Оперетта

Баядера

Новых оперетт сегодня не пишут: жанр в целом признается за какой-то безнадежный, невыветриваемый, ничем не перешибаемый нафталин. Устойчивый и весьма узкий набор компонентов: любовь, ревность, чувство долга и гордость смешиваются в равных пропорциях, иллюстрируются двумя контрастными парами — лирической и комической, приправляются интригами и венчаются счастливой развязкой. Ставить оперетты, однако, продолжают: зритель идет. Между тем жанр требует глубокой реставрации и адаптации к настоящему моменту.

О том, что очень неплохо это получается у венгров, в петербургском Театре музкомедии поняли после премьеры «Веселой вдовы» в постановке Миклоша Синетара. Поэтому «Баядеру» Кальмана доверили Миклошу Габору Кереньи, директору практически уже побратима нашей Музкомедии — Театра оперетты из Будапешта. Изначальный сюжет «Баядеры» таков: на опереточных сценах Парижа царит Одетта Даримонд. Примадонна разбивает сердца окружающих ее мужчин, в том числе индийского принца Раджами. На эту незамысловатую канву легко нанизывается букет перипетий: влечение и борьба двух сильных личностей, противостояние и взаимный интерес Востока и Запада, закулисные интриги. Кереньи в первую очередь взялся за обновление либретто: в каждом интервью он с гордостью сообщает, что одобренный им вариант был двадцать восьмым по счету. Все действующие лица в нем оказались людьми ХХ века, будь то толпа суетливых журналистов или индийские гости. У комической героини появился любовник — театральный критик Иштван (видимо, представители прессы окончательно доконали практиков). Одетта и Раджами не чураются откровенных сцен: полем для баталий между восточным и западным сознанием оказывается постель, а героине очень идут гаремные наряды. Индийский принц — воспитанник лондонских университетов — связан с примадонной еще и деловыми отношениями, он пишет для нее музыку. Динамика чувств подчеркивается стремительной и невероятно частой сменой декораций: вот на сцене гаснет свет — и видны лишь лица поющих героев, а через секунду софиты освещают уже не восточные палаты, а парижское закулисье. Ритм мюзикла, соответствующий требованиям времени, — одна из главных особенностей «Баядеры». Есть и другая, не менее удивительная и значительная. Разговорные диалоги и вся комическая составляющая сюжета сведены к минимуму, зато музыкальные номера исполняются с настоящей оперной страстностью и едва ли не оперными голосами. И эта вокальная щедрость на основе одной из самых богатых в музыкальном отношении оперетт Кальмана выглядит куда лучше вопящих бродвейских мюзиклов, докатившихся десятилетия спустя до российских клубных подмостков.