Театральная афиша Москвы

Спектакль Контрабас, Москва

Постановка МХТ им. Чехова
6.9
оценить
Расписание и билеты
Театр: Контрабас, Москва

Хабенский солирует в монодраме Зюскинда

Восходящая звезда Глеб Черепанов поставил беспроигрышную пьесу с беспроигрышным артистом. Исповедь спивающегося контрабасиста — самая популярная монодрама, пользующаяся заслуженным успехом во всем мире. Когда Константин Райкин объявил о снятии идущего уже несколько лет «Контрабаса» с репертуара «Сатирикона», зрители собрались у театра с требованиями одуматься. И если Райкин в самом деле несколько перерос героя Зюскинда, то Хабенскому сейчас эта роль как раз впору.

Создатели

Место проведения

МХТ им. Чехова

МХТ им. Чехова

8.6
Театр с большой историей, спектаклями прогрессивных режиссеров и звездной труппой
Подчеркнуто скромный (по сравнению с залами XIX века) театр архитектор Федор Шехтель проектировал специально для труппы Станиславского и Немировича-Данченко. МХТ вселился сюда в 1902 году, и с тех пор Камергерский переулок стал одним из центров театральной Москвы. С 2000 года, когда худруком был назначен Олег Табаков, у остальных театров появился повод для беспокойства: расторопность, с которой МХТ переманивает талантливых молодых актеров и режиссеров, не знает равных. На основной, малой и новой сценах идут спектакли Кирилла Серебренникова, Константина Богомолова, Евгения Писарева, Марины Брусникиной, Адольфа Шапиро и многих других героев нового театра и мэтров. В труппе — люди из телеэкрана: Константин Хабенский, Александр Семчев, Михаил Пореченков, Игорь Верник, Ирина Пегова, — в перемешку с новыми именами и недавними выпускниками.
касса +7 (495) 646 36 46
адрес
подробнее

Отзывы пользователей о спектакле «Контрабас»

Фото KoshkO
отзывы:
52
оценок:
69
рейтинг:
110
9

Константин Юрьевич - невероятный талант. Когда мне было лет 15, я впервые увидела его в "Убойной силе", и хоть ментовские сериалы на дух не переношу, почему-то уже тогда поняла, что есть в этом актере что-то невероятное. С тех пор прошло еще 15 лет, я смотрела практически все спектакли с его участием на московской сцене. И каждый раз он играл только лучше. Ну, кино, да кино... Но там он просто один из многих... А вот в театре. Это такой невероятный талант, и с каждым годом он только растет. Было сложное время, когда было видно, что он играет, потому что надо. И это не было плохо, но это было механически. Хоть ему и невозможно было не верить. И вот на сцене МХАТа появился "Контрабас". Пьеса Зюскинда, феноменальная потому, что если ее просто читать, то это одна из многих историй о маленьком человеке, Акакий Акакиевич наших дней, человек вызывающий жалость и только, но когда ее начинают играть, актер неожиданно открывает всю многогранность таланта. Я смотрела однажды эту вещь в Сатириконе с Райкиным, сравнения с Хабенским бессмысленны, там эта пьеса оголяла все грани таланта Константина Аркадьевича, его герой был на надрыве, немного переигранный, но в этом был весь Райкин! Вот и тут! Гениальный Константин Юрьевич, играя эту пьесу, заполняет собой весь зал, проникает практически под кожу. Два часа на одном дыхании. Дыхании в унисон с героем. Помимо жалости вызываемой обыкновенно героем этой пьесы, зритель испытывает неповторимую гамму чувств и эмоций. И самое главное получает невероятное удовольствие. Это безусловный талант - играть одному, отдавая в зал бешеную энергию. И еще создается впечатление, что самому Константину Юрьевичу все это действо доставляет невероятное наслаждение, он смакует каждое слово, каждый крик, каждый шорох. Он проживает на сцене целую жизнь, отдавая себя этой роли целиком и полностью. И хочется аплодировать ему только стоя! Браво !!!!!

11
Фото Илья
отзывы:
17
оценок:
30
рейтинг:
46
5

Скучная история неудачника

Вообще говоря в театр "на актеров" я не хожу. Слишком часто спектакли, поставленные под известного "народного", отдают дешевой антрепризой и напрочь лишены вкуса. Режиссер в таких спектаклях фигура формальная, организующая сценическое пространство и не более того.

Но тут случилось страшное, и я пошел на Хабенского. Многое совпало: я не видел райкинский "Контрабас" в Сатириконе, не видел Хабенского в театре, а тут еще и премьера - можно оценить артиста взглядом, не замыленным прочитанными заранее рецензиями.

