Премьера «Белых ночей» Достоевского открыла главную профессиональную тайну «Мастерской Петра Фоменко». Легкость и изящество — на самом деле не похвальные эпитеты, а учебные дисциплины театра. Первым профпригодность продемонстрировал выпускник РАТИ 2000 года Николай Дручек. Его «Белые ночи» — добротное воспроизведение стиля «Мастерской», копирование почерка мастера и апофеоз легкости. Все в его постановке, включая декорации и подслеповатую бабушку, стремится ввысь, норовит вспрыгнуть, взлететь и воспарить над землей. Актрисе Полине Агуреевой, играющей Настеньку, пришлось даже овладеть искусством ходьбы по канату. А Томас Моцкус, играющий Мечтателя, стал обладателем механического шедевра — стула, который плавно и нежно воспаряет в самые пыльные уголки его убогого жилища. «Сто разных хи-и-итростей, и непреме-е-ено все будет так, как я хочу», — ангельским голосочком выводит Настенька, и тут уже все домочадцы взлетают, как на качелях, на подвижной балке, которая еще недавно служила им лестничными перилами, а теперь — сценой, где дают россиниевского «Севильского цирюльника».

Психопатичный Достоевский, поданный невероятно изящно, как какой-нибудь Бунин. На производственной площадке мастерской Фоменко присутствуют 1) гипсовые львы на стенах, 2) несколько висячих конструкций и 3) много H2O в аквариумах - всё это призвано для воссоздания исконно питерской атмосферы с каналами и связанными с их берегами историями. Одна из таких историй и подаётся зрителям. На одном из каналов встречается Он и Она, оба в довольно странном, подвешенном состоянии, что совершенно характерно для белых ночей и повышенной геомагнитной активности. Скоро появятся тонизирующая Бабушка со спицами (супер-роль!), две девахи-служанки и Другой. Треугольник будет метаться из угла в угол, пока наконец, судьба не расставит всё на свои места.
Резюме: редчайший шанс увидеть happy end в любовной драме с тремя неизвестными, посмотреть на тонкую игру актёров, послушать по-дореволюционному благородный слог и погрузиться в ауру северной столицы. К тому же всё это весьма и весьма незатянутое удовольствие (1ч.40мин.)
Можно считать, что обретение господином Дручеком самостоятельности режиссерского высказывания – творческое задание на ближайшее будущее. Молодому актеру Томасу Моцкусу роль мечтателя, лирического героя повести, тоже дана явно на вырост. Ему пока тяжеловато в одиночку держать зал в прологе спектакля, да и в лихорадочных, болезненно-возвышенных взаимоотношениях с Настенькой не найдено пока сильных запоминающихся акцентов. Рядом с господином Моцкусом особенно выигрышно смотрится Полина Агуреева. Неподдельная чистота и ненаигранная искренность нет-нет да и сверкнет в ее исполнении Настеньки, свидетельствующей о быстро обретенном мастерстве актрисы. За плетением эмоциональных кружев роли "по методу мастерской" она не забывает о важных узелках, нарушающих ровность узора.
Очень интересное видение Достоевского от режиссера Николая Дручека. Легкость сценической формы, удачно подобранные актеры «по образу и подоб ию» Федора Михайловича. Но есть одно «но», наверное, не совсем для меня Настенька это истеричка, а Достоевский – комедия, пусть и с грустными лирическими нотками…
В целом, спектакль заставил улыбнуться и вспомнить литературный источник, но остался небольшой осадок какой-то недосказанности…
От Мастерской всегда ожидаешь чего-то особенного... К сожалению, кроме П.Агуреевой и интересных ассоциаций с Петербургом-ровным счетом ничего... Скучно, растянуто( хотя спектакль идет всего 1ч 40 мин),безэмоционально, не душевно как-то... И еще, почти все наши соседи ...спали... Это очень показательно...

Спектакль очень неровный, действие то захватывает, то повисает и становится совсем скучно. Удивила Агуреева, играя девушку, она разговаривает голосом придурковатой свахи из "Женитьбы Бальзаминова", сначала дико раздражает и смешит, но так как она самая энергичная в спектакле, это приходится ей простить.

Полина Агуреева играла ужасно и это испортило весь спектакль.
Весь спектакль держится на двух главных героях, и, сами понимаете, когда один из них играет из рук вон плохо - невозможно получить какие либо положительные впечатления.
Играть девочку сорокалетней женщине довольно сложно, и актриса пыталась передать наивность и простодушность Настеньки истериками, кривляньями, совершенно непонятными ужимками. В общем чувствовалось что актриса талантливая, с отличной техникой, но просто для этой роли не подходит. Она играла истеричку из психушки, неуравновешенную и неадекватную. Переигрывала так, что было невозможно смотреть, любой ценой пыталась добавить боли, слез, соплей и драматизма там, где было не надо.
Где молодые актеры ? 17 летнюю наивную девушку играет 40 летняя Агуреева, а ее пассию, 30 летнего от силы мужчину играет 50 летний Анатолий Горячев. Почему режиссер сделал такой странный выбор актеров - мне абсолютно непонятно.
Сама пьеса Достоевского при прочтении вызывает искреннее сочувствие главным персонажам, мы понимаем что у них в голове, чувствуем их переживания. Здесь же, 80% времени главные герои просто безумно раздражают: они как сумасшедшие носятся по сцене , на одном дыхании тараторят текст, ведут себя то как пьяные то как юродивые. По этому все сочувствие теряется, как и интерес к героям, их истории.
Очень жаль ! И актеры талантливые, и пьеса отличная. Очень странная режиссура, выбор неподходящего стиля игры, не дали актерам раскрыться. Актеры превратились в шутов, а подлинности переживаний главных героев, по пьесе - наивных молодых мечтателей, поверить было невозможно. Весь спектакль ждала, когда же это кончится.
Вывод: не надо делать из любимой русской классики - артхаус, а из меланхоличной драматичной истории - патетическую трагедию :)