его спектакли могли оставить у меня плохое впечатление. Скорее это впечатление странное.
Я не выношу классических постановок классики, потому что нет ничего скучнее. Как верно говорит сам Райкин: "Если классику ставить в том виде, в котором она была написана – это будет отличным средством от бессонницы".
Я за авторское, смелое прочтение для кого-то "неприкосновенных" произведений. Но версия Бутусова даже для меня слишком новаторская и смелая.
Нет-нет, я ни в коем случае не скажу: "Как так можно с "Чайкой"?!". Можно. Но что это было?
Спектакль идет более 4 часов с тремя антрактами, т.е. режиссер дает зрителям аж три шанса уйти. Но уйти не хотелось. Почему-то.
В отзывах читала, что от первого действия к последнему впечатление улучшается. А мне наоборот первая часть понравилась больше всего.
У меня язык не повернется назвать этот спектакль плохим. Он интересный. Он поставлен сильно, качественно. У него очень насыщенная, интересная форма. И хоть на одних сценах я засыпала, другие были шикарны. Чего только сцена с лото стоит!
Я очень люблю, когда режиссер вклинивается в действо. И здесь этого было в избытке. Бутусов постоянно выскакивал на сцену, и не только действовал, но и зажигательно танцевал.
Тогда что не так? Видимо я оказалась не готова к настолько резкой, смелой форме.
И главное я не поняла, что хотел сказать режиссер этой постановкой. Какую мысль он облачил в такую дерзкую форму?
А еще я пришла к заключению, что я не люблю режиссерские спектакли, где актеры как пешки. Не лежит к душе. Мне актерскую работу подавай. Поэтому я скорее отдам предпочтение читке на стульчиках.
О выборе актеров отдельный вопрос. Я понимаю, что спектаклю уже 5 лет, и актеры за эти годы повзрослели. Но все равно, Стеклова вот ни разу не Заречная. Ни по возрасту, ни по темпераменту – ну куда ей эту роль? Ну зачем? И тут же выходит молодой парень Осипов и говорит, что ему 55. Зачем это все?
Хотя к самому Артему Осипову вопросов никаких. Он как всегда шикарен! Особенно в начале второго действия. Да что говорить, Артем один из лучших актеров театра, и за этот спектакль ему отдельное спасибо!
А вот Полину Райкину я видела впервые. Я под огромным впечатлением. Она прекрасна в роли Аркадиной. Открытие вечера для меня. Теперь очень хочу посмотреть другие ее работы.
И вот невероятно, но факт, а больше всех в этом спектакле мне понравилась та, роли которой в пьесе нет, да и как-то особо ролью-то это не назовешь – танцующая девушка Марина Дровосекова. Она оставила самое приятное впечатление.
В целом от спектакля ощущения странные. Что это было? Еще непонятнее они от поклонов – что за фанатичные овации устроила публика?! Я чувствовала себя на стадионе. Это разом убило то частично хорошее впечатление, которое от спектакля сложилось.
Но после спектакля я несколько дней постоянно мысленно к нему возвращаюсь, и думаю о нем все лучше. Значит чем-то все-таки зацепил.
Стала читать отзывы, натолкнулась на заголовок "Чайка (новые формы)". И тут сложилось.
Формы-формы-формы! Ведь и я выше вела речь все об интересной форме. Оболочка, а не суть. Так вот оно что! Новая форма как самоцель постановки? Бутусов как его Треплев этим спектаклем искал новые формы? Или я опять ничего не понимаю…
На сцене театр. Не только декорации об этом говорят, гротесковый грим, но и само действо, напоминающее репетиционный процесс.
Детальки пазла стали во что-то складываться. Пусть не все, пусть сумбурно, но уже стали. Но почему же после чтения отзывов, а не после самого спектакля…
Как вывод: это любопытное действо. Я хочу его пересмотреть в следующем сезоне, посмотреть на него другим взглядом и все-таки попытаться понять, что же хотел сказать режиссер.