Не так страшна разборка на кулаках мужчин, как злые языки женщин, сражающихся (не за мужчину, но...) за власть. Протестантка Елизавета I и католичка Мария Стюарт в представлении Терзопулоса не более чем две гадюки, змеи, породистые сучки.
Шипя, скуля и источая яд две королевы ползут друг на друга (Мария Стюарт лезет наверх, а Елизавета спускается прямо на противницу) по причудливо созданной геометрической фигуре (фотографы бы сказали, что "завален горизонт") словно черви, поедающие всё на своем пути. Бранные слова и проклятия вперемешку с посланиями современности :"долой Макрона", "Принеси мне чай, или ты предпочитаешь русскую водку"обильно сыплются из их уст царственных особ. "Смерть, кровь и дерьмо" - в эти три постоянно повторяющиеся слова укладывается в принципе вся суть разговора противоборствующих сторон.

За всей этой клоакой наблюдает рассказчик, комментируя для остальных перепалку. Хотя, что там, собственно, комментировать?! "Путаны", - горько заключает он.

Финал известен всем без исключения. Елизавета, вырывая корону (золотой диск)из уст Марии Стюарт, поглощает ее, сливаясь с соперницей воедино. Режиссер конструирует из двух королев одну - двуглавую змею, коей по сути обе и являлись. Этот удивительный исторический поворот невольно предсказала сама Мария Стюарт: «В моем конце – мое начало».