Герой Хабенского - сидящий за третьим пультом контрабасист государственного оркестра. То есть музыкальный неудачник-посредственность. Кроме контрабаса в его жизни существуют: меццо-сопрано Сара, в которую он влюблен (хотя она его, кажется, ни разу не видела), пиво, которым он восполняет потерю жидкости во время игры на контрабасе, квартира с отличной звукоизоляцией в виде стен, сплошь обитых матрасами, ненавистный Вагнер (который - вот же проклятый антисемит - писал еще и столько нот, что их невозможно сыграть), а также гнетущее одиночество, усугубленное детскими комплексами, нереализованными амбициями и невозможностью выбраться из этого замкнутого круга.

Сама по себе идея сравнения двух иерархических структур: оркестра и всего общества - не лишена интереса, как и любое изучение фракталов. Герой направляется в туалет, чтобы процитировать оттуда Гёте, и надо ж таком случится - туалет расположен именно там, где на сцене в оркестре обычно располагается группа контрабасов. Остроумно. Ну чем, в самом деле, не параллель, безусловно не лишенная смысла. Контрабасист обречен быть контрабасистом, никем не замечаемым тружеником тыла, как слесарь, незаметно для нас чинящий водопровод в котельной каждую неделю.

Однако мысль, предназначенная скорее для небольшого литературного этюда, раздувается режиссером до по истине чеховских масштабов и играется Хабенским с Додинским (в худшем смысле) отношением к тексту: очевидно юмористические фрагменты излагаются с нарочито бережным, внимательным отношением к каждому слову. В итоге - не смешно. И более того. Скучно.

Очевидно, чтобы как-то оживить действие (а оно длится без малого 2 часа без антракта), режиссер напичкал спектакль целой россыпью эффектов, имеющих цель скорее развлекательную. Герой на всем подряд играет смычком (от лестницы до бутылок), падают матрасы, вещи одна за другой многозначительно отправляются с грохотом в мусоропровод. Вот Хабенский появляется из шкафа в нелепом парике и изображает Вагнера и старуху-смерть, то из того же шкафа он выходит в чудовищном головном уборе с рогами, один из которых отвинчивается и на поверку оказывается удобной заменой рюмки. Но почему рога? Кто их наставил несчастному человеку, если у него не было женщины по собственному признанию последние 2 года? Публика в восторге и заходится в истерике при виде рогатого Хабенского, но она заходится в истерике и просто при виде Хабенского, для этого ему даже не обязательно выходить на сцену МХТ.

К самому Хабенскому, кстати, претензий нет. Видно, что играет он с большой выкладкой и вдумчиво. Вот только мало осмысленные сценические эффекты, вызывающие аплодисменты у массового зрителя чуть ли не каждые 5 минут, настолько разваливают все действие на эпизоды, что вместо объемного героя получается лоскутное одеяло.

В начале спектакля Хабенский появляется, волоча за собой огромный чехол от контрабаса. Долго отпирает на нем замки, кряхтит. А потом открывает - а там вместо контрабаса - матрас. И как сказал бы Константин Богомолов - "в сем великий смысл усматривается".

9
Фото Jarmen_Shote
отзывы:
2
оценок:
4
рейтинг:
7
7

На спектакль надо идти, сцена МХАТА собирает Хабенского в одом месте в одно время абсолютно всего, он заполняет зал, держит всех плавно, мягко и до конца.

Спектакль для мужчин, для женщин только Хабенский.
"Контрабас" - это просто и четко разложенная партитура душевного состояния 35 летнего человека на молекулы внутреннего диалога. И все через один предмет. (причем ты понимаешь, что этим предметом может быть даже мыльница, просто Зюскинд выбрал Контрабас). Вообще не слово фальши, потому что сплошные вопросы , сомнения и попытки робкого геройства.

Эта работа, однозначно, станет визитной карточкой Хабенского надолго. Спектакль Московский, очень столичный и светский. И с каждым разом герой будет в нем хорошеть, поэтому торопиться на него не особо надо. Поднакопите желание и вперед.

7
Фото Алексей Скай
отзывы:
22
оценок:
23
рейтинг:
15
9

Читаешь рецензии на спектакль и понимаешь - как же узко воспринимает современный зритель происходящее на сцене. Шире мыслите, друзья, ШИРЕ! Одни вспоминают Райкина, другие – ранние работы Хабенского в кино. Зачем??? Да вы вспомните лучше, какая у него великолепная театральная биография на сцене МХТ им. Чехова: «Утиная охота», «Белая Гвардия», «Гамлет», «Трехгрошовая опера». И теперь – «Контрабас», известная, но мало кому поддающаяся пьеса Патрика Зюскинда – самая первая, написанная в 1980 году. А сейчас автору 66 лет. И у него сегодня всего лишь 9 написанных произведений. Пишет редко, но метко. Пишет о том, что волнует. Все как есть, без прекрас.
О чем «Контрабас»? О многом. Прав был Константин Юрьевич, когда говорил в интервью о том, что это не моноспектакль. Но… обо всем по порядку Корни всех проблем идут с детства. Герой то любил родителей, а они его нет (как ему казалось). Уже тогда зарождались корни одиночества (из-за недостатка внимания). Но с каждым годом они все больше и все ярче проявлялись. Это и любовь к девушке по имени Сара. Вроде бы любит, а вроде бы и одинок. Это и искусство, где о контрабасистах мало думают. Это и боязнь того, что происходит на улице и в доме – шумов и бардака. Он ненавидит одиночество, но в то же время сам делает все для того, чтобы закрыться лишний раз от внешнего мира (заколачивает входную дверь; закрывает все окна и проходы матрасами, делая иллюзорную поправку на то, что это блестящая звукоизоляция). Разрушает шаблоны о гениях – что не все так гениально, как кажется. Он делает это не потому, что считает себя супермузыкантом, а потому, что он ничуть не хуже (парадокс, но факт). Герой Хабенского играет на всем, чем только можно, делая двойственные акценты – здесь и ужасно раздражающие звуки вокруг и нелепость признания гениальности, если человек играет на чем то особенном, или даже обычном. Он готов смыть все в унитаз, но все, даже самое нелепое, не смывается, а остается на туалетной бумаге и плетется как хвост за людьми, имеющими отношение искусству и почитающими его. И зрители тоже здесь имеют место быть. Они же не могут не поаплодировать в конце. Он говорит со зрителем – ну не самому же с собой. Правда иногда разговаривает и с контрабасом, и с граммофоном. Много чего еще есть в этой постановке… И все это превращается в один сплошной фарс. Трагифарс (а не клоунада). Это все смешно, и в тоже время невероятно грустно. Не пошло, а правдиво; не с запахом алкоголя, а с привкусом горечи. А главным героем здесь оказался… ХОЛОДИЛЬНИК. Почему? Сходите и узнаете!!! И Хабенский в этом материале виртуозен. Спасибо! Браво!

3
Фото Мария Клочкова
отзывы:
1
оценок:
1
рейтинг:
2
3

К сожалению, этот спектакль меня очень расстроил. В программке было написано, что это спектакль в жанре «трагифарс», и мне кажется, что выбор такого жанра был ошибкой режиссёра.

О развитии сюжета.
Когда я рекомендую друзьям эту книгу, я советую читать её за один раз, без перерывов. Это даёт возможность увидеть основную её прелесть: герой в своём монологе от утверждения «А» в начале приходит к утверждению «минус А» в конце. Двигаясь в этом направлении вместе с ним, читатель узнаёт этого героя, его образ мыслей, прошлое и в итоге будущее. И основным недостатком спектакля я считаю то, что этого движения в нём не было. Актёр провёл весь монолог на одной ноте за исключением последней сцены первого (основного) акта, и причиной этого был выбранный жанр. Фарс обуславливал и суету первых сцен (забивание звукоизоляции молотком при входе в квартиру, возня с мусоропроводом), которая контрастировала со степенностью первых страниц книги.

О звуках.
Чтение книги сопровождается музыкой. Читатель слышит те произведения, которые ставит на проигрывателе герой, слышит ноту «фа», которую он берёт, чтобы показать проникающую способность Контрабаса. И антитезой к этому – открытое для примера окно в его квартире и страшный шум с улицы, когда он говорит о шумоизоляции, которую он сделал в своём доме.
Здесь режиссёр использовал интересный ход. На протяжении всего спектакля мы слышим какофонию: вместо извлечения звуков из Контрабаса герой водит смычком по ступеням стремянки и металлическим деталям стула; пластинки, которые он ставит в проигрыватель, всё время с визгом заедает; на сцене обилие шумных предметов – молоток, кусок мусоропровода, двуручная пила… Однако в эпизоде с открытым окном наступает абсолютная тишина, хотя герой корчится от страшного шума и пытается его перекричать.
Таким образом, герой спектакля слышит музыку, хотя в реальности это какофония, и шум, когда на самом деле это тишина. Это был интересный приём для иллюстрации безумия героя. Но о самом безумии речь дальше.

О любви.
В книге герой любит свой инструмент, ненавидит и любит. Яркий эпизод – рассказ о том, как он укрывал Контрабас своим пальто, – в спектакле был упущен. Но, по правде сказать, он был бы лишним, поскольку в спектакле этой любви не было.
Контрабас (чехол от него) волокли по полу, запихивали в бездонный шкаф и пилили пилой – дань фарсу. Сцена, где герой переносит свою страсть к Саре на Контрабас, становится сценой убийства (удушение шарфом). Последнее согласуется с мыслью режиссёра о безумии героя, но не с мыслью автора о любви.

О безумии героя.
Режиссёр пользуется многочисленными средствами выбранного жанра и настойчиво показывает безумие героя. Специфическая пластика актёра при прослушивании музыки, смена костюмов из бездонного шкафа, уже упомянутые сцены с шарфом и работа со звуками. На всём протяжении спектакля сцена постепенно тонет в хаосе – на полу оказываются старый таз, рассыпанные ноты, матрасы (звукоизоляция), на стремянке висит мокрый костюм героя. Наконец, в последней сцене он в изнеможении садится на пол и прислоняется к холодильнику, от этого дверь холодильника открывается, и мы видим внутри нечто красное и блестящее. Занавес на несколько секунд закрывается, однако тут же начинается второй акт. На сцене герой аккомпанирует Саре на Контрабасе, она одета в красное платье с блёстками.
Если режиссёр действительно имеет в виду одно и то же платье, то в качестве главного героя зритель спектакля видит безумного маньяка-убийцу, что чересчур упрощает идею автора книги.

О развязке.
Если всё же замысел режиссёра был в другом, и красное платье в холодильнике мне с балкона привиделось, то описанный выше второй акт, будь то реальное будущее героя или его сладкий сон, выводит спектакль на позитивный финал, не предполагаемый в книге.
Герой книги «имеет все гарантии» государственного служащего и намертво скован ими. Он своим криком может вдребезги разбить свою жизнь, но читатель уже знает, что этого никогда не случится, даже во сне.
Он гарантированно защищён от простого безумия и обыкновенного физического хаоса, который режиссёр показал в декорациях его квартиры.
В этой невозможности сбежать из своей реальной устроенной исковерканной жизни – трагедия героя и всей книги.

Таким образом, из-за неудачно выбранного жанра в спектакле не было показано развитие монолога героя, а также исчезло сложное отношение героя к Контрабасу, составляющее основу книги. Предполагаемая трактовка героя как маньяка-убийцы не имеет с книгой ничего общего и делает бессмысленным этот затянувшийся на два часа фарс. Финальная сцена спектакля с участием певицы Сары приводит его к невозможному в книге позитивному заключению, а настойчивые отсылки к безумию героя упрощают идею книги.
Итак, в этом спектакле рассказана отдельная, совершенно самостоятельная история, не связанная с книгой. Тогда, наверное, стоило написать для неё свой самостоятельный текст, а книгу оставить в покое.

2

Галерея

Информация от прокатчика

Информация предоставлена МХТ им. Чехова

Театральную версию «Контрабаса» Патрика Зюскинда хочется назвать моноспектаклем, но его авторы просят этого не делать: Константин Хабенский будет на сцене не один. Режиссер и артист поставили своей целью уйти от монологичности, литературности, в которую неизбежно впадает артист на сцене, осваивающий огромный массив текста. В спектакле нет какой-то особой хореографии, но авторы попытались представить «Контрабас» через физическое действие, понятное без слов, словно бы немое кино, гротесковое, трагифарсовое, трагическое. Это не разговор со зрительным залом, во всем сохраняется принцип герметичности истории. В сценографии Николая Симонова действуют эффекты большой сцены МХТ, различные механизмы, но и не только: мир, в котором живет Музыкант, закрыт, душен, непробиваем. Его жилище одновременно является и звукоизолированной музыкальной студией, куда не должен проникать шум извне. Но здесь, внутри, в этом искусственном мире, все, к чему прикасается Музыкант, может оживать, издавать звуки, становится предметом игры для одинокого человека. В финале зрителя ожидает сюрприз — действие пойдет не совсем так, как написал Зюскинд. Глеб Черепанов, режиссер спектакля: «Наш спектакль — о гибели таланта и обмельчании души. Самое страшное — это обманывать самого себя, заниматься нелюбимым делом, общаться с людьми, которые не близки, — жить не своей жизнью. Порой это приводит к печальным последствиям… И конечно же, спектакль посвящен Музыке, выше которой для героя Константина Хабенского ничего нет. Но при этом музыки в нашей постановке почти не будет, зато будет очень много звука — самого разного и неожиданного. Иногда словом «моноспектакль» ошибочно называют литературные вечера, поэтому хочу уточнить: мы делаем именно спектакль, для большой сцены, который, надеемся, будет интересен самому широкому зрителю